Плевать на все с гигантской секвойи! - Екатерина Вильмонт

– Сема, я не желаю больше говорить об этом деле, покрайней мере сегодня. Я хочу есть, пить, радоваться жизни!

– Ваше здоровье!

– И ваше!

Они выпили. В этот момент в зал вошла девушка лет двадцати.Она была ослепительна!

– Святые угодники, это же королева красоты! –прошептал Семен Давыдович.

Девушка была фантастически хороша. Высокая, статная, сдивным цветом лица и светлыми волосами до пояса. Ее сопровождали двое мужчин.Один молодой, другой старый. Они сели за столик. Но вскоре вокруг них подняласькакая-то суета. Блеснула фотовспышка, красавица закрыла лицо, старый мужчинавскочил, и какие-то люди вывели под руки ражего детину с фотоаппаратом.

– Что там случилось? – на безупречном английскомспросил у официанта Михаил Петрович.

Тот на очень плохом английском объяснил:

– Эта девушка – наша гордость, «мисс Универсум». А сней ее отец и жених. Они не хотят, чтобы их фотографировали за едой. Их можнопонять.

– Сема, вы когда-нибудь видели живую «мисс Универсум»?

– Я даже мертвой никогда не видел! Жаль, нельзя еесфотографировать, а то хвастался бы в Питере. Хотя, откровенно говоря, она ужчересчур красива. На мой лично взгляд в женщине должен быть все же какой-тоизъянчик, пусть маленький.

– Согласен. Но изъянчик есть и в этой.

– Какой же?

– Даже два! Холодность и сознание собственногосовершенства.

– Ну вы, похоже, тонкий знаток.

– Не сказал бы.

– Признайтесь, Михаил Петрович, она вас волнует?

– Теоретически должна волновать, это как раз тот типженщин, которые мне обычно нравятся, но эта и вправду чересчур хороша… Нет,честно говоря, не волнует! И не потому, что зелен виноград.

– Вероятно, вы переутомились! Или, как говорили впрежние, не столь циничные времена, ваше сердце занято?

– Это заметно? – встревожился Михаил Петрович.

– Да нет, я просто высказал предположение, но выпроговорились, Михаил Петрович! Это непрофессионально, что в вашем случае можетбыть оправдано лишь крайним переутомлением, – засмеялся СеменДавыдович. – А посему меняем тему, а еще лучше – давайте выпьем за дамсердца! У меня тоже есть дама сердца!

– Ну вам сам Бог велел, вы еще молодой человек.

– Тридцать девять уже.

– Уже? Еще! У вас все впереди, друг мой! А давайте перейдемна «ты»!

– Для меня это большая честь, я с удовольствием! –обрадовался Семен Давыдович.

Они еще хорошо выпили, и Семена потянуло на откровенность.Он поведал коллеге о своей великой любви. Еще в школе он влюбился без памяти вдевочку по имени Стелла. У них начался бурный роман, который продолжался ипосле школы. Из-за нее он категорически отказался уехать с родителями и сестройв Израиль, а она через год выскочила замуж за другого. Поначалу Сема был убит,но жизнь берет свое, и он женился на милой девушке, которая родила емудвойняшек, мальчика и девочку. Со временем он полюбил Лизу за ее чудныйхарактер, за то, что была она прекрасной женой и матерью, и уже считал себясчастливым, как вдруг опять появилась Стелла…

– В общем, достаточно банальная история, –резюмировал Семен Давыдович.

– И что же теперь? – с тревожным любопытствомспросил Михаил Петрович.

– Стелла осталась, как говорится, у разбитого корыта. Ямог бы, наверное, торжествовать, но почему-то не получается. К тому же у неебольное сердце…

– Ты ее любишь?

– Да, – просто ответил Семен Давыдович. – Нои Лизу я тоже люблю. И не могу бросить детей. К тому же я подозреваю, что уСтеллы есть еще кто-то.

– Но если так, ты мог бы чувствовать себя свободным.

– Я не хочу чувствовать себя свободным от нее,понимаете? А, хватит об этом, простите, что я разоткровенничался. МихаилПетрович, предлагаю тост за вас! Ваш сегодняшний успех…

– Мы, во-первых, перешли на «ты», если помнишь, аво-вторых, в сегодняшнем успехе есть доля и твоего участия.

– Брось! Я просто свято выполнял все твои указания, неболее!

– О, когда человек свято выполняет указания болееопытного товарища, тогда и приходит успех! Так что пьем за нас, мы с тобой,Сема, потрясающие ребята! Стоп! Сема, я что подумал… Хочешь перейти в нашуфирму? Будем работать вместе! Переберешься в Москву, и многое решится самособой…

– Михаил Петрович, Миша, я, конечно, польщен твоимпредложением, но… Нет, я не смогу. Будет еще хуже, я стану рваться в Питер, даи к тому же в Питере живут родители Лизы, они души не чают во внуках…

– Это разрешимо, их тоже можно перевезти в Москву.

– Нет, спасибо, конечно, но нет.

– Ты все-таки подумай. И если надумаешь, дай мне знать.Договорились?

– Хорошо, я подумаю.

– Тогда давай выпьем еще!

В этот момент исландская красавица встала и прошла мимо них,очевидно в туалет.

– До изумления хороша, – пробормотал изряднонабравшийся Михаил Петрович, – но моя Марина лучше.

– Марина? Вашу женщину зовут Марина? Впрочем, так идолжно быть!

– Почему?

– Марина – морская… А вы лучший в Европе специалист поморскому праву!

Михаил Петрович расхохотался.

– Сказать по правде, мне и в голову не приходило…

– Она красивая?

– Я не знаю… Наверное… В данном случае это неважно. Нознаешь, Сема, она мне приснилась сегодня ночью, и я от радости вдруг понял, какнадо действовать… Можешь себе представить?

Они еще посидели, а потом на такси отправились в отель.

– Мариночка Аркадьевна, это Гусев!

– Слушаю вас, Даниил Александрович.

– Мариночка Аркадьевна, у нас ЧП! В ближайшие двенедели вы свободны!

– Что это значит? Что случилось?

– Да такая бодяга… Пожар на этаже случился.

– Кто-нибудь погиб?

– Слава богу, нет, да и пожарные мигом потушили, нопридется снова делать ремонт, а это, сами понимаете…

– Но отчего пожар?

– Разбираются. Не исключают поджога, а кто, что, ничегопока не знаю. Просто хотел вас предупредить, что вы можете пока быть свободны.

– Спасибо, это сейчас кстати, я, по крайней мере,спокойно перевезу сына на дачу.

– Мариночка… Аркадьевна, а может, мы пообедаемвместе? – вкрадчиво спросил Гусев.

– Там видно будет, – уклончиво ответилаМарина. – Сегодня я очень занята. Но, во всяком случае, спасибо.