Тайна проклятого герцога. Книга 2. Герцогиня оттон Грэйд - Елена Звездная

— Ари, — голос герцога прозвучал так мягко, — как вы?

Я ощутила прикосновение шелковой ткани к лицу, и от этих прикосновений переставало быть мокро, а еще все вокруг так неожиданно закружилось…

— Там было всего два глотка, Ариэлла, — несколько укоризненно произнес лорд оттон Грэйд.

— А т-т-там б-был-ло п-п-привидение, — почему-то заплетающимся языком произнесла я.

— Да, — его светлость грустно улыбнулся, — к сожалению, было.

Я кивнула, и от этого движения упала на подушки и теперь смотрела на балдахин над головой. Балдахин переливался всеми цветами радуги и тоже начал кружиться, как на карусели. Но помимо удивительного явления, я вспомнила:

— У в-в-вас г-г-глаза свет-т-тились, — говорить было неимоверно трудно, — тусклым голубоватым сиянием, к-к-как… святой сплав.

Герцог почему-то не сказал на это ни слова. Поднялся, прошел к окну, некоторое время стоял, глядя вдаль, а я, повернувшись на бок, смотрела на него. Его светлость тоже кружился, как и все здесь. Я лежала, а все кружилось.

И вдруг лорд оттон Грэйд произнес:

— Проклятие исчезает.

Нахмурившись, попыталась приподняться и уточнить, что именно имеется в виду, но все закружилось сильнее, и я вновь упала на подушки. Герцог обернулся, странно посмотрел на меня, улыбнулся, вновь отвергался к окну. А у меня стали закрываться глаза, медленно, но неуклонно… Очень медленно, но весьма неуклонно…

Шорох приближающихся шагов, порыв ветра, едва одеяло было отброшено, и пояс халата был развязан. А все кружилось и кружилось, убаюкивая и укачивая. И когда холодок простыней сменил влажную грубую ткань халата, я лишь улыбнулась, поворачиваясь на бок и обнимая подушку. Судорожный вдох где-то совсем рядом, и вновь порыв ветра от укутавшего меня одеяла. И было так удобно, уютно, тепло и спокойно.

* * *

Моей ладони коснулось что-то мокрое.

— Гром, — послышался недовольный голос его светлости.

Мокрое прикасаться перестало.

Осторожный стук в дверь, и вновь раздраженный, но тихий голос герцога:

— Вон!

Стук спустя паузу повторился. Затем раздался скрип кресла, звук шагов, дверь открылась, и лорд оттон Грэйд вышел.

Очень медленно я открыла глаза и увидела сидящую рядом с кроватью гончую. Гром тут же потянулся, лизнул мою свесившуюся с постели руку, ткнул носом и вновь сел, выжидательно глядя.

На миг зажмурившись, я вновь открыла глаза — вся спальня была залита ярким дневным светом. Дневным! Ошеломленная этим открытием села на постели, ощутив странное головокружение и шум в ушах, а затем поняла страшное — на мне не было одежды!

На мне не присутствовало совершенно никакой одежды!

Ничего!

И как бы я ни пыталась вспомнить, что произошло ночью, моя память невероятным образом отказывалась сообщать что-либо, кроме последнего воспоминания о том, как лорд оттон Грэйд стоит у окна! Такого смятения, какое охватило меня, пожалуй, никогда ранее не доводилось испытывать. Это было гораздо ужаснее, чем вчерашнее нахождение в ванной его светлости.

Придерживая одеяло на груди, я стремительно огляделась, ища хоть какую-нибудь одежду, и к своему ужасу, увидела халат лишь на противоположном от меня конце спальни. Но подумать о том, как достичь вожделенного одеяния, времени мне не предоставили.

Тихий скрип открываемой двери, и, не сумевшая побороть смущение и даже взглянуть на вошедшего, услышала спокойное:

— Доброе утро, леди оттон Грэйд. Как вы себя чувствуете?

Я не нашла в себе силы ответить. Прижав к себе одеяло с такой силой, что сложно было дышать, я не могла даже поднять голову, чтобы встретиться взглядом с его светлостью, я…

— Рад, что вы проснулись, и мне не пришлось будить вас. — Тихие шаги в дальний конец спальни, после чего герцог направился ко мне. — Я просил бы вас поторопиться, Ариэлла. — Мужской банный халат укутал мои обнаженные плечи. — Вас ожидает завтрак в моем малоприятном для вас обществе, после я должен вернуться к армаде. Вам помочь подняться?

— Нет, благодарю вас, — еле слышно выдохнула я и поспешно вдела руки в рукава.

О, Пресвятой, стыд прожигал насквозь.

— К слову, — даже не делая попытки выйти из спальни, как полагалось благовоспитанному лорду, продолжил беседу его светлость, — если вас это беспокоит, должен сообщить, что консумации не произошло, соответственно было бы чудесно, если бы вы прекратили краснеть, леди оттон Грэйд. Право слово, мне кажется еще немного, и вы сгорите от смущения.

Головы я так и не подняла, но после слов герцога взглянула на собственную грудь, ту часть, что не была прикрыта одеялом во время моих неловких попыток одеться, и с ужасом осознала, что кожа действительно приобрела багровый оттенок.

— Ко всему прочему, Ариэлла, я позволял себе куда более нескромное поведение, но помнится, утром вы менее всего напоминали помидор.

У меня остановилось дыхание.

— Или быть может, — лорд оттон Грэйд склонился на до мной, отвел волосы с обнаженного, в силу необходимости надеть халат, плеча, и, касаясь моей кожи дыханием, добавил: — мне стоило бы вновь прикоснуться к вам гораздо ниже? А ваш румянец вовсе не свидетельство стыда, а проявление гнева по отношению ко мне, именно вследствие моего бездействия?

И на смену стыдливости действительно пришел вполне обоснованный гнев!

— Я была бы очень благодарна, — голос дрожал от возмущения, — если бы вы, лорд оттон Грэйд, вспомнили о правилах приличия и позволили бы мне привести себя в надлежащий вид без вашего присутствия!

Ощущение дыхания на моей коже сменилось прикосновением губ герцога, а следом я услышала издевательское:

— Родовой брак, леди оттон Грэйд, предполагает совместное проживание супругов в одних покоях.

Я замерла, его светлость, все так же касаясь губами моего плеча, продолжил:

— Совместное проживание включает в себя совместные купания, переодевания, прием пищи. Знаете, Ари, — губы герцога плавно переместились с плеча на шею, и он зашептал у самого моего уха, — я потратил несколько часов ночной бессонницы на более вдумчивое изучение правил и традиций родового брака. И должен признать, к рассвету идея получить вас в полное и абсолютное владение начала нравиться мне все больше и больше…

Лорд оттон Грэйд выпрямился и произнес уже холодно, в своей извечной насмешливой манере:

— Советую расстаться с ложной, навязанной вам церковным воспитанием скромностью, Ари. Поднимайтесь, я действительно располагаю крайне ограниченным количеством времени.

Я сжалась, не в силах даже пошевелиться. Все ужасы вчерашнего дня, унижение, страх, прямая угроза со стороны герцога, постыдное нахождение в ванной, появление призрака… Еще вчера я осознала, что у меня не хватит сил противостоять последнему представителю династии Грэйд, сегодня это нахлынуло со всей очевидностью.