Лекарство от скуки - Оливия Гейтс

– Приятно услышать твой голос, папа.

Каков бы ни был ее отец, Канза любила его, скучала по нему.

– Я тоже рад слышать тебя, дочь моя.

То, что он называл ее «дочь моя», не обращаясь к ней по имени, раздражало Канзу. Всех своих дочерей отец называл так же. Канза подозревала, что он порой забывает, с кем из них в данный момент разговаривает.

Сдерживая раздражение и зная, что отец звонит ей, только когда ему что-нибудь нужно, она спросила:

– Что я могу для тебя сделать, папа?

– Только ты способна помочь мне, дочь моя. Мне нужно, чтобы ты срочно вернулась в Зохейд.

Десять минут спустя Канза сидела, уставившись невидящим взором в пространство. Она попыталась вывернуться и не соглашаться, но ей это не удалось.

Она действительно возвращается в Зохейд. Этим же вечером. Отец попросил ее прилететь первым рейсом. Подтвердив, что никто не умер и не заболел, он больше ни словом не обмолвился о том, почему ему так срочно понадобилась дочь.

Заказав билет, Канза упаковала немного вещей – она проведет там столько времени, сколько потребуется, и ни минутой больше.

Хотя спешить назад у нее причин не было. Не в последние две недели.

Прошло два месяца с того волшебного дня, когда Арам купил себе квартиру и они позавтракали на Барбадосе. А потом он стал пропадать на работе. Он дневал и ночевал там, так как у него накопилось много дел.

Канза понимала. От него зависела масса людей, причем они были готовы заплатить огромные деньги за его совет. Общаясь с Арамом, она редко появлялась в своем офисе, но, в отличие от него, ее могли подменить, тогда как он был незаменим. Да, она понимала, но тосковала по Араму. Канза привыкла видеть его каждый день, зная, что он откликнется на телефонный звонок, когда бы она ни позвонила, что он выполнит любую ее просьбу. Когда их встречи неожиданно прекратились, девушка словно погрузилась в хаос.

Какой кошмар – она превратилась в одну из приставучих, вечно нуждающихся в чем-то женщин. К счастью, ей, как считала Канза, удавалось скрывать это под маской бесшабашности. Она понимала, что такая жизнь не может продолжаться вечно, что наступит день, когда реальность даст о себе знать.

Так что поездка в Зохейд была не такой уж плохой идеей. В любом случае работы у нее сейчас не так много, по крайней мере до начала следующего проекта. Кроме того, приободряла себя Канза, к тому времени, когда она вернется, Арам разделается со своими делами, и они снова смогут видеться.

Она набрала номер его телефона. Голос, который она привыкла слышать, зазвучал в ее ушах после второго звонка.

– Канза, подожди, пожалуйста. – В трубке слышался еще чей-то приглушенный голос. Арам с кем-то беседовал.

Чувствуя себя виноватой из-за того, что она отвлекает его, Канза выпалила:

– Я просто хотела сказать тебе, что через пару часов возвращаюсь домой.

– Здорово! Я рад за тебя.

Этого она не ожидала.

– Вот как?

– Конечно! Послушай, Канза, извини, но мне нужно закончить кое-какие дела до того, как откроется биржа Саудовской Аравии. Пока! – И Арам повесил трубку.

Канза расстроилась.

Прошлым вечером он сказал, что завтра, то есть сегодня, они увидятся. Но она только что предупредила его, что встреча не состоится. Похоже, Арам обрадовался. Он даже не спросил, почему она возвращается и как долго пробудет в Зохейде. Да, конечно, он спешил, но мог бы сказать что-нибудь другое, а не «здорово» и «я рад за тебя». Неужели трудно было выговорить: «Я позвоню тебе попозже, и мы все обсудим»?

Получается, он счастлив, что она уезжает? Значит, их фантастические отношения остались в прошлом?

Канза с самого начала знала, что Араму нужен кто-нибудь, чтобы пережить не самый приятный период в его жизни. Сейчас, когда он пришел в себя, для него, судя по всему, отпала необходимость видеться с ней.

Это было ужасно. Нет, хуже, это была катастрофа. Канза боялась этого, подспудно ожидая, что такой день рано или поздно настанет. И вот он настал. Она надеялась, что это произойдет не скоро. Девушка не была готова отказаться от дружбы с Арамом.

Неожиданно Канза расплакалась. Какое там – дружбы. Она втюрилась в него, как девчонка. Но Арам об этом не узнает – она поклялась. Если, когда она вернется в Нью-Йорк, он захочет остаться ее другом, так и будет. Пусть даже он не будет нуждаться в ней так сильно, как нуждался эти волшебные восемь недель.

Нет, невыносимо думать, что он будет видеть в ней только друга. Может, то, что она возвращается в Зохейд, к лучшему? Что, если ей остаться там и ждать, когда Арам совершенно о ней забудет?

Вечером, покончив с делами, Арам готовился позвонить Канзе, когда вошел Шахин. С его губ сорвался стон. Звонок и встречу с ней придется отложить, пока его друг здесь.

Шахин присвистнул:

– Что, ты так сильно по мне скучал? Я польщен.

Арам моргнул. Должно быть, он как-то проявил нетерпение. Хотя, надо признать, в последнее время он нечасто виделся со своим лучшим другом. Но ведь все это время он старался каждый час, каждую минуту проводить с Канзой.

– Вообще-то я скучаю по тебе, но… – Арам снова застонал и пригладил руками волосы. – Ты же знаешь, как это бывает.

Шахин рассмеялся:

– Тот, кто находит свою любовь, забывает о друзьях.

Арам не стал комментировать это замечание.

– Как бы сильно мне ни хотелось удовлетворить твое любопытство, Шахин, но я должен ехать к Канзе. Давай встретимся как-нибудь в другой раз? Что, если мы приедем к вам вместе с ней?

Шахин моргнул:

– Ты что, тоже летишь в Зохейд?

Арам нахмурился:

– Что значит «тоже»?

– Ты сказал, что хочешь встретиться с Канзой, а она отправилась в Зохейд.

Арам посмотрел на часы, затем в иллюминатор, потом снова бросил взгляд на часы. Неужели полет до Зохейда занимает столько времени?

Ему казалось, что прошли сутки с того момента, когда он поднялся на борт самолета, хотя в действительности прошел всего час. Всего час – с тех пор, как Шахин сказал, что Канза направляется в Зохейд.

Он не мог поверить этому. Он был в панике.