Как быстро закончилась ночь - Андреа Лоренс

– Я не понимаю, зачем мы опять ищем в Коннектикуте квартиры, – пожаловалась Харпер.

– Я уже стара, чтобы жить в общежитии или семейном доме, – объяснила Люси. – Если я вернусь в университет, мне надо жить неподалеку от него.

В Нью-Хейвене стоял прохладный день. Был конец сентября, но осень в этом году наступила позже обычного. Скоро придет время листопада, свитеров и сапог.

– Я действительно не понимаю, почему ты этим занимаешься, – произнесла Харпер. – Я имею в виду, как только ты вступишь в права наследования, тебе будет незачем учиться. Тебе не придется работать ни дня. А тем более жить в дешевой квартире с шумными соседями сверху.

Люси только качала головой, глядя на перечень адресов квартир, сдаваемых в аренду.

– Это не имеет никакого отношения к моему наследству. Получу я его или нет, я хочу стать дипломированным искусствоведом. Это был мой план с самого начала. Все эти годы я копила деньги, чтобы оплатить учебу. Теперь, когда Элис умерла, у меня появился шанс снова учиться. Если мне придется жить в старой коммуналке с ковровым покрытием и стиральной машиной на сто человек, так и будет.

Харпер прекратила жаловаться, когда они подошли к дому, где находились квартиры, сдаваемые в аренду.

– Ну, не так уж плохо, – сказала Люси. – Поскольку дом находится ближе всего к университету, то квартиры здесь, вероятно, самые дорогие.

Риелтор направила их в пустую квартиру с одной спальней.

– У меня есть односпальная квартира, подобная этой, которая освободится после осеннего семестра, – объяснила она. – Еще я могу предложить пару квартир с двумя спальнями. Хотите?

– Нет, спасибо, – ответила Люси. Прошедшие пять лет она фактически жила в спальне. – Я хочу жить одна.

– Хорошо. Осмотритесь. Я отвечу на любые ваши вопросы.

Они вошли внутрь, и Люси облегченно вздохнула. Все было не так уж плохо. Слева находилась просторная гостиная с патио, справа – столовая и кухня. Короткий коридор, спальня и ванная комната. Светильники были не самыми новыми и красивыми, но выглядели чистыми и исправными.

– Я готова здесь жить, – сказала Люси.

Харпер наморщила нос:

– А ты не хочешь купить таунхаус?

– На какие деньги? – спросила Люси. – Я клянусь, вы, богачи, понятия не имеете, что такое бедность. После того как я заплачу за занятия и книги, у меня останутся деньги только на оплату этой квартиры и на еду. Вот и все. – Она подняла палец, заставляя подругу молчать. – И не смей снова говорить о наследстве. Оливер подал судебный иск. Я не могу тратить деньги, которые могут мне не достаться.

Харпер вздохнула и скрестила руки на груди:

– А как насчет Оливера?

Люси нахмурилась.

– А что Оливер? – спросила она.

– Вы с ним… вместе. Кажется, вам хорошо вдвоем. Неужели ты захочешь расстаться с ним после Нового года?

Люси старалась об этом не думать. Ничего не изменило даже ее недавнее эмоциональное откровение. Она по-прежнему планировала учиться.

– Наши отношения не настолько серьезные, чтобы я отказалась от своей мечты ради Оливера, – сказала Люси.

– Я не знаю. Со стороны ваши отношения кажутся довольно серьезными. Возможно, это еще не любовь, но, по крайней мере, вы увлечены друг другом.

Люси проигнорировала ее замечание и повернулась, чтобы посмотреть приборы на кухне.

– Ты можешь учиться в другом городе. Например, в Нью-Йорке. Зачем тебе возвращаться в Йель?

Люси повернулась к Харпер и уперлась руками в бедра:

– Я упорно училась, чтобы поступить в Йель, и я хочу получить диплом Йельского университета.

Харпер не выглядела убежденной.

– Я не понимаю, почему ты уперлась.

– Я планировала вернуться в Йель до встречи с Оливером и до оглашения завещания. Я уже подала документы. Итак, ты будешь мне помогать искать жилье? Или будешь и дальше ныть?

Харпер закатила глаза и улыбнулась:

– Я помогу тебе найти квартиру в Нью-Хейвене, потому что я надежный друг, который тебя любит.

– Хорошо. Поехали.

Они вышли из квартиры вместе с брошюрой и визиткой риелтора, которому Люси должна была позвонить, когда примет решение. Они посетили еще два жилых комплекса, а потом отправились обедать в Вито-Дели – один из их бывших университетских пригородов.

– Я умираю от голода, – объявила Харпер, когда они встали в очередь у прилавка, чтобы сделать заказ.

Люси любила это кафе, когда училась в университете, но сегодня идея пообедать была не такой захватывающей, как прежде. Запах мяса и маринадов вызвал у нее тошноту. Последние пару дней ее подташнивало, но она думала, что что-нибудь не то съела.

– Люси, что с тобой?

Она повернулась лицом к Харпер.

– А что?

Харпер наклонила голову набок, озабоченно смотря ей в глаза.

– Ты побледнела. Тебе плохо?

Люси захотелось на свежий воздух.

– Я выйду на улицу на минутку. Меня тошнит от запаха соленых огурцов.

Они вышли на улицу, где Люси подышала свежим воздухом и почувствовала себя намного лучше. Тошнота ослабела.

– Спасибо. Я не знаю, что со мной в последнее время. Вчера меня тошнило. Я подумала, что это из-за сэндвича с курицей, который я съела в обед. Утром я съела бублик и выпила кофе. Меня никогда не тошнило от соленых огурцов. Мне нравятся соленья.

– Папа говорил, что, когда моя мама была беременна Оливером, она не выносила запаха, вкуса и вида солений. Я всегда думала, что это ерунда, учитывая, что это обычная беременность. Оливер всегда ненавидел соленые огурцы. Когда она забеременела мной, она ела соленые огурцы, и я их обожаю.

Люси нервно усмехнулась, слушая рассказ Харпер:

– Ну, я вряд ли беременна.

– Я не говорю, что ты беременна. Это просто смешное совпадение, хотя это был бы ребенок Оливера. – Харпер помолчала, потом критически оглядела Люси. – Люси, ты беременна от моего брата?

Люси опустилась на соседнюю скамейку, мысленно подсчитывая дни, потом покачала головой.

– Нет, – наконец объявила она. – Этого не может быть. Мы предохранялись. Я уверена, что не беременна.

Харпер села на скамейку рядом с ней.