Что скрывает ночь? - Ким Лоренс

Через пять минут официант-итальянец уже вел их к свободному столику, причем, по просьбе Драко, разговаривал исключительно на английском.

– Это чтобы ты не подумала, что мы тебя обсуждаем.

– Не смешно. А этот человек действительно твой водитель?

– Карл? А кем он, по-твоему, еще может быть?

– Телохранителем?

В ответ Драко лишь рассмеялся, а когда им принесли вино, Ева отодвинула от себя бокал:

– Мне надо работать.

– Сегодня твой день рождения.

Наверное, не стоит тратить силы на споры из-за таких пустяков. К тому же пара глотков вина помогут успокоиться и расслабиться.

– Ладно, налей мне чуть-чуть.

Что ж, выдержанное вино в обществе мужчины, на которого все оборачиваются… Не самый плохой способ провести день рождения, правда, когда новизна притупится, может проснуться и ревность. Но неужели он действительно равнодушен к вниманию окружающих? Или это лишь видимость?

– Карл водитель.

– Значит, телохранителя у тебя нет? – не удержавшись, уточнила Ева.

– Самая надежная охрана та, что не видна посторонним.

Отложив вилку, Ева откинулась на спинку стула, задумчиво поигрывая бокалом.

– Это не ответ.

– Другого ответа не будет, – улыбнулся Драко, наблюдая, как она вновь берет вилку и старательно выравнивает на тарелке пасту по-деревенски.

– Очень вкусно. – Ева еще раз пригубила вина, твердо решив, что больше пить не станет. – Но как нам вообще удалось получить столик?

– Я знаком с хозяином.

Да, что-то подобное она и подозревала.

– С тем, которому принадлежит вся сеть ресторанов?

– Да, с ним.

– Теперь они уже повсюду, но, когда я в прошлом году была в Париже, ресторан только открылся и…

К их столику подошел управляющий, и Ева замолчала.

– Сэр, мисс, надеюсь, вас все устраивает?

– Да, очень вкусно, – кивнула Ева.

– Мы довольные клиенты, – улыбнулся Драко.

Ева удивленно перевела взгляд с одного на другого, было в их словах нечто такое…

– Так хозяин – это ты? – уточнила она, когда управляющий удалился.

– Верно. – Драко и глазом не моргнул. – Уже целых два года.

Слегка нахмурившись, Ева принялась аккуратно раскладывать тарелки, бокалы, вилки и ножи. А разложив, еще раз все поправила.

– А ты не думал, что об этом можно было бы и предупредить?

– Нет. И что дальше? Пойдешь домой?

– Домой?

– Отмечать день рождения.

– У меня нет дома, – выдохнула Ева, спрятавшись за бокалом.

– Ничего себе. Так тебе не родинку удалили, а чип поставили?

– Я десять лет прожила в поместье Латимера, но оно никогда не было моим домом. Мы были всего лишь прислугой.

– Возможно, но это не помешало тебе подружиться с Ханой, а твоей матери стать хозяйкой этого поместья.

И вот опять. Драко далеко не первый, кого удивляла столь странная дружба, между богатой красивой наследницей, учившейся в лучших школах Европы, и страшненькой застенчивой дочкой поварихи, посещавшей местную школу.

Сама Ева с первого взгляда возненавидела золотоволосую принцессу с вечно приклеенной на губах улыбкой, а однажды, встретив ее в одном из своих секретных мест, пришла в настоящую ярость и только потом увидела катящиеся по щекам слезы.

И как-то так получилось, что у них оказалось довольно много общего даже до того, как они узнали о тайной связи родителей. А еще они обе ненавидели свои школы, где над ними издевались. Правда, одноклассники не любили их совсем по разным причинам.

– Люди обожают копаться в грязном белье богатых и знаменитых, так что не удивляйся, если рано или поздно встретишь в светской колонке личные подробности из жизни твоей матери, – предупредил Драко.

Только представив, что на свет всплывет история ее рождения, Ева задохнулась от ужаса.

– Что ты хочешь этим сказать?

Черт, судя по реакции, в семейном шкафу Куртисов явно запрятан какой-то скелет… А ведь он всего лишь хотел перевести разговор в нужное русло. Так, ладно, хватит идти окольными путями, лучше прямо сказать все как есть.

– В Сети выложили одну фотографию. Думаю, тебе стоит об этом знать. – Протянув ей телефон, Драко наблюдал, как, разглядывая снимок, на котором они страстно целовались посреди дороги, Ева сперва густо краснеет, а затем так же стремительно бледнеет. – Думаю, это постаралась одна из твоих бывших одноклассниц.

Крепко зажмурившись, Ева несколько секунд молчала, а потом едва слышно выдохнула:

– Надеюсь, никто не обратит на него внимания.

– Боюсь, твои надежды тщетны. Он уже обрел бешеную популярность.

Как он может так спокойно об этом говорить?

– Сделай что-нибудь. Его же может увидеть твоя дочка!

– Подозреваю, что она и так его уже видела. Да и вообще, снимок весьма неплох.

Неплох? Да только подумать, что ее частную жизнь так бесцеремонно выставили на всеобщее обозрение…

– Мне плохо! – Ева с трудом поборола приступ тошноты. – Так что мы теперь будем делать?

– Делать?

– Нам нужен план.

– Поверь моему опыту, какие-либо действия бессмысленны. Разумеется, если ты собираешься воздержаться от членовредительства. А так лучше всего просто посмеяться и забыть. Ну, или гордо молчать, игнорируя любые комментарии.

Ева нервно рассмеялась. О какой гордости можно говорить, когда друзья, родные и коллеги смогут любоваться этим кадром, где она страстно цепляется за лапающего ее мужчину?

– Ну, или, если хочешь, я могу яростно отрицать, что между нами вообще что-то было.

– Вот и замечательно.

– И тогда все поймут, что что-то все же было, и еще долго не оставят нас в покое.

Стиснув зубы, Ева постаралась глубоко вздохнуть и успокоиться. Насилие никогда не ведет ни к чему хорошему, но как же было бы приятно проломить сейчас череп кое-кому из старых знакомых!