Останься навсегда - Кэролайн Андерсон

– Извини, не хотела тебя беспокоить…

– Ты меня и не побеспокоила. Это запах сыра меня разбудил. В холодильнике еще что-нибудь осталось?

– Да, немного. Я налила чай – возьми, если хочешь. И кстати, я только что отправила твоего коллегу в больницу. Дэвида. У него пневмония.

Оливер замер, согнувшись пополам, стоя перед открытой дверцей холодильника.

– Почему не позвонили мне?

– Потому что Мэнди сказала, что ты уехал отдыхать.

– С ним все в порядке?

Кейт покачала головой:

– Нет, с ним далеко не все в порядке. Но я практически уверена, что жить он будет. Я дала ему амоксициллин и кларитромицин, а Фэй уехала с ним в больницу.

Он медленно распрямился, в упор глядя на нее и напрочь забыв про сыр:

– Черт… Ты уверена, что с ним все будет хорошо?

– Думаю, да. Он достаточно молод и вроде бы не отличается слабым здоровьем, так что у него гораздо больше шансов, чем у большинства людей.

– Но он не вернется еще как минимум три дня.

Оливер сел на стул напротив Кейт, слепо глядя в окно. Потом повернул голову, и Кейт снова оказалась в плену его пронзительных серых глаз.

– Нам нужна замена, – медленно произнес он, и Кейт кивнула.

Она ждала этого и заранее определилась с ответом.

Нет.

Но сказать это вслух было не так-то просто. Она не могла отвести взгляд от его напряженных, умоляющих глаз.

– Останься, – тихо сказал Оливер. – Ты же понимаешь, что он пролежит в больнице по меньшей мере неделю. Останься, подмени его. А за это время мы сможем понять, можно ли еще что-то исправить.

Ее сердце бешено застучало, когда она поняла, что он имеет в виду. Ужасно хотелось согласиться, но… Нет, она не сможет. Просто не посмеет.

Кейт покачала головой, но Оливер поднял руки, по-прежнему глядя ей в глаза:

– Пожалуйста. Я за все это время так и не смог забыть тебя, Кейт. Я не смог забыть и жить дальше, потому что никогда не переставал надеяться, что ты вернешься… Поэтому я и купил этот дом, как мы и хотели. На случай, если ты когда-нибудь вернешься.

Боль стиснула ее грудь, мешая дышать. Она же подумала об этом, подумала, что он именно поэтому купил дом, но отбросила эти мысли как очередную сентиментальную чушь, а теперь…

– Оливер, я не могу.

– Ты смогла забыть меня, Кейт? Ты сможешь, глядя мне в глаза, сказать, что больше не любишь меня?

Конечно, она не могла. Кейт отвернулась, чувствуя бешеное биение сердца, страстно желая и одновременно страшась пересилить себя.

– Нет, не смогу, – призналась она, отчаянно пытаясь взять себя в руки. – Но это не значит, что мы можем быть вместе. Всегда будет что-то, чего я не смогу дать тебе.

«Например, детей, внуков, счастливую семью…»

– Я готов рискнуть, – сказал Оливер. – Просто дай нам время – это все, о чем я тебя прошу. Пару недель, чтобы понять, осталось ли между нами что-то, за что стоит побороться. И если нет – обещаю, я отпущу тебя.

Это ничего не изменит, и Кейт это знала. И если у нее осталась хоть капля благоразумия, хоть немного честности, то она должна уйти сейчас. Но она не могла. Эти две недели могут стать последними, когда она сможет быть с ним, и она не могла отказаться от этого. У нее просто не было столько сил.

– Две недели, – скрепя сердце согласилась она. – И спать с тобой на одной кровати я не буду.

Оливер еще мгновение молча вглядывался в ее лицо, а затем кивнул:

– Хорошо. Я посплю на диване в гостиной, а ты пока займешь мою комнату. И посмотрим, что у нас получится.

«Боже, помоги нам…» – пронеслось у нее в голове.