Заговор Высокомерных - Елена Тюрина

Какое-то время они молча сидели друг напротив друга. Наконец, следователь заговорил дежурно учтивым тоном:

– Здравствуйте, Дарья Александровна. Рассказывайте, где вы были днем в прошлую пятницу?

– Дома.

– Кто может это подтвердить?

– Никто. Муж утром уехал на работу. А я себя плохо чувствовала… по причине критических дней. Поэтому полдня провела в постели. Спала.

– Вы не выходили в интернет и ни с кем не созванивались?

– Нет, только после обеда говорила по телефону с секретарем и парой клиентов.

– Во сколько это было?

– Точно не помню. Кажется, после четырех часов дня.

– Домработница или водитель вас видели?

– Нет. Водитель весь день был с Вадимом, а домработницу я отпустила в четверг на все выходные.

– А сотрудники вневедомственной охраны?

– Я с ними не общалась. Но они могут доказать, что я никуда не выезжала.

– К сожалению, они не могут доказать, что вы не вылезли, например, в окно, не поймали на трассе такси, не съездили к Шарлеруа, не убили его и не вернулись тем же способом.

Дарья глядела на Каплина так, будто пребывала в полной уверенности, что он шутит.

– В общем, алиби у вас нет… – подытожил следователь, откинувшись на спинку стула и тихонько постукивая колпачком ручки по столу.

– А оно мне нужно? – тонкие брови Лисневской надменно изогнулись.

Ее спокойствие и сдержанность его восхищали. Все же ее есть за что уважать, кроме красивых глаз.

Каплин медлил с ответом. Вместо этого спросил:

– Даша, вы занимаетесь спортом?

– Как все, фитнесом.

– Давно?

– Да, почти десять лет. Почему вы об этом спрашиваете?

– Шарлеруа был нанесен один удар ножом в сердце. Нанести его мог как средней силы мужчина, так и достаточно тренированная женщина.

– Ну и что?

Лев Гаврилович снова не спешил отвечать, будто оттягивал этот момент.

– У вас есть адвокат?

– У мужа есть, но я ему не звонила.

– Почему?

– Зачем? Это все какое-то недоразумение. Я надеюсь, вы отпустите меня домой.

Каплин устало вздохнул, подпер лоб рукой и на несколько секунд замолчал. А потом произнес, поглаживая подбородок:

– Дело в том, что ваши отпечатки обнаружены на ноже, которым убили Шарлеруа.

Он достал из сейфа и положил перед ней орудие убийства.

– Что за глупости! Да, я брала в руки какой-то нож, не помню, этот или другой… Но это было давно.

– Зачем?

– Во время ролевых игр… Андрей сам попросил.

Дарья ответила спокойно, с вызовом посмотрев ему в глаза. Судя по всему, Каплин ничуть не смутился.

– Вы что, практиковали садомазохизм? – продолжил он допрос вполне хладнокровно.

– Это не имеет отношения к делу, – категорично отрезала молодая женщина. – Откуда у вас мои отпечатки?

– Когда я приезжал к вам в офис, взял вашу ручку. Вы даже не заметили этого.

– Вор, – фыркнула она. – И как удачно, что отпечатки совпали, правда?

– Так вышло. Для вас это совсем не удачно. Проверяли таким образом не только вас, но совпали именно ваши отпечатки. И, плюс ко всему, похожую женщину видели в день убийства входившей в кондитерскую. Конечно, еще будет опознание, но и одних отпечатков достаточно, чтобы арестовать вас, Дарья Александровна, по подозрению в убийстве Оливье де Шарлеруа.

Допрос длился еще около часа. Каплин что-то спрашивал, Дарья отвечала. Но поскольку ответы эти звучали преимущественно как «нет», «не знаю» или «не помню», Лев Гаврилович неожиданно вышел из себя. Ударив по столу, он воскликнул:

– Да что это такое! Ничего не помните, не знаете. Вы издеваетесь?

– Это вы издеваетесь! Я устала и хочу есть! Оставьте уже меня в покое! Можно было арестовать меня дома, а не на работе при клиентах? Теперь эта новость облетит газеты и весь интернет. К чему эта публичная порка?

Нервы начинали сдавать у обоих. Дарья готова была расплакаться. Когда он подавал ей стакан с водой и их пальцы на миг соприкоснулись, она нервно отдернула руку. Немного жидкости расплескалось на ее платье. Поставив так и не тронутый стакан на стол, Лисневская уже передумала лить слезы. Изящным жестом она убрала за ухо светлую прядь волос и принялась теребить маленькую золотую сережку.

– Даша, скажите прямо, это вы сделали?

Лев Гаврилович посмотрел на задержанную с сочувствием.

– Если я поклянусь, что не убивала, вы мне поверите? – она иронично скривила губы.

Каплин отрицательно покачал головой.

– Тогда зачем спрашиваете?

– Просто мне хочется вам верить, а я не верю. Совсем.

Лев Гаврилович какое-то время молча смотрел на нее, а потом отвернул лицо к окну.

– Вы, наверное, все думаете, когда же я вам деньги начну предлагать… – неожиданно почти промурлыкала Дарья.

– Признаться, была такая мысль.

– Вы такой скучный и честный, что вам даже себя нет смысла предлагать, а не то, что деньги. Будете очень хотеть, но все равно откажетесь, – она пренебрежительно закатила глаза.

У невозмутимого Каплина брови удивленно поползли вверх.

– Видели б вы свое лицо. Как оно вытянулось!

Молодая женщина язвительно хмыкнула.

Нянчиться со строптивыми красотками не входило в планы Льва Гавриловича, поэтому данный выпад он просто проигнорировал. Лишь выдержал паузу, ожидая следующего действия спектакля. Но никаких новых колкостей не последовало.

– Под залог, я так поминаю, у меня тоже нет шансов выйти? – уже серьезно и по-деловому спросила она.

– Преступление, в котором вы обвиняетесь, квалифицируется, как тяжкое. В таких случаях порог залога составляет пятьсот тысяч рублей. Вы сами, ваш адвокат или родственник можете обратиться с ходатайством в суд, и, возможно, вас выпустят под залог денежных средств или имущества. Но имейте в виду, что сумма залога по суду может составить и несколько миллионов. За убийство, как правило, так и будет. Если вообще добьетесь такой поблажки. Так что мой вам совет – позвоните адвокату. Или хотя бы мужу, – сухо сказал мужчина.

На долю секунды появившееся на ее лице выражение растерянности в следующее мгновение сменилось ледяной маской.

– Сегодня муж уехал в командировку за границу. В поездках он отключает мобильный и пользуется другим номером, которого я не знаю. Он вообще не посвящает меня в свои дела. Я даже понятия не имею, куда именно он поехал и надолго ли.