Ребенок Бриджит Джонс. Дневники - Хелен Филдинг

– Она – мокрая, она – прозрачная, и без нее мы ВЫМРЕМ! Вода! – взвизгивала Пери, вышагивая перед доской для заметок. Юноши с самурайскими прическами занимали первый ряд, на галерке восседал проверенный временем мрачный охранник.

– Бриджит, вы опоздали на тридцать пять минут. Вы устарели. Вы нагоняете тоску. Вся «Удивись, Британия!» устарела и нагоняет тоску. Даже название – и то устарело и нагоняет тоску. Я уже не говорю о содержании – оно устарело и нагоняет тоску. Нам нужен драйв, нам нужен экшн, нам нужен саспенс. «Они – миниатюрные, они – мощные, они – потенциальные убийцы, и они ЗАПОЛОНИЛИ КАЖДЫЙ ДОМ!» Как-то так. Ну? Чего молчим? – Пери Кампос обвела взглядом аудиторию.

– Муравьи! – выкрикнул Джордан.

– Пыльные тряпки! – возразил Ричард Финч.

– Вибраторы? – предположила Миранда.

Я прыснула.

– Правильный ответ – батарейки, – процедила Пери Кампос. – Тем, кто имеет хотя бы смутное представление о современных новостных шоу, схема должна быть понятна. Бриджит, в понедельник в девять утра жду вас у себя в кабинете. В девять утра, Бриджит, а не в три часа дня. Не вздумайте опоздать.

– Больше не повторится, обещаю.

– «Обещаю»! Люблю это слово. Оно дает массу пищи для дискуссий.

– Прошу вас, не увольняйте Бриджит, – произнес Ричард Финч. Мне достались его красноречивый взгляд и беззвучное: «Ты рехнулась?»

Пятница, 17 ноября

20.30. Моя квартира.

Чую: скоро случится страшное. Мне светит увольнение, оба отца меня на дух не выносят, все плохо. Вечер пятницы, я сижу одна. Как дуууураааа!

ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ:

У меня будет ребенок.

С Марком еще все может наладиться – это у него просто заскок.

Дэниел никуда не делся, значит, минимум один отец остается.

Дэниел может измениться.

У меня есть квартира.

У меня есть машина.

У меня чудесный папа.

Мама может измениться и начать с радостью ждать внука, вместо того чтобы трепыхаться по поводу визита Королевы.

Меня окружают друзья, как Одиночки, так и Наседки. Аналог большой и любящей семьи, какие бывают в странах третьего мира.

У меня суперская работа (надолго ли?), где никто, кроме Миранды, пока не знает, что я беременна…

Вот оно – друзья! Одиночки, с которыми так славно проводить время! Совершенно необязательно киснуть в четырех стенах. Вот сейчас возьму и позвоню Шэззер…

* * *

21.00. Разговор с Шэззер не задался.

– Шэз? Это Бриджит. Слушай, вы с Томом сегодня пойдете проветриться?

Повисло молчание – абсолютно такое же, каким я сама встречала робкие попытки Магды присоединиться к нашей компании Одиночек и, как это в обычае у Самодовольных Замужних Наседок, самой не оттопыриться и другим не дать.

– Бридж! Мы проссстооо…

Голос был совершенно пьяный.

– Мы проссстооо забурились в Хакни^[6], в сссмыссле, мы и так ужже пр… пр… ветриваемссся.

Я закусила губу. Чуть не расплакалась. А меня не позвали! Потому что я больше не Одиночка. Но я и не Самодовольная Замужняя Наседка. Я – фрик!

– Бридж. Ты чего? Хочешь, мы к тебе приедем?

– Почему вы меня не позвали?

– Ну… просссто мы тут того, пьем, а тебе, в твоем положении…

– В моем положении?

Послышались звуки перепалки. Трубку взял Том – еще более пьяный, чем Шэз.

– Понимаешь, тут оно малосссть… малосссть не для тебя… Миранда как раз…

Что? И Миранда с ними? Ей тоже в голову не пришло меня позвать?

22.00. Все просто. Когда тебе тоскливо и одиноко, ты, фигурально выражаясь, стоишь с протянутой рукой.

22.05. Попробую закинуть удочку, в смысле, эсэмэску. А лучше сразу несколько.

22.15. Вот я какие сообщения отправила:

«Магда, мне тоскливо и одиноко. Больше не могу вести жизнь беззаботной Одиночки. Очень нуждаюсь в поддержке замужних подруг».

«Шэззер, мне тоскливо и одиноко. Хоть я и забеременела, но Самодовольной Замужней Наседкой не стала. Очень нуждаюсь в поддержке друзей-Одиночек».

«Мама, мне тоскливо и одиноко. Без твоей поддержки, моя милая, моя бесценная мамочка, я не сумею пройти через все испытания».

«Марк, мне тоскливо и одиноко. Без твоей поддержки, мой дорогой, я не сумею пройти через все испытания. Пожалуйста, поддержи меня в период испытаний».

«Дэниел, мне тоскливо и одиноко…»

На этой стадии я заснула.

Суббота, 18 ноября

11.00. Моя квартира.

Проклятье! Была разбужена телефонным трезвоном и жужжанием эсэмэсок. Выпростала руку из-под одеяла, взяла телефонную трубку, сказала «алло», свободной рукой продолжая шарить в поисках сотового.

– Это Магда. Вчера получила твою эсэмэску. Я очень, очень рада. Мы все давно ЖАЖДЕМ с тобой пообщаться, просто мы думали, тебе интереснее с теми друзьями, которые не обременены семьей. Я думала, с нами тебе скучно. Короче – приедешь сегодня на ланч на Портобелло? А после ланча мы славно побеседуем. Разумеется, наши завалят тебя советами – идиотскими, зато от души. Насчет меня не беспокойся – я ничего советовать не стану.

– Магда, знаешь, я вообще-то еще сплю…

– Ой, я тебя разбудила! Бриджит, надеюсь, ты в бюстгальтере?

– Нет, без. А что?

– Сейчас же надень и ни в коем случае не снимай. Не то будешь груди под мышками носить. Только учти: бюстгальтеры на косточках тебе сейчас противопоказаны.

– Почему?

А как же мой восхитительный комплект с эффектом пуш-ап?

– Бюстгальтер на косточках – верный способ угробить молочные протоки.

– Подожди, Магда, у меня сотовый разрывается.

Высветился номер Тома.

– Том! Привет! Извини, я по стационарному говорю. Я тебе перезвоню, ладно?

– Валяй. И проверь входящие сообщения. Сегодня в час дня мы встречаемся в «Электрике». Хотим по «Кровавой Мэри» пропустить.

– Извини, Магда.

Я снова взяла трубку стационарного телефона. Магда, оказывается, все это время не умолкала.

– …и не вздумай есть сырые яйца.