Текила-любовь - Дарья Лаврова

Следующий день не задался с самого утра. Утром Настю тошнило, а вечером, вернувшись домой, Машка её не застала. Она исчезла, не оставив даже записки.

Каждые пять минут она набирала на мобильном номер подруги, но, как и три часа назад, как и час назад, она оставалась недоступной. Абонент временно не обслуживается. Возможно, закончились деньги. Машка позвонила и Юльке, и Анхен и почти всей их группе, но все как один сказали, что Настю сегодня вообще не видели.

Машка включила ноутбук и, чтобы убить время ожидания, решила почитать анекдоты. В это время в ICQ пришла Заинька и тут же поздоровалась: «Приветики! Как делишки?» Сопливое животное обращалось к Насте. В другое время – Машка бы воспользовалась случаем и хорошенько постебалась бы над этой латышской Барби, но не сейчас. Чёрт! Где же Настя шляется?

Заинька радостно поведала, что вчера сдала последний экзамен и сегодня просто ездила в универ закрывать сессию. Каждый день, пока сдавала экзамены, она зачёркивала дни в календаре, чтоб хоть как-то приблизить этот момент.

Только сейчас Машка поняла; это осознание пришло незаметно, когда она читала сообщения Заиньки, слушая песни Энрике Иглесиаса. Будто выскочило на экране: Яна приедет к Максу на Новый год, и они будут встречать его вместе.

Иначе зачем тогда сдавать досрочно экзамены и так этому радоваться?

«Да что там говорить! Я не хвастаюсь, я просто радуюсь!»

Эта новость вряд ли обрадует Настю…

* * *

Без пяти двенадцать в дверь постучали. Настя, в обнимку с Васильевым, еле стояла на ногах. Щёки и нос неестественно красные от мороза, обветренные губы и болезненно блестящие глаза. Подруга была ещё в сознании, но, казалось, ничего не соображала. В любой другой ситуации Машка подумала бы, что Настя на почве любовных неудач намешала с десяток несовместимых напитков в ближайшем баре студгородка и теперь, пьяная, не может идти без посторонней помощи. Только вот вид у неё был совсем не пьяный, а скорее – больной.

– Блин, Настя, где ты была? – единственное, что могла спросить Машка. – Я тебе обзвонилась… Могла бы хоть записку оставить. Где ты её нашёл?

– Рядом с метро. Она еле стояла на ногах, – рассказывал Димка, помогая Насте лечь. – Мы доехали на такси. По-моему, у неё температура.

– Она ещё позавчера простыла, – объясняла Маша. – Никуда не собиралась ехать сегодня. Сама говорила, что плохо себя чувствует и будет лежать дома…

– Я зайду завтра днём, – сказал Димка и ушёл.

Машка стянула с неё лёгкую куртку, а потом – рыжие мохнатые унты: полосатые носки оказались насквозь мокрыми. Настя открыла глаза и посмотрела вокруг ничего не понимающим туманным взглядом.

– Ты ездила к Максу?

– Как ты догадалась? – хрипло отозвалась Настя, стягивая с ног мокрые носки и кидая под кровать. Машка ставила чайник.

– Женская логика, – ответила Машка. – Просто предположила. Я тебе тест купила, как ты просила.

– Он уже не нужен, – слабо улыбнулась Настя. – Опасность миновала.

– Но появилась другая, – добавила Машка. – Не хочу тебя расстраивать, но ты выглядишь на температуру под тридцать девять, а завтра два зачёта.

* * *

Настя проснулась в час дня. Голова болела, будто она весь вечер мешала текилу с пивом, а ночью так вспотела, что рубашка промокла насквозь – выжимать можно было. Солнце за окном больно резало глаза. Она осторожно встала, терпя неприятную боль во всём теле, быстро переоделась и, взяв ноутбук и коробку бумажных салфеток, чтоб вытирать нос, снова залезла под одеяло. Немного отогревшись, стала писать письмо. Максу.

Кому: Максим Шмалько

([email protected])

От: Анастасия Иванова

([email protected])

Тема:?

«Не знаю, с чего начать. Надеюсь, это не займёт много времени. Я хотела сказать, что не хочу терять тебя. Я не хочу уходить из твоей жизни и не хочу, чтобы ты уходил из моей. Я очень привязана к тебе; ты стал мне, наверное, ближе всех. Не знаю, кто я для тебя и кем можно меня назвать. Скажу лишь за себя – ты мне намного больше, чем друг, и хоть мы не так часто видимся, с каждой встречей я всё больше к тебе привязываюсь, мне всё сильнее не хватает тебя. А ещё я боюсь… хотелось, чтоб ты чувствовал ко мне примерно то же или хотя бы часть этого. Но я не знаю – твои чувства для меня большая загадка, а сам ты – уравнение с кучей неизвестных… иногда мне кажется, что я совсем тебя не знаю, но это не мешает мне принимать тебя таким, какой ты есть, со всеми достоинствами, недостатками, заскоками и приколами. И если б ты был хоть на 1 % другим, то, возможно, и не зацепил бы меня так крепко и сильно… Я не хочу, чтоб с твоего лица исчезла хоть одна родинка, изменился взгляд… Такой, какой ты есть, насмешливый, добрый, упрямый… каким я тебя встретила и полюбила.

Я не жалею ни о чём, что между нами было, и о том, что, возможно, ещё будет. Было больно – были моменты счастья. Жалеть, может, стоит лишь о том, что судьба поспешила и столкнула нас слишком рано. Я была капризным ребёнком, который ни о чём не думал, а если и думал, то только о себе, с завышенной самооценкой и бешеными амбициями. Единственное, в чём я могу быть уверена, это то, что тебе было трудно со мной. Но всё меняется… Я сейчас, и я год назад – это небо и земля, а два и три года назад – вообще говорить не стоит. Неизменным осталось лишь одно: как сейчас, так и два года назад при виде пары насмешливых зелёных глаз мне хочется подбежать и обнять тебя…

Ты говоришь, что ничего не выйдёт и отношения наши ни к чему не приведут, ничего не получится… Пожалуй, это единственное, в чём я могу с тобой поспорить, т. к. все твои взгляды на жизнь, вкусы, интересы и мнения я всегда разделяла, потому что они совпадают с моими. Да, действительно ничего не выйдёт, если ничего не делать и не пробовать. Разбитую вазу можно склеить, это будет всё та же ваза, но с трещинами – те же самые отношения и проблемы. Я согласна, что отношения состоявшегося мужчины и инфантильной девушки по-любому были обречены, но… можно ведь склеить другую вазу, новую, в которой не будет ничего от старой. Попробовать начать заново. Вопрос один: хочешь ли этого ты?