Дорога в рай - Барбара Картленд

Рыжеволосый фермер улыбнулся и привлек ее к себе, чтобы поцеловать.

— Простите, Мэри, любимая. Не хотел вас напугать, но сегодня я стал свидетелем странной сцены в «Золотом льве» и решил, что вы должны об этом знать.

Они сидели за кухонным выскобленным столом друг напротив друга, держась за руки, и Джордж рассказал ей о бородаче и лошади, на которой тот прискакал, — вне всякого сомнения, она была из конюшни Харли.

— И что, по-вашему, это означает? — поинтересовалась она.

— По-моему, это конь, на котором скакала мисс Уинфилд, когда произошел несчастный случай. Я могу представить, как ее выбросило из седла, когда жеребец понес, и, наверное, этот незнакомец нашел животное, которое гуляло без присмотра в метель. Но если это так, почему он не отдал его властям, когда буря утихла?

Мэри закусила губу. Джордж прав. Все это очень странно.

Она приняла решение.

— Сейчас у хозяина посетитель, и уже слишком поздно беспокоить его, когда джентльмен уйдет. Но завтра утром я первым делом все ему расскажу, — решительно сказала она. — Он-то уж точно знает, что делать.

Джордж зевнул.

— Отлично, я согласен. Сами все расскажите его светлости. Я с ним разговаривать не хочу.

В огромных серых глазах Мэри показалась тревога.

— Может быть, вам стоит вдвоем сесть и взвешенно обсудить продажу вашей фермы…

Джордж резко встал.

— Нет, Мэри. Не хочу с вами спорить, но я не продам свой дом… место, которое много поколений принадлежало моей семье, за несколько гиней. У меня столько же прав на эту землю, как и у графа Сомертона!

С этими словами он зашагал к задней двери, распахнул ее и ахнул.

— Черт! Опять снег! Я хотел забрать домой пони.

— Укладывайтесь-ка, Джордж, опять в кладовой. Снегопад может прекратиться только к утру.

Мэри озорно улыбнулась.

— И мне бы очень хотелось за завтраком любоваться вашим противным лицом!

Поцеловав любимого на прощание, она оправилась в свою спальню.

* * *

Жасмин проснулась от холода. Она поняла, что вся дрожит, все еще лежа на нерасстеленной кровати в темно-розовом вечернем платье.

Она наревелась, перед тем как забыться беспокойным сном. Маленькие часы на туалетном столике показывали два часа ночи.

Она встала, зажгла масляную лампу и сняла платье, в которое облачалась с такой надеждой.

Как же ее угораздило влюбиться в графа Сомертона?

От этой любви хорошего не жди, потому что она уверена: он никогда не стал бы рассматривать ее как невесту!

И это еще если он решит жениться во второй раз, в чем она очень сомневалась.

Жасмин выглянула в окно.

Опять шел снег — огромные снежинки тихо ложились на заледеневшую землю.

Она достала из сундука старое темно-синее платье, которое купила по дороге из Миссури.

Оно было более поношенным, чем то удивительное творение из шелка и кружева, которое она носила с момента своего приезда в замок, но у нее больше не было желания надевать что-либо из того, что принадлежало первой жене графа.

Жасмин причесала и собрала непослушные локоны голубой лентой.

Усталости она совершенно не чувствовала.

Откровенно говоря, она должна была признать, что, помимо огромного разочарования, чувствовала дикий голод!

Девушка взглянула на звонок над кроватью и покачала головой.

— Нет, я не могу разбудить бедного слугу только для того, чтобы он принес мне что-нибудь поесть! — пробормотала она про себя. — Это было бы невежливо.

Но чем больше она думала о своих потребностях, тем больше ей хотелось пить. Чашка горячего молока спасла бы положение.

Темноты Жасмин не боялась.

Она знала, что в большом зале всегда оставляют лампу, а в кухне множество свечей.

Повинуясь порыву, она туго подпоясалась и выскользнула из комнаты в темный коридор.

Тихонько ступая по лестнице, она гадала, где же спит граф.

И спит ли вообще? Или бодрствует и размышляет о несчастной Милисенте, виня себя в ее смерти?

Дойдя до поворота лестницы, которая вела в большой зал, она вдруг услышала шум и остановилась.

Он показался ей странным.

В очень старых замках, конечно же, всегда множество странных звуков — скрип дерева, мыши скребут за панелями, сквозняки, гуляющие за гобеленами.

Но этот шум был… другим.

Потом почти сразу появился тусклый свет со стороны кабинета графа.

Жасмин ахнула и вжалась в стену.

Очередного разговора с графом она сегодня не выдержит. Пока не сможет взять себя в руки и сделать вид, что он для нее совершенно ничего не значит.

Жасмин умрет от стыда, если он догадается, что она испытывает к нему сильные чувства.

Пока девушка наблюдала за происходящим, кровь стыла у нее в жилах.

Из кабинета графа вышли трое крепких мужчин — двое из них вели под руки Ричарда!

Казалось, что граф оцепенел — он шел, спотыкаясь, как будто получил удар или был без сознания.

Третий высокий незнакомец в темном сюртуке держал в руке тонкий черный портфель.

В свете стоящей на столе маленькой масляной лампы Жасмин смогла разглядеть небольшую черную бородку и растянутые в улыбке тонкие губы.

Он решительно направился к тяжелой входной двери и отодвинул засов.

Не успела Жасмин и глазом моргнуть, как дверь распахнулась и четыре фигуры растворились в снежной ночи.