Женщина для экстремалов, или Кто со мной прогуляться под луной?! - Юлия Шилова

На следующий день мы действительно переехали в съёмную однокомнатную хрущёвку на самой окраине города. Старый заводской район с кучей пьяных мужиков, сидящих на корточках у магазинов бомжей и непонятных, спившихся, но при этом очень агрессивных женщин, которые смотрели на меня с особой ненавистью, когда я заходила в магазин купить ребёнку детские смеси. От пережитого у меня пропало молоко, и мне пришлось перевести дочку на искусственное вскармливание.

Наше новое жилище было полно тараканов, которым мне сразу пришлось объявить войну и сделать всё возможное, чтобы наша квартира соответствовала хоть каким-то санитарным нормам и имела надлежащий вид.

– Лола, прости меня за всё. – Дима обнял меня за плечи.

– А ты чего сегодня дома ночуешь?! Иди, казино ждёт. Только вот я не знаю, как ты играешь. По телевизору показывают, что все казино закрыли.

– Любимая, да ты меньше смотри телевизор. Ничего путного там не покажут. Казино как были, так и есть. Просто они стали подпольными и попасть туда поиграть может не каждый. Они так же открыты круглосуточно, только для своих. Постороннего туда не пустят.

– Никогда не думала, что выйду замуж за игрока. Ума не приложу, как мы дальше будем жить.

– Лола, но на продукты деньги-то у нас есть, а на остальное заработаем.

– Каким образом?

– Я мужчина, и это моя прямая обязанность. Девочка моя, обещаю: всё будет хорошо. Главное, мы вместе и очень сильно любим друг друга.

Этой ночью Димка был особенно нежным. Постоянно меня целовал и говорил, как сильно меня любит. А я лежала с глазами, полными слёз, и думала, как же злодейка-судьба надо мной посмеялась! Я полюбила лжеца, который всю жизнь играет и живёт одним днём. Ни о какой стабильной семейной жизни больше не могло быть и речи. Всё чаще я приходила к мысли, что нужно возвращаться в Москву и начинать новую жизнь. Хотя я понимала, что с этим человеком мне дальше не по пути и ничего хорошего с ним не будет, я всё ещё любила Димку, и только это чувство удерживало меня рядом с ним.

– Лола, ну почему ты такая холодная? Я чувствую, ты где-то там далеко, не со мной.

– Извини, просто голова трещит от проблем. Это тебе проще. Тебя в этой жизни, кроме игорного стола, мало что беспокоит.

– Ну зачем ты так… Я буду стараться ради тебя и дочки. В скором времени обязательно выправлюсь. Иначе не может быть, ведь у меня такой мощный стимул. Ты не думай, что мы тут долго задержимся. Переедем в нормальную квартиру в самое ближайшее время.

Но «самое ближайшее время» растянулось ещё на год. Дочке исполнился годик, но в нашей жизни ничего не менялось. Мы жили в той же квартире. Муж пропадал в подпольных казино. Я жила словно по инерции. Варила, стирала, убирала. Перестала за собой следить. Заметно поправилась, ходила в одних и тех же вещах и даже редко мыла голову. Мои волосы были постоянно сальными, а из глаз исчезли былые азарт и блеск. Теперь это были глаза несчастной, уставшей от жизни женщины, которую беспокоила одышка и перестал интересовать собственный внешний вид. Стимула хорошо выглядеть и за собой следить больше не было. Как, впрочем, и стимула просто жить.

Я перешла на более дешёвые сигареты и находила утешение в бутылке вина или банке пива. Сидела у песочницы рядом с другими мамашами, смотрела за Розой и пила пиво, банку за банкой. В такие моменты жизнь казалась мне хоть немного сносной.

Красавица Лола, которая умела сводить мужчин с ума, жила на грани и при удобном случае бросала вызов судьбе, осталась далеко на задворках памяти. Я взглянула на довольно внушительную дырку на кроссовке и подумала о том, что их нужно отнести в недорогую мастерскую. Мысли, чтобы купить новые, у меня даже не возникало. Обновки я покупала только ребёнку, считая, что ещё долго могу проходить в старом спортивном костюме с вытянутыми коленями и сношенных кроссовках, отслуживших свой срок.

На детской площадке я познакомилась с Веркой. Нас сблизила любовь к пиву или чему-нибудь покрепче. Верка часто приходила ко мне с бутылочкой самогонки, жаловалась на мужа алкоголика, который по пьянке пускал в ход кулаки, и изливала мне душу.