Песня нашей любви - Сильвер Джеймс

— Вопрос в том, что скажет твоя жена? — буркнула Зои.

Дикон поморщился, но тут вмешался Такер, державший на руках Нэша:

— Я поеду с тобой, чтобы вмешаться, если возникнут какие‑то проблемы.

— Тогда я согласна! — недолго думая, воскликнула Зои.

Кипя от злости, Такер сошел с трапа частного самолета компании и быстро зашагал к терминалу. Ему пришлось уехать в Лас‑Вегас на важное совещание, но он не предполагал, что задержится там на целых четыре дня. Такер злился на брата и на себя самого.

В четыре утра ему позвонила Зои. Она казалась потерянной и напуганной. Водитель, которого они наняли для нее, напился, и их фургон заносило на дороге.

Чернее тучи, Такер сел в ожидавшее его такси и сцепил зубы.

Он обязательно узнает, кто нашел этого водителя, и тогда кому‑то не сносить головы. Он оставался с Зои на линии, извиняясь за своего брата, которому позвонил с другого телефона и поднял его с постели. И продолжал разговаривать с ней, пока автобусы не остановились и ее и Нэша не перевели в личный автобус Дика. А злосчастного водителя арестовала дорожная полиция.

После этого Такер вызвал частный самолет компании и теперь находился в нескольких минутах езды от Зои. Ему необходимо успокоить ее, чтобы не наброситься на брата. Потому что тут не было вины Дика. И он не мог злиться на двоюродных братьев за то, что ему пришлось задержаться в Лас‑Вегасе. Против их семьи плели интриги, и он нес ответственность за свою часть работы. Но Зои в это время оставалась одна. С ребенком и везущим их пьяным водителем. Могло случиться что угодно. При мысли о том, что он мог потерять их, ему становилось дурно.

Такси остановилось рядом с чередой жилых автофургонов. Дверь фургона, принадлежавшего Дику, открылась, и на пороге появилась Квин.

— Такер, только не начинай. Ты не скажешь ничего нового.

— Дик обещал присмотреть за ней.

— Это не его обязанность.

— Ты, правда, хочешь поговорить об этом? — Он до сих пор сердился на нее за то, как она обошлась с Зои в Нэшвилле. — Где она?

Квин пожала плечами.

— Как только мы добрались сюда, она вернулась в свой автобус. Мы предлагали ей остаться.

— Мы? — остановился Такер. — Хочешь сказать, она бы осталась с человеком, который обвинил ее в… чем, Квин? В том, что у нее нет ни гроша за душой? В том, что она работает не покладая рук? В том, что осмелилась мечтать о большем в своей жизни? — с сарказмом бросил он. — Ей никогда ничего не доставалось даром. И все, что у нее есть, — это ее гордость, талант и безмерное упрямство. — Такер покачал головой. — Квин, уж ты‑то должна была проявить к ней хоть каплю сострадания. Передай Дику, что я поговорю с ним позже. Наедине.

Он развернулся и направился к фургону Зои. Когда Квин крикнула что‑то ему вдогонку, он просто поднял руку, жестом призывая ее оставить его в покое.

Такер тихонько проскользнул внутрь и услышал веселое агуканье Нэша. Зои спала. Она выглядела уставшей, темные круги под ее глазами были такими огромными, что их не скрывали даже ее длинные ресницы. Такер взял ребенка на руки, нашел сумку с подгузниками и вышел из спальной зоны в гостевую. Он переодел Нэша и, достав из холодильника бутылочку со смесью, чуть разогрел ее и, устроившись на диване, принялся кормить малыша.

Такер не заметил, как задремал, держа Нэша на своей груди. Его разбудил тихий смех Зои.

— Спасибо, что дал мне поспать.

— У тебя выдалась ужасная ночка. — Он осторожно поднялся и прижал ребенка к своему плечу.

Зои прошла на кухню и начала готовить кофе. — Перед отъездом я звонила нашему педиатру, и он сказал, что я могу переводить Непоседу на искусственное вскармливание, — пояснила она, встретив вопросительный взгляд Такера. — Что я и сделала. Думаю, так будет лучше для нас обоих.

Она налила Такеру чашку кофе — крепкого. А в свой добавила сливки и сахар.

— Не думала, что ты бросишь все и приедешь, — сказала она, присаживаясь рядом с ним на диван.

— Я очень сожалею, что меня не было здесь. Теперь я буду рядом.

Она быстро заморгала, и ему показалось, что на ее глазах мелькнули слезы.

— Но ты…

— Что я, ангел мой?

— Ты занятой человек. Тебе нужно следить за работой всех этих компаний, и… и…

— Ш‑ш‑ш. Мне не нужно торчать в офисе каждый день. — Ему следовало бы, но он не мог выбросить Зои из головы, и мысль о том, чтобы быть вдалеке от нее — и от Нэша, — сводила его с ума.

Такер наклонился к ней и поцеловал в губы.

— И я никогда не бываю слишком занят для этого.

Вечером, провожаемая бурными аплодисментами, Зои сошла со сцены, где ее ждал Такер с довольной улыбкой на лице, и с трудом сдержалась, чтобы не броситься в его объятия.

— Мистер, на что это вы так смотрите?

— На тебя, ангел мой. Я смотрю на тебя.

— Только не надо говорить мне эту романтическую чепуху, — покачала она пальцем у него перед носом.

Тогда он шагнул к ней и, схватив этот палец, поцеловал его.

— Не любишь романтику? Прелестно. Тогда мы можем обойтись без прелюдий.

В глазах Такера бушевало пламя, когда он жадно обводил взглядом ее тело. Этот мужчина хотел ее. Безумно.

— Неа. Я голодна.

— Представь, я тоже.

— Я говорю о еде, — взволнованно выдавила она. — Обычной еде.

— Мы возьмем ее с собой.

Он взял ее за руку и повел за собой по темному коридору к помещению, которое приготовили для их команды. Зои положила себе на тарелку хлеб, мясную нарезку, сыр, фрукты и печенье. Такер последовал за ней, накладывая на свою тарелку все то же, что и она, вызвав недоумение с ее стороны.

— Думаю, завтра, когда мы отправимся в путь, тебе захочется перекусить, — пояснил он.

Как он догадался?

— Бери все, что тебе хочется. И скажи, что взять тебе попить.

— Ты читаешь мои мысли?

— Нет. Я просто знаю, как работает твоя голова.

Пять минут спустя они уже были в ее автофургоне.

— У нас есть два часа. Поторапливайся с едой.

— Но ты же говоришь, что у нас есть целых два часа, — рассмеялась Зои.

Такер тихо зарычал и приблизился к ней.

— Я не собираюсь все это время стоять тут и смотреть, как ты ешь. У меня есть более интересные идеи. — Он стянул блузку с ее плеч и уставился на ее обнаженное тело. Зои задрожала, а потом, когда он провел губами по ее шее и плечу, сдавленно застонала. — Ангел мой, ешь быстрее.

— Прекрати.

— Ни за что. Ешь быстрее. У тебя есть пять минут. Потом я начну тебя раздевать и есть то, по чему я изголодался, — почти что промурлыкал Такер и потерся губами о ее кожу.