Портрет любимого - Кэтрин Джордж

Вместо того чтобы взять направление на знакомую â бухту, Спиро вывел яхту в открытое море. Лукас, успокаивающе улыбнувшись Изабель, прижал палец к губам, а когда Спиро наконец направил «Афину» в узкую бухту в самой удаленной части острова, накрыл ее с головой пледом.

Поставив яхту на якорь вблизи поджидавшего их джипа, Спиро спрыгнул на берег и распахнул пассажирскую дверцу для Лукаса с его плотно укутанной ношей.

– Прости, но я должен это сделать, – прошептал Лукас, укладывая Изабель на пол между передними и задними сиденьями машины. – Я не могу рисковать, чтобы кто-то увидел тебя. Еще несколько минут – и ты будешь в безопасности.

Изабель лежала неподвижно, пока Лукас с головокружительной скоростью вел машину вверх по крутой дороге. Она немного расслабилась только тогда, когда джип перестал забираться в гору и начал спускаться, а когда они наконец свернули к вилле, Изабель с облегчением вздохнула. Как только машина остановилась, Лукас внес девушку в дом. Рыдающая от радости Элени бежала за ним, пока он нес Изабель по лестнице в гостевую комнату на верхнем этаже.

Размотав плед, Лукас усадил Изабель в большое кресло в знакомой красивой спальне. Отступив на шаг, он смотрел на нее поверх головы Элени, которая, опустившись на колени, схватила руки Изабель и причитала на греческом языке.

– Я в порядке. Честно, Элени, – убеждала ее Изабель. – Просто грязная и умираю от жажды. Все бы отдала за чашку чая.

Лукас что-то ласково сказал женщине, и та вскочила на ноги, вытирая лицо фартуком.

– Сейчас принесу!

Лукас повернулся к Спиро:

– Будь осторожен, ладно? Если кто-то объявится, говори, что мы не нашли нашу гостью.

Спиро мрачно кивнул и вышел вместе с женой из комнаты.

– А полиции это известно? – спросила Изабель, не сводя глаз с повязки на руке Лукаса.

– Когда Спиро мне позвонил, я связался с афинской полицией. А теперь скажи мне, как ты себя чувствуешь. Только честно.

– Как я уже сказала Элени, я грязная и страшно хочу пить. И лодыжка немного ноет, но в целом совсем неплохо, учитывая все обстоятельства. – Она протянула ему свои стертые запястья. – У тебя найдется что-нибудь, чтобы помазать это после того, как я приму душ?

Лукас поднес ее руки к своим губам:

– Изабель, во всем виноват я. Человек, устроивший все это, рассчитывает на то, что я заплачу любую сумму, чтобы вызволить тебя. – Он посмотрел ей в глаза. – И он прав. Но я все бы отдал, чтобы разделаться с тем негодяем, который обрек тебя на все это. Я не могу пока вызвать к тебе доктора Ригу – боюсь, что станет известно о твоем спасении.

– Мне не нужен доктор Рига, – сказала Изабель твердо. – А ты и так изрядно пострадал, так что держись подальше от человека, который похитил меня. Это настоящий зверь.

– Ты уверена, что он не причинил тебе вреда? – с суровой настойчивостью спросил Лукас.

– Уверена, хотя, когда тащил меня в свою хижину, он был не слишком нежен. – Ее глаза вспыхнули. – И он пришел в бешенство, когда увидел мои волосы.

К ее удивлению, Лукас смутился:

– Он ожидал увидеть темные волосы.

– Что? – Она прищурилась. – Он думал, что похитил кого-то другого?

– Да. Одну мою подругу. Внучку промышленника Дэниса Стратоса, который тоже получил сегодня требование о выкупе.

– Ты не мог бы попросить Элени принести наверх что-то из моих вещей? Мне страшно хочется принять душ, – попросила Изабель.

– Все твои вещи снова в этой комнате, – поспешно сказал он. – Ты будешь спать здесь сегодня и все последующие ночи. Так я смогу обеспечить твою безопасность.

– Но когда похитителя схватят, не будет иметь значения, где я буду спать. Я смогу вернуться в «Калипсо».

– Нет, – твердо сказал Лукас. – До твоего отлета в Великобританию ты останешься здесь. Я спасал тебя дважды. В третий раз тебе может не так повезти.

Она сердито взглянула на него:

– И каждый раз это не входило в мои намерения.

– Я знаю. Я неправильно выразился… – Он замолчал, когда в комнату вошла Элени с чаем. – Тебе придется пить чай здесь, а не на веранде. В бинокль тебя может кто-нибудь увидеть. Я сейчас вынужден оставить тебя ненадолго, – произнес Лукас и, прищурившись, взглянул на нее: – Ты выглядишь измученной.

– Ничего удивительного. – Она ласково улыбнулась Элени, которая наливала чай. – Чашка чая и долгий горячий душ – и я буду в полном порядке.

Как только Лукас вышел, Изабель обмякла в кресле. Неожиданно слезы ручьем потекли по щекам, и Элени, опустившись рядом с ней на колени, обняла ее, чтобы успокоить. Вдруг она резко отстранилась. Ее глаза вспыхнули, когда она осмотрела следы от веревок на запястьях Изабель.