Настойчивый плейбой - Миранда Ли

Джереми проснулся около девяти утра и удивился тому, как хорошо выспался. Возможно, так было потому, что Элис решила по крайней мере поговорить с ним. Он надеялся, что она хорошо спала ночью и соседка ее успокоила.

Поднявшись, Джереми принял душ и побрился, а потом надел темно-синие джинсы и светло-голубую рубашку поло. Он босым прошагал на кухню, где взял мюсли и апельсиновый сок. После завтрака он отправился к себе в кабинет, где какое-то время отвечал на электронные письма. Алекс прислал ему несколько фотографий своего мальчика. Серджио хотел знать детали организации экскурсий на уик-энд в Нью-Йорке. Он сказал Серджио, что определенно приедет не один, вопреки всему надеясь, что Элис согласится поехать с ним.

К полудню Джереми изнемогал от желания позвонить ей. Он уже протянул руку к телефону, когда тот зазвонил. Увидев, что ему звонит Элис, Джереми насторожился.

– Привет, Элис, – сказал он. – Я собирался тебе звонить.

– Хорошо, – холодно ответила она. – Ты не захочешь приехать ко мне сегодня вечером? Я приготовлю ужин. Я хочу поблагодарить тебя за вчерашнее. Фиона уехала в Париж со своим женихом на уик-энд, поэтому мы будем одни.

На долю секунды Джереми опешил. Потом он понял, почему Элис говорит с ним таким безличным тоном. Она очень волновалась и пыталась это скрыть.

– Я с удовольствием приеду, – сказал он. Это было преуменьшение года. Он хотел Элис с того момента, как впервые увидел ее. Он подавлял свое желание всю прошедшую неделю, потому что предполагал, что никогда ее не добьется. Но надежда слабо теплилась в его душе. – Когда мне приехать?

– Семь вечера не слишком рано?

– В самый раз. Мне привезти вино?

– Не надо. Я сама позабочусь о вине. И не надо ни цветов, ни шоколада. Сегодня я тебя угощаю.

– Не следует говорить мужчине о том, что не надо приносить конфеты и цветы.

– Возможно, но я так хочу. Просто приходи сам.

– Просто приходи сам, – повторил он. И принеси много презервативов…

При мысли об этом он сразу возбудился.

– Форма одежды обычная? – спросил он.

– Да.

– Я с нетерпением жду встречи с тобой. Ты хорошо спала ночью? Фиона заботилась о тебе?

Элис промолчала. Джереми вздохнул, поняв, что Элис ночевала в доме одна.

– Да, я была одна, но все в порядке, – сухо сказала она. – К счастью, мне не пришлось объяснять Фионе, что случилось. Нет смысла обсуждать это, верно? Ошибка есть ошибка.

– Верно, – согласился Джереми, хотя сомневался, что события прошлой ночи никак не повлияли на Элис.

– Я должна идти, Джереми, у меня много дел.

– Я могу надеяться на кордон блю?

Она рассмеялась. Ему понравился ее смех.

– Надеяться ты можешь, но ты его не получишь. Я неплохо готовлю, но я не шеф-повар.

– Я все равно с нетерпением жду ужина.

Это было второе преуменьшение года.

– До встречи! – радостно произнесла она и повесила трубку, оставив Джереми мучиться от волнения и предвкушения.

В семь вечера он позвонил в дверь ее квартиры. Через минуту Элис появилась на пороге в белых брюках и милой блузке с цветочками, которую она надевала на прошлой неделе. Ее светлые волосы были распущены по плечам. Она слегка накрасила глаза и нанесла на губы помаду кораллового цвета. На ногах у нее были белые сандалии на плоской подошве, ногти на ее ногах были окрашены в ярко-красный цвет.

– Где твоя машина? – спросила она.

Джереми постарался не показать свое разочарование. Он предполагал, что Элис захочет заняться с ним любовью после того, что случилось прошлой ночью. Он надеялся, что его пожатие плечами выглядело беспечным.

– Сегодня хорошая погода, – сказал он. – Я решил пройтись пешком.

– Но сегодня обещают дождь.

– Если понадобится, я одолжу твой зонтик.

Она бросила на него хмурый взгляд:

– Понятно. Входи. Давай свою куртку. В доме довольно жарко. Духовка работает несколько часов.

Она повесила его куртку на вешалку у двери, а затем повела его по коридору в кухню, не слишком большую, но удобную. Белые шкафы, столешницы и барная стойка из черного гранита, два белых стула с основаниями из нержавеющей стали. Все приборы на кухне были из нержавеющей стали, в том числе духовка, из которой доносился аппетитный аромат жареной баранины.