Моя красавица - Кэрол Маринелли

— Еще слишком рано. — Чувствовалось, что Нине нелегко удерживать на лице улыбку. — Левандер и Милли сказали, что пока не следует создавать вокруг него много шума, чтобы не испугать его.

— О, в этом тебя точно никто не сможет упрекнуть.

— Да, Алекси, ты ведь у нас теперь эксперт в общении с детьми, — язвительно улыбнулась Нина. — В следующий раз возьми с собой и Джорджи. Мы все будем рады с ней познакомиться.

Над столом повисла гнетущая тишина.

— Кейт, у вас есть дочь? — первым нарушил молчание Росс.

— Да, Джорджи.

— А сколько ей лет? — осторожно спросила Анника.

— Скоро будет пять.

— Замечательный возраст, — сладко улыбнулась Нина. — Наверное, она счастлива, что мамочка выходит замуж, ведь любая маленькая девочка мечтает стать подружкой невесты.

— Алекси, — прошептала Анника, коснувшись рукава брата. — Могу я поговорить с тобой?

Из всей семьи именно с Анникой у него были самые близкие отношения. Он знал, через какие трудности ей пришлось пройти: ей нелегко было освободиться от давления семьи и выбрать свой собственный путь. К ужасу Нины, сейчас она заканчивала курсы медсестер и собиралась специализироваться на уходе за престарелыми людьми. С каждым днем, с поддержкой Росса, она становилась все более сильной и независимой, Алекси не мог не восхищаться ею.

— Конечно, — кивнул он.

— Наедине.

Алекси заметил, как нервничает Анника, как она все время оглядывается на мужа. Его сердце сжалось, он был готов проклясть Росса за предательство, а себя за слабость, которую проявил в тот роковой день, когда признался ему в провалах в памяти. Он ведь поклялся никогда никому не говорить об этом!

— У Росса не было права так поступать! — закричал он, как только они остались одни. — Ну и что, что он твой муж? Я разговаривал с ним тогда как с врачом и надеялся…

— О чем ты говоришь, Алекси? — непонимающе нахмурилась Анника. — Он просто волнуется, так же как и я. У Кейт маленькая дочь! О чем ты думаешь?

— Ты не должна беспокоиться за нас с Кейт.

— Я и не беспокоюсь. Если вы действительно любите друг друга, то все прекрасно, но если это просто уловка, чтобы переманить на свою сторону правление… У нее ведь есть ребенок!

— Мы с Джорджи прекрасно ладим.

— Кейт делает это ради денег, да?

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

— Если вами движет что-то помимо любви, вы должны прекратить этот спектакль и подумать о чувствах Джорджи. Неужели вы правда хотите вмешивать во все это маленькую девочку? А что будет, если пресса узнает о вашем обмане? Она превратит вашу жизнь в ад, и все это обрушится на плечи пятилетней малышки!

— Анника!

— Нет! Она ведь тоже полюбит тебя. Какая маленькая девочка не хочет, чтобы у нее был папа? Какая маленькая девочка не мечтает о том, чтобы ее мама была счастлива? Я видела, как Кейт смотрит на тебя. Она без ума от тебя, Алекси, но это ее проблемы. Просто не разбивай еще и сердце Джорджи!

Он мог пропустить мимо ушей слова матери, но теперь, когда их повторила Анника, он задумался. Алекси обернулся и нашел взглядом Кейт. Она заметила это и улыбнулась. Мягкой, нежной улыбкой, предназначенной только для него одного. Это была очень особая, интимная улыбка, которой могут обмениваться только влюбленные.

Боже, когда все закончится, он ранит ее чувства. И если верить Аннике, то и чувства Джорджи.

— Будь очень осторожен, — прошептала Анника, но Алекси уже не слушал ее. Для него вечер был закончен.

Он сообщил Кейт, что они уходят. Камеры щелкали до тех пор, пока они не скрылись в полумраке салона машины. Он хотел поцеловать ее на глазах у репортеров, но она уклонилась.

— Мы безумно влюблены, — напомнил он ей.

Кейт знала это, но все, о чем она могла думать, был подписанный им чек, который нужно было обналичить. Она чувствовала себя так, словно за ее услуги заплатили.

Не зная, как реагировать на ее поведение, Алекси отвернулся к окну.

Но худшее началось, когда они вернулись домой. Все, чего он хотел, — это подняться с Кейт наверх, в их общую спальню, снять с нее это нелепое платье и забыть хотя бы на мгновение о том, что все это лишь опасная игра. Но, открыв дверь, он увидел стоящую на ступеньках лестницы Джорджи в пижаме, с плюшевым мишкой в руке. Рядом с ней стояла расстроенная няня.

— Простите, она очень хотела дождаться вашего возвращения.

— Наверное, ей просто немного неуютно на новом месте? — предположила Кейт.

Но быстро поняла, что это не так. Личико Джорджи в обрамлении растрепанных кудряшек сияло.

— Мы плавали в бассейне, а потом пошли гулять с Брюсом на пляж, — тараторила она, подпрыгивая рядом с Кейт от переизбытка эмоций. — А еще телевизор Алекси показывает целую сотню разных каналов, я даже видела тебя по телевизору, и там рассказывали о вашей будущей свадьбе.

— Пойдем, Джорджи, я отведу тебя в кроватку, — с улыбкой сказала Кейт, беря малышку за руку.

Потребовалось много времени, чтобы успокоить перевозбужденную от обилия новых впечатлений дочку.

— Мне здесь очень нравится, — доверительно сообщила Джорджи матери. — А тебе? Ты счастлива?

— Конечно, — ответила Кейт, стараясь, чтобы ее улыбка выглядела естественно.

Закрыв за собой дверь детской, она тяжело вздохнула и направилась в их с Алекси спальню.

— Как она?

Костюм Алекси валялся на полу, а сам он уже лежал в кровати, изучая экран своего мобильного.

— Все хорошо, — ответила Кейт, ощутив внезапный прилив стеснения. Раньше она никогда не раздевалась перед Алекси, обычно это… это происходило как-то само собой. А теперь она стояла в его роскошной спальне и не была готова снимать одежду под его пристальным взглядом. Вместо этого она скрылась за дверью ванной комнаты.

Взглянув на себя в зеркало, она с трудом подавила стон: волосы растрепались, помада, которая, по заверениям производителей, должна была держаться вечно, стерлась, тушь осыпалась… Не зная, что надеть, Кейт завернулась в один из висящих в шкафу халатов, очень медленно смыла макияж, почистила зубы, надеясь, что, когда она закончит, Алекси уже будет спать.

И она до сих пор не решила, что надеть. У нее не было пижамы, она вообще не любила спать в одежде. Можно, конечно, дойти до постели в халате, а потом быстро спрятаться под одеяло.

Не придумав ничего лучшего, Кейт вышла из ванны и приблизилась к кровати.

— Ты собираешься спать в халате? — спросил Алекси.

Прикусив нижнюю губу и чувствуя, как пылают от смущения ее щеки, Кейт сбросила халат и скользнула под одеяло. Мягкий свет прикроватных бра подчеркивал каждую линию мускулистого тела Алекси. Он был так красив. По телу Кейт пробежали мурашки, она хотела его, безумно хотела его…