Обольстить недотрогу - Ким Лоренс

– Знаешь, я не верила, что у меня получится, – обратилась Наталия к брату, – но Тэсс убедила меня, что я смогу.

Динело посмотрел на сестру и пожалел, что не он был тем, кто вызвал улыбку радости на ее лице.

– Ну, что ты скажешь? – нетерпеливо спросила она. – Правда, ты не должен был увидеть меня, пока я не начну держаться в седле более уверенно.

– Ты держалась просто потрясающе!

Нэт расплылась в улыбке и кивнула в знак согласия.

– Да, это правда. – Она так резко развернулась на своей коляске, что заскрежетали колеса, и Динело стоило немалой выдержки, чтобы устоять на месте и не броситься ей на помощь.

– И куда ты направляешься теперь? Покорять Эверест? – Он нимало не сомневался, что если бы Тэсс предложила его сестре такую авантюру, та тут же согласилась бы.

– Нет, этим делом я займусь на следующей неделе. А пока меня ждет физиотерапия и… – Наталия посмотрела на свои часы. – Я опаздываю. Пойдем, Тэсс.

– Могу я одолжить Тэсс на одну минутку?

– Конечно, но зачем она тебе?

Его взгляд чуть затуманился, и будь на его месте кто-то другой, Тэсс сказала бы, что он покраснел. Но когда Динело заговорил, его голос был по-прежнему спокойным.

– Скоро твой день рождения, и тебе не следует задавать слишком много вопросов.

Облако, набежавшее ей на лицо, тут же растаяло, и ее глаза радостно заблестели.

– Хорошо, – улыбнулась она, а потом глянула на Тэсс. – Только не забудь, в половине четвертого мы должны быть в салоне.

Услышав ее слова, Динело снова пришел в ярость.

– О, у нас много времени! – крикнула вслед ей Тэсс.

Динело подождал, пока его сестра отъедет на достаточное расстояние, чтобы не услышать его, и повернулся к Тэсс.

– Отменить! – Он смотрел, как улыбка исчезла с ее лица, уступая место изумлению. – Мы вызываем парикмахера на дом.

Тэсс просто вскипела от злости.

– Половину удовольствия в салоне красоты человек получает, слушая сплетни и рассматривая других людей. Вы вряд ли поймете, о чем я. Это называется общением.

– Может быть, вы не знаете, – сдерживаясь из последних сил, чтобы не наорать на нее, спокойно начал Динело, – но последний раз, когда Наталия поехала в салон красоты, там произошел… небольшой инцидент…

– Когда дверь в туалет оказалась слишком узкой, чтобы могла проехать ее коляска?

– Значит, она рассказала вам? – Когда Динело позже попытался поговорить с сестрой о случившемся, та наотрез отказывалась обсуждать произошедшее.

Тэсс молча кивнула.

– Но вы все равно… – Динело покачал головой, не веря своим ушам. Он хорошо помнил, как слезы унижения катились по щекам Нэт, когда она рассказывала о том случае. – Просто невероятно! Если бы у вас была хоть капля сочувствия, которое вы так сильно любите изображать… – Казалось, ему не хватало слов. – Знаете, что я думаю? – процедил он.

Тэсс осточертели диктаторские замашки Динело, и она пожала плечами, напоминая себе, что ее абсолютно не волновало его мнение.

– Попробую угадать… Вы собираетесь сказать мне, что я…

– Я думаю, что вам наплевать на мою сестру. Единственное, что вас заботит, – это желание доказать свою правоту. Вы постоянно суете свой нос не в свои дела! Я советую вам прежде разобраться с собственной жизнью, а не вмешиваться в жизнь других. – Тэсс вздрогнула, и Динело на секунду почти пожалел о своих словах. Почти. – Позвольте мне еще раз разъяснить ситуацию. Они приезжают к ней. – Нэт выбирала свой гардероб, сидя дома на диване, по звонку к ней приезжали визажисты и стилисты, и он не собирался допустить, чтобы кто-то вмешался в заведенный порядок и все испортил.

– Это всего лишь поездка в салон красоты, – тихо, но решительно возразила Тэсс. Ей не хотелось спорить с Динело, но он не оставлял ей выбора.

– И вы подвергнете Нэт унижению только для того, чтобы что-то доказать?

– Но я не пытаюсь ничего доказывать, – изумилась Тэсс.

– Вы все время вмешиваетесь не в свои дела.

– Но речь идет не обо мне, – вскинула голову Тэсс.

– С тех пор, как вы приехали, все вертится вокруг вас. – Он огорченно провел рукой по волосам и посмотрел на Тэсс сверху вниз.

– Я не люблю, когда окружающие меня люди несчастливы, и если бы я могла…

– Вы бы принесли немного света в их жизнь? Но мне, черт подери, не нужен ваш лучик света.

Тогда что тебе нужно, Динело?

У Тэсс шла кругом голова. Он навис над ней словно башня, и каждое его слово, сказанное тихим голосом, несло в себе угрозу, вызывая внутреннюю дрожь.

– И хочу заметить вам, я не отношусь к добрым людям.

Тэсс не могла пошевелиться. Они стояли так близко друг к другу, что ей казалось, будто она находится на самом краю огнедышащего вулкана.

Тэсс чувствовала жар его тела и исходившую от него ярость.

– Вы считаете, что я ничего не делаю для своей сестры! – прорычал Динело.

– Я думаю, что вы делаете все для нее, в том числе держите ее запертой в золотой клетке, не позволяя ей выйти оттуда, а то вдруг кто-нибудь не так посмотрит в ее сторону.

Он раздражал Тэсс, но, несмотря на злость, которую он вызывал в ней, она чувствовала к нему симпатию. Черт подери, ненавидеть его оказалось делом не из легких. Динело просто обожал свою сестру, в этом-то и была проблема. Он хотел защитить Наталию от всего, и бедная девочка, которая боготворила его, позволила ему оградить себя от внешнего мира.

– Вы слишком преувеличиваете, – наконец выдавил он.

– Как вам будет угодно, – пожала плечами Тэсс. – Но вы не можете защитить Нэт от всего. Да, этот салон вряд ли станет ее любимым местом, но вы недооцениваете ее. Наталия – боец. Она понимает, что, когда люди не замечают тебя, нужно не прятаться, а объяснить, что к чему.

То, что Тэсс говорила разумные вещи, вызвало у него еще больший протест.

– И этот маленький урок предназначается мне? Но я не один из ваших пятилетних школьников, мисс Джонс, и меня не впечатляет ваша кустарная дешевая философия.