Зачем я ему? - Алина Ланская

— На пару слов.

Схватил подругу за руку и захлопнул перед моим носом дверь. Стою в квартире. Одна. Это что было?! Подумать, что происходит, времени не оказалось. Дверь снова открывается, заходит Епифанцева. Заглядываю за ее плечо. Леднева нет.

— Чего он хотел?

— Да так… Сказал приглядеть за тобой и не пускать завтра на учебу. И еще просил ни о чем не спрашивать и дать тебе выспаться.

Маня смотрит на меня с таким интересом, что шанса смолчать у меня нет. Ни малюсенького…

— Так значит, этот бар принадлежит Полянскому? Ничего о нем не слышала, а я ведь много о нем собрала…

Время — третий час ночи, а мы еще не спим, валяемся в кровати. Я начала рассказывать все еще в ванной. Наверное, уснула бы там, если б не Машкин допрос. Рассказала все, кроме одного. Я сама не знаю. Может, неправильно поняла, когда Макс проговорился, что ему не дали переспать с Епифанцевой, про уговор какой-то…

— Он точно тебя не тронул? — Машка внимательно смотрит на меня. — Мне ты должна сказать. Я его…

— Да нет, нормально, — смех у меня нервный, — в групповушке только предлагал поучаствовать… И наркоты им не хватало.

— А Леднев, значит, опять рядом с тобой оказался?

— В смысле — опять? Я вообще не ожидала, что он там. Кстати, сказал, чтобы я обо всем забыла, и его дружки меня оставят в покое. И еще сказал про работу не беспокоиться.

Глаза слипаются. Я понимаю, что осознание произошедшего придет позднее, а сейчас внутри меня кто-то на замок запер мои эмоции. Меня еще обязательно накроет паника, куда без нее. Но сейчас я настолько обессилена, что способна только спать.

Я поудобнее улеглась на кровати и снова прокрутила в голове наш с ним разговор в машине.

— Значит, оставят в покое. Они Айса как огня боятся, — Машка ухмыльнулась. — Ладно, давай спать, каратистка. Многое бы отдала, чтобы увидеть, как ты Макса отключила. Не верится просто… — подруга зевнула, повернулась к тумбочке и погасила свет. — Расскажешь утром, кто тебя такому научил.

Вздрогнула. Смотрю вверх на потолок, и как будто не было этих ужасных двух с половиной лет, самых страшных в моей жизни. Кажется, это было вчера, нет, минуту назад, он просто вышел на кухню и сейчас вернется. А мне стоит просто повернуть голову, и я увижу его. Родного. Любимого. Живого.

…Мне пятнадцать, я поругалась с бабушкой. Первый раз так сильно, настолько сильно, что убежала. Хлопнула дверью и выбежала на улицу. Был декабрь, поздний месяц, как я его называла. Мне не разрешают после 9 вечера находиться одной на улице. Темнело быстро, район наш не сказать, чтобы был неблагополучный, но неприятности разные случались. То пьяного местная шпана обворует, то к девушке пристанут, то подерутся между собой… Разное у нас бывало. Но сейчас мне все равно. Я бегу из нашего двора в соседний. И внутри уже тепло потому, что я бегу к нему, к самому лучшему и любимому. Он один меня понимает, ему я доверяю больше, чем себе, он никогда меня не осудит и не предаст, он любит меня. А я люблю его. И это навсегда.

Я бегу к Стасу.

Уже вижу его подъезд, поднимаю глаза на знакомые окна — горит свет. Отлично, я другого и не ожидала. Знаю, что он дома, вечерами сидит, занимается своей математикой. Я гуманитарий до мозга костей, мне и таблица умножения далась с таким трудом… На самом деле до сих пор ошибки делаю. Стас уже пять лет со мной делает домашки, без него я бы… Да меня вообще без него нет.

И тут вдруг падаю, как же скользко! Пытаюсь встать, вижу перед собой какого-то человека, скорее, даже тень. Темно.

— Че, упала? Ишь какая неловкая, — хриплый голос, прокуренный. Вижу огонек сигареты у себя перед глазами. Слышу чей-то смех. Он тут не один?

Снег хрустит. Кто-то подходит ко мне сзади, наклоняется, подхватывает подмышки и ставит на ноги. Резко, грубо.

— Ты глянь, Пахан, совсем малая какая… — держит меня за руки.

Их трое. Трое здоровых парней лет по 20, наверное. Незнакомые, не из наших домов.

— Ребят, пустите, мне домой пора.

— Деньги есть?

— Н-нет, я только…

— А если проверим?

Чьи-то руки стали нагло меня ощупывать. Я взвизгнула и попыталась вырваться.

— Не дергайся, сучка, порежу.

У меня язык от страха онемел. Господи, что же делать? И кругом никого…

— У нее, и правда, ничего нет, даже мобильника. Может, тогда…

Я не услышала, что он сказал дальше. Нас вдруг осветили фары, и раздался резкий автомобильный гудок. Парни отпрянули от меня, из машины вышли двое мужчин.

— Эй, пацаны, вам чего надо?

Те не ответили и быстро сбежали, а я от облегчения снова плюхнулась в снег.

— Варя? Ты? — передо мной стоял отец Стаса. — А ну пошли к нам.

Той ночью я осталась у них. Мама Стаса позвонила бабушке, все объяснила и сказала, что завтра перед школой сама отведет меня домой. Так и случилось. А после школы Стас повел меня записываться на курсы самообороны.

— Вставай! Вста-а-а-ва-а-а-й! Барсукова!

Епифанцева! Что же ты у меня такая громкая? Дай поспать. Пожалуйста. Это такая редкость для меня — выспаться. А сегодня я все равно не пойду на учебу. После такого-то. Одно за другим накатились воспоминания вчерашнего дня. Резко села на кровати.

— Наконец-то! Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? Три часа дня! — Машка плюхнулась рядом. — Ты как, Варь? Ты так долго спала, что я уже испугалась, не случилось ли чего. Ты ж обычно рано всегда встаешь…

Как я? Не знаю. Страха нет. Дышу нормально. Все, что было вчера, кажется нереальным, далеким, просто сном, что все было по-другому. Еще немного болит голова, и очень хочется есть. Когда я ела последний раз? Сутки назад? И еще совершенно точно я не хочу отсюда никуда уходить. Вообще не выйду сегодня на улицу, на работу теперь идти некуда, в универе… В универе все эти подонки, которые были в вип-зоне. Меня передергивает… Славик, Полянский, Айс. Там не было Артема. Хотя кого я обманываю, был бы там и он. Обязательно был бы. Воронов куда-то уехал, может, отдыхать даже. Эти золотые мальчики и девочки в любое время могут свалить кто в Альпы, кто на Мальдивы просто отдохнуть. Учеба, сессия… Кого это волнует? Только таких, как я, кто боится вылететь за один несданный зачет, за один пропуск…

Это то, о чем я должна поговорить сегодня с Машей. Пусть орет на меня, ругается, обзывает…

— Давай завтракать, Маш! Скажи, что у тебя больше одного йогурта в холодильнике!

— Обижаешь, еды навалом. Суп есть с фрикадельками, твой любимый, еще голубцы, ну и мясо с картошкой тушеное. Пойду чай поставлю.

— Маш!

— Чего?

— Спасибо!

Подруга ухмыляется, встает с кровати и уже из кухни: