Неприрученное сердце - Никки Логан

Разумеется, Роми не надеялась хорошо провести время на этом вечере. Через полчаса она, можно сказать, выпала из маленькой «хонды», доведенная почти до отчаяния тем самым электричеством, о котором говорила Симоне.

По меркам Австралии тридцать миль – небольшое расстояние, но Роми вообще никогда в жизни далеко не уезжала.

Они приехали и смешались с толпой таких же нарядных людей. И это помогло Роми справиться с сознанием, как одета она и как на ее наряд реагирует Клинт. И как его реакция действует на нее. Но костюмы костюмами, а не было здесь человека, который не заинтересовался бы появлением Клинта Маклейша.

Куда бы он ни пошел, все взгляды следовали за ним – любопытные, честолюбивые, завистливые. Роми особенно раздражала одна пожилая, о чем-то спорившая пара.

Роми перевела свое внимание на остальную публику. Здесь присутствовала половина округа, и кое-кого она узнала. В углу, дико жестикулируя и расплескивая белое вино, оживленно беседует Симоне. Возле бара скучает Джастин. Роми кивнула и приподняла в знак приветствия бокал, увидев Кэролайн и Стива Лоусон. Она была им благодарна за то, что они любезно пригласили Лейтона вместе с их детьми посмотреть фильмы под надзором приходящей няни. Лоусоны с улыбкой двинулись к ней, но Кэролайн вдруг остановилась и потянула Стива совсем в другую сторону.

– Хотите еще?

Возле нее появился Клинт с шампанским в одной руке и чем-то похожим на сок в другой.

Роми перехватила любопытный и веселый взгляд Кэролайн, который та бросила на нее, перед тем как исчезнуть.

– Нет, спасибо, у меня есть. О машине помните?

Клинт любезно подал ей сок и поставил нетронутое шампанское на поднос пролетавшего мимо официанта.

– А вы что, не выпьете? – полюбопытствовала Роми. Она не видела сегодня Клинта с алкоголем. И опять нахмурилась – вообще ни разу не видела.

Он рассеянно оглядывал комнату:

– Я не пью.

«Неудивительно! Лучшего кандидата в алкоголики я еще не встречала».

Словно прочитав ее мысли, Клинт объяснил:

– Не люблю затуманивать голову. Моему бизнесу это противопоказано, приводит к обратному результату. – Его взгляд мимолетно коснулся расшитого корсажа. Роми посчитала, что ей это почудилось. – Мои ощущения уже настолько запутались, что не нуждаются в ликере.

Вот именно, «запутались»! Она весь вечер чувствует то же самое.

– Что вы делаете? – пискнула она, внезапно оказавшись в танцевальном кругу.

– Это называется танцами, Роми. Людям они нравятся.

– Вы не спросили, хочу ли я танцевать!

– И без надобности. Вы так выглядите, что к вам хочется прикасаться или целовать. Учитывая собравшуюся аудиторию, я решил прикоснуться.

Она открыла рот, как та форель, которую Клинт ловил в водах Уайлд-Спрингс. Он втащил ее в плотный круг и притиснул к себе. Благодаря каблукам ее щека оказалась на уровне его плеча, а не груди. Они легко двигались под нежную мелодию.

«Это не небесное блаженство. Господи, это сами небеса!» У Роми было не очень много опыта, и она не знала, то же ли самое чувствуют другие танцующие? Так же ли пахнут другие мужчины? Такой же ли трепет вызывают их поцелуи, как его? Хотелось бы ей навсегда остаться в его объятиях и никогда их не покидать. Чтобы он холил, лелеял и охранял ее.

Представить, что было бы, если бы...

– Нет! – Она отшатнулась.

Он дал ей немного воздуха, хотя и не полную свободу.

– Принимая приглашение на вечер, я не думала, что весь вечер буду прикована к вам.

Не стоило бы этого говорить, но надо же держать дистанцию!

Он сверкнул глазами, однако ничего не сказал и ослабил хватку. Но не отпустил. Она нервно оглянулась в поисках помощи. Конечно, никакая опасность ей не грозила, но ощущение безопасности вдруг исчезло.

Он напрягся:

– Ваши сигналы сбивают с толку, Роми. Они включают мои завоевательские инстинкты. Я натренирован преодолевать препятствия, а вы умеете их создавать.

Завоевание. Преодоление. Это не ее понятия, но они будят животное, которое дремлет где-то внутри ее и иногда просыпается. Древний инстинкт равняться на сильного мужчину, который может поддержать и защитить. И помочь плодиться.

Роми, как могла, боролась с таким дарвинистским откликом млекопитающего, сознающего, что самец великолепен.

Вдруг, словно ниоткуда, рядом возник Стив Лоусон. Лицо у него было бледнее обычного, но решительное.

– Не хотите потанцевать, Роми? – И только после этого встретился с неприветливым взглядом Клинта: – Вы не возражаете, юноша?

«Будь благословен ты и твоя храбрость, Стивен Лоусон! Рыцари в сияющих латах не всегда появляются на лошади».

Озабоченное лицо Кэролайн мелькало в толпе. Роми высвободилась из крепкой хватки:

– Спасибо, Стив, с удовольствием. Юноша не возражает.

Она почти упала в осторожные объятия друга, а Клинт растворился в толпе. В первые минуты Стив просто поддерживал ее и непринужденно болтал, давая ей возможность прийти в себя.

Когда эта мелодия закончилась и началась другая, место Стива занял кто-то совершенно незнакомый. Потом еще кто-то. И еще. Роми перетанцевала с половиной города. Потом начала подозревать, что этот поток организовала Кэролайн.