Палитра его пороков - Анна Веммер

Когда звонит будильник, я просыпаюсь, но с целую минуту не могу понять, где нахожусь. За окном снова пасмурно, над городом вдалеке собирается гроза. Мне не хочется вставать. Наверное, если бы было время, я бы отключилась на сутки, не меньше. Но через час с небольшим нужно быть в больнице, на встрече с врачом.

Дверь вдруг открывается, и я вскакиваю.

— Ой, простите! — миловидная брюнетка средних лет держит поднос. — Я услышала будильник и принесла вам ужин.

— Спасибо.

— Меня зовут Рита, если что. Я экономка. Сергей Васильевич сказал, вы здесь поживете, так что если будут какие-то вопросы, меня можно найти или на кухне или в комнате за кухней. Завтрак и обед в любое время, ужин готовлю к восьми и оставляю на кухне, мой рабочий день заканчивается в девять, но вы можете обращаться, если вдруг что-то срочное. Комната для стирки внизу, просто относите то, что вам нужно, я займусь. Ванная в конце по коридору. Аптечка, если что, на кухне и у Сергея Васильевича в кабинете.

— О… — Я теряюсь, чувствуя себя неловко. — Спасибо.

— Поужинайте, сегодня у нас морепродукты. Если что, спускайтесь за добавкой.

Я, как китайский болванчик, киваю.

— Мой номер записан в ежедневнике на вашей тумбочке. На всякий случай. Будут какие-то пожелания? Что-нибудь особое нужно покупать из продуктов?

Мотаю головой. Надо бы что-нибудь сказать, но пока не выходит. Такого я точно не ожидала. Когда Рита уходит, я сажусь за стол. Есть до ужаса хочется, а раз так любезно предложили, отказываться не резон. На подносе большая тарелка с моими обожаемыми макаронами (хотя, скорее, это паста, уж точно не рожки по тридцать рублей за кило), креветками и мидиями в сливочном соусе. Овощной салат с потрясающей лимонной заправкой. Стакан свежевыжатого сока и маленькая баночка с мороженым. Она меня особенно радует, это одна из тех мелочей, которые выдают абсолютную свободу в средствах. Ты не выбираешь самое недорогое и при этом вкусное мороженое, не тащишь, надрываясь, здоровый брикет, потому что килограммом дешевле. Ты просто берешь порционные маленькие баночки с разными вкусами и достаешь по одной к ужину.

Я заканчиваю с едой и отношу поднос на кухню, где Рита уверяет меня, что делать это совершенно необязательно, она все заберет, приберет и вообще ей за это платят. Затем я переодеваюсь и звоню Роме.

В машине водитель отдает мне бумажный конверт.

— Сергей Васильевич сказал, чтобы вы все заполнили и подписали.

Пока мы едем, я открываю конверт и просматриваю бумаги. В основном это договор с клиникой, заявление на доступ к персональным данным и все остальное. Только последний листок — небольшая анкета без опознавательных знаков.

Фамилия, имя, отчество, дата рождения, место рождения, паспортные данные, место жительства, образование, размер одежды, ноги, аллергии, непереносимости, жизненно важные лекарства и все остальное. Меня съедает любопытство, но Рома вряд ли знает, зачем Сереброву понадобилась моя анкета. Может, из соображений безопасности…

Когда мы приезжаем, Марина придирчиво меня осматривает:

— Ну вот, другое дело. Уже посвежевшая. Поспала хоть немного?

— Отрубилась на весь день, — признаюсь я. — И съела столько, что живот надулся.

— Вот и молодец. Ладно, Элина спит, я побежала к завтрашним занятиям приготовлюсь. После обеда приеду и снова отправлю тебя спать, поняла?

Я улыбаюсь. Марина хорошая подруга и мне везет, что она с нами так возится.

Пока иду к врачу, руки дрожат.

— Ну что ж, Евгения Михайловна, анализы готовы еще не все, но самые важные мы сделали и все посмотрели. Что я могу сказать, девочка поступила с пневмонией и от пневмонии ее лечили правильно, однако добавилась сверху еще инфекция и врач тут немного растерялся, а возможно, не сумел сделать нужные анализы. У вашей племянницы не стерильна кровь. Не бледнейте так, это лечится. Сейчас много эффективных антибиотиков. Долечим вашу пневмонию, долечим заражение и проведем реабилитацию. Все это займет несколько месяцев.

Я сижу, будто ударенная дубиной по голове, не знаю, то ли радоваться, то ли разреветься от жалости к Эле.

— Это заражение крови?

— Да, боюсь, что так. Евгения Михайловна, только не читайте никаких ужасов в интернете. У сепсиса есть разные формы, бывают даже хронические. Мы начали лечение и оно дает положительную динамику. О реанимации речи не идет, лишь об интенсивной терапии.

— Она несколько месяцев проведет в больнице?

— Нет, конечно, реабилитация — это укрепление организма. Витаминные комплексы, ЛФК, физиотерапия, санатории. Посмотрим, с какими последствиями выйдет девочка из лечения и будем думать над дальнейшей стратегией. Но я со своей стороны катастрофы никакой не вижу. Да, болезнь неприятная, пневмония у детей вообще непредсказуема и зачастую протекает без симптомов. Но мы вовремя поймали заражение, будем лечить.