Дышу тобой - Марина Кистяева

Все.

Или почти все.

Наверное, у женщин в подобных ситуациях срабатывает инстинкт, они готовы в любом мужчине, оказавшемся рядом, искать защитника.

Или это именно Андрей вызывает у нее такое желание?

Да какая разница! Главное – он рядом.

– Много причин, – тихо, спокойно произнесла Даша. – Ты спрашивал меня про синяки? Это муж ударил. И не первый раз. Это долгая история… Очень долгая. Я знаю, в нашей стране, да и во многих других, женщины подвергаются насилию в семье… Нет, формально они защищены, а на самом деле… Пусть это и не считается нормальными отношениями, но они в нашем обществе приемлемы. Женщины терпят от мужей побои и унижения. Не качай головой, это так. Порой мне кажется, что едва ли не каждая вторая женщина хотя бы раз сталкивалась с насилием в семье. А, может, процент еще больше, я просто никогда не интересовалась. Но даже не это главное, Андрей… Я… Я никогда не считала себя необыкновенной женщиной, роковой или тому подобное. Я обычная женщина, которая мечтает об обычном женском счастье. Чтобы рядом был любимый муж и любимые дети. Разве это много? Нет. Но понимаешь… Андрей, я любила мужа. Любила очень сильно. До тех пор, пока… Пока не поняла, что жду ребенка, и пока не услышала угроз в адрес… В общем, муж сказал, чтобы я избавилась от ребенка. Он не хочет малыша.

Даша замолчала. Слова давались с трудом, но ей нужно было выговориться, рассказать обо всем, даже о том, что она скрывала от Лены, но стоило ли посвящать чужого человека в свою личную жизнь?

Пока она говорила, Андрей не перебивал, слушал внимательно. Она старалась не встречаться с ним взглядом.

– Вы поругались, и ты уехала от него? – наконец, подвел он итог ее откровений.

– Я сбежала, – поправила она. – Я хотела уйти от него, даже вещи собрала в чемоданы, но он не позволил… Мой муж… – она вздохнула. – Дима относится к числу тех мужчин, которые считают, что если что-то им принадлежит, то это навсегда. Или, по крайней мере, до тех пор, пока они в этом нуждаются.

– А он считает, что нуждается в тебе? – Загорнов прищурился, точно что-то решал для себя.

– Да.

– Но не в ребенке?

– Нет. Он уже ненавидит его. Я вообще не понимаю, как можно ненавидеть… ненавидеть ребенка. Тем более своего.

Ленка бы ее не одобрила. Она сказала бы, что нельзя так открываться перед мужчиной, что это слишком опрометчиво. Но Даше было уже все равно. Слишком долго она скрывала, слишком многое носила в себе. И теперь уже не было ни сил, ни желания умалчивать хоть о чем-то. Пусть он все знает, пусть думает о ней, что захочет. Ей нужно выговориться, нужно облегчить душу…

Андрей сжал губы. Вот уж кто не торопился поделиться своими мыслями! А Даша была не в том состоянии, чтобы по выражению глаз, по движениям, по интонации голоса разгадывать его чувства.

– Но, как я понимаю, ты хочешь этого ребенка? – он дождался ее кивка. – И боишься, что муж может причинить тебе вред?

– Не только мне, но и любому человеку, который встанет у него на пути, – Даша невесело улыбнулась. – Так что ты тоже рискуешь своим здоровьем.

– За меня не беспокойся, – он поднял руку и прикоснулся к щеке Даше. И она, боже, как бездомный котенок, прильнула к его ладони, жаждая ласки и внимания. Это дало неожиданный результат. Андрей застонал и стремительно притянул Дашу к себе. – Девочка…

– Андрей, я…

Она растерялась.

Он уткнулся лицом в ее влажные после душа волосы.

– Все будет хорошо, слышишь меня? Все будет хорошо. Я не позволю причинить тебе зло. Обещаю, – шептал он.

И она поверила.

Это была ночь то ли сюрпризов, то ли парадоксов, но Даша подняла лицо, заглянула в глаза мужчины и, сама не веря своим словам, прошептала:

– Люби меня, Андрей.

Он вздрогнул. Его руки замерли на ее плечах. А Даша тем временем продолжала:

– Поцелуй меня. Я хочу снова почувствовать твои губы… хочу ощутить силу твоих прикосновений… силу твоего желания… Не оставляй меня, пожалуйста… Я не хочу эту ночь проводить одна… Андрей, я… Ты мне нужен… Пожалуйста…

Ее слова потонули в поцелуе Андрея. Он бормотал что-то нечленораздельное. Даша прижалась к его обнаженной груди.

– Ты уверена? – услышала она его хриплый шепот.

– Да… да… да…

Завтра, все будет завтра. Завтра она подумает о своем поведении и опрометчивых словах. О несвойственных ей поступках. Завтра ее будут мучить совесть и стыд. Но это все будет завтра.

А сейчас она хотела почувствовать себя любимой, хотела ощутить чью-то заботу. У нее кружилась голова и подгибались ноги. Разум окончательно уступил место чувствам, и Даша была тому рада. Чертовски рада. Она с наслаждением окунулась в новые ощущения.

Андрей подхватил ее на руки и унес на диван. Аккуратно положил драгоценную ношу и навис сверху, удерживая свой вес на руках.

– Девочка моя, ты так желанна… – прошептал он, ловя ее взгляд. – Ты даже не представляешь, как я хочу тебя… Мое сокровище…

Он говорил что-то еще, но она уже не вникала в смысл его слов. Даша хотела забыться в его объятиях. Или нет? Или она хотела почувствовать что-то иное? Например, заботу. Например, любовь. Пусть и на одну короткую, сумасшедшую ночь…

Андрей принялся покрывать ее лицо поцелуями, а она пустилась в путешествие по его обнаженной спине. Ей хотелось снова и снова прикасаться к этому мужчине, ощущать его тяжесть на себе. Мир завертелся в чувственном урагане страсти.

Он был великолепен. Его большие руки были нежными, чуткими. Он осторожно дотронулся до ее шелковой сорочки, спустил лямочки и принялся покрывать легкими поцелуями шею и плечи. Даша задрожала. Ей одновременно хотелось быстрой стремительной страсти, чувственной неги и долгих ласк под громкие протяжные стоны.

Она подставляла тело под горячий мужской рот, шептала его имя распухшими от поцелуев губами, будто заклятие, снова и снова. И не боялась ошибиться, не боялась произнести другое имя. На короткое мгновение в памяти всплыл образ мужа. Даша резко открыла глаза и прикусила губу – прошлое осталось за чертой вчерашнего дня.

Был Андрей.

Была она.

Была их страсть.

Сорочка сбилась на талии, она мешала, раздражала кожу, которая стала чересчур чувствительной. Брюки Андрея терлись об обнаженные бедра Дарьи. И ей немедленно захотелось избавиться от одежды.

– Андрей…

– Тихо, тихо… Боже… – его голос срывался. Он добрался до грудей и легонько подул на затвердевшие соски. – У тебя потрясающие груди, ты об этом знаешь? – восхищенно прошептал он.

Она гортанно засмеялась.

– Знаю.

– Великолепна… ты великолепна… У тебя роскошное тело, ты создана для любви…