Игра на жизнь. Любимых надо беречь - Елия Ренес

Наступившее утро оказалось в полной мере похмельным. Голова раскалывалась после спиртного, на душе было гадко. Сашка со мной не разговаривал, но обезболивающий укол попросил. Раны тоже дал обработать. Меня сильно порадовало, что повреждения не были столь глубокими, как показалось вначале. Над мужем как будто развлекался садист-профессионал, сделал всё аккуратно, повредив кожу ровно настолько, чтобы чувствовать боль в полной мере. Не больше.

Чтобы не раздражать Дорина, сбежала в офис, перед этим выпив чашку чая с лимоном. Не обижаться на мужа не получалось, но я верила, что Сашка разберётся, попросит прощения за резкость. Не все люди бывают сильными духом. Это я тоже хорошо понимала. Неизвестно, как в подобной ситуации поступила бы я, что бы говорила и чувствовала.

Слова Бельского сильно запали в душу. Игнат взял на себя смелость судить. Только вот Сашка молчал, ничего не рассказывал, Игнат тоже откровенничать не спешил. Но зато спешил сделать своей любовницей.

Видимо решил использовать ещё один метод наказания в виде предательства любимой жены. Любимой… А такой ли уж любимой? Во мне поселились сомнения. Бельский вдруг оказался индикатором, лакмусовой бумажкой, проверяющим наши любовь и брак. И надо отметить отношения с Дорином затрещали под натиском более сильного.

Я сидела на работе, пытаясь углубиться в текст договора, когда на пороге выросла фигура в деловом костюме.

– Добрый день. Это фирма «Оникс»?

– Да! – бодро ответила я, пытаясь по внешнему виду определить, кто этот посетитель.

– Мне нужен директор Валерия Дорина.

– Это я.

– Прекрасно, – мужчина прошёл ко мне и сел за стол. – Рыбкин Антон. Вот, распишитесь, пожалуйста, в уведомлении.

– Что это?

– Проверка. Мы хотим убедиться в том, что лицензия на работы выдана вам правильно с соблюдением всех требований и условий.

– С чего вдруг?

– Ваша компания вызвала у нас интерес, – сухо ответил мужчина, раскладывая передо мной бумаги.

– У меня есть месяц для подготовки?

– Нет. Не в этот раз. Это проверка санкционирована специальным отделом ведомства. Вы готовы приступить сегодня?

– На каких основаниях вы не дадите мне время?

– Основания? – в ответ улыбнулся инспектор. – Конечно. Основаниями нашего визита стали жалобы от ваших клиентов. Не волнуйтесь вы так, – Рыбкин не сводил с меня глаз, – все жалобы подтверждены фактическим их наличием.

– Моим клиентам больше делать было нечего, как обращаться к вам, а не напрямую к исполнителю? – это был скорее риторический вопрос.

– Вам просто не повезло, – пожал плечами инспектор. – Так бывает.

– Сколько поступило жалоб?

– К сожалению, не скажу. Но в таких случаях проверка организации всегда проводится экстренно. У вас лицензия второй категории. Вы имеете право работать на объектах социальной значимости, а это очень и очень серьёзно.

– Где расписаны правила экстренной проверки? На чём она основана?

Рыбкин вытащил и бросил на стол небольшую книжку, пролистал её до нужной страницы.

– Вот четыреста тридцать пятый пункт свода правил ведомства нашего города и области. Весь параграф предусмотрен специально для таких ситуаций как у вас. Тот случай, когда центральная власть расширяет наши полномочия для улучшения гибкости отклика и реагирования по запросам граждан.

Под монотонные объяснения Рыбкина вдруг поняла, не успею. Не успею проверить журналы, выписать нужные акты, осмотреть инструменты и оборудование, проинструктировать людей. Дорин помочь никак не сможет, отвлечь, поговорить по-мужски.

– И договориться не получится? – мягко намекнула на взятку. – Женщина и любопытство, вы же понимаете… Это сущий ад…

Я опустила глаза, делая вид, как смущена подобным предложением. Но не узнать имена недовольных нельзя. Казалось, Рыбкин проникся. Он улыбнулся.

– Договориться можно всегда, госпожа Дорина. Но после проверки и урегулирования всех проблем.

Чёрт! Разгоралась злость.

С каждым действием проверяющего, с каждой не заполненной строкой.

Дори-и-ин! Зачем ты так со мной? Всё оставлял на потом.

С начала квартала все журналы оказались заброшенными. Непростительная халатность и так не вовремя! Косяки вскрывались один за другим. Там не учли, в другом месте не заменили. Через три часа в моём будущем нарисовалась глобальная катастрофа. Грозил солидный штраф, отзыв лицензии и безденежье с проблемами при уплате налогов, заработных плат.

И пусть фирма небольшая, но грозящие убытки с лихвой обеспечат мне неприятности. В дополнение к остальным. Всем, что пришли в мою жизнь с появлением Бельского.

– Вам надо подписать здесь, – произнёс инспектор, показывая заполненный акт.

– Мы же хотели договориться, – я чуть наклонилась к Рыбкину.

– Договоримся, конечно. Уплатите штраф, устраните нарушения, потом и поговорим.

– Вас сюда Бельский надоумил прийти? – не выдержала я.

– Бельский? Кто такой? – приподнял брови мужчина. – Вы акты подписывайте. Если что оспорите их в суде.

Я расписалась на листах, получив один для себя. После ухода инспектора долго смотрела в одну точку. Злость мешалась с разочарованием, безвыходностью и усталостью. Напряжённость в жизни сказывалась на нервах. Руки дрожали, когда наливала воду в стакан, медленно пила, потом взяла мобильный и набрала нужный номер. Какое-то время ждала и когда уже была готова отказаться от задуманного, Игнат ответил: