Губитель женщин - Аманда Маккейб

Может, именно это она сейчас и делает?

Клио повернулась к Минотавру спиной и в чулках без туфель поспешила в конец коридора к узкой винтовой лесенке - уменьшенной копии той, что вела из вестибюля в бальный зал. Герцог очень уклончиво отвечал на вопросы о местонахождении Артемиды, но недруги его не так крепко держали язык за зубами. Клио вытянула из дворецкого, где именно прячут Алебастровую Богиню.

Лестница вела в длинную галерею, тянувшуюся, видимо, через весь дом. Ее окна выходили на сквер перед домом и на улицу, где распахнутые ворота еще впускали опоздавших гостей.

Вдоль галереи стояли высокие чугунные светильники, половина из которых не горела. Разумеется, после ужина, когда состоится «торжественный показ», они вспыхнут, как по волшебству. Сейчас их свет выхватывал из темноты только отдельные сокровища, оставляя прочие в тени.

Клио невольно затаила дыхание, глядя то направо, то налево на собранные здесь чудесные вещи. Все друзья ее отца были коллекционерами и любили демонстрировать свои приобретения, поэтому она выросла среди прекрасных творений прошлого. Но тут было что-то особенное! Такого собрания диковинок ей видеть не приходилось. Галерея походила на склад - столько в ней было предметов. Каменные атлеты, глядящие перед собой пустыми глазами. Египетские саркофаги с остатками росписи на поверхности. Бронзовые доспехи. Мраморные боги, прекраснее всего виденного ею ранее. Витрины с этрусскими украшениями. Бирюзовые скарабеи. Мумии кошек в маленьких золотых гробиках. Флаконы для духов, украшенные драгоценными камнями. Прислоненные к стене обелиски. Полки с вазами, кратерами, амфорами. Все собрано, расставлено без всякой системы, просто с целью удовлетворить самолюбие тщеславного человека.

Клио, нахмурившись, вспомнила, как близко подошел к ней герцог в музее, окутав облаком пряного одеколона. Вспомнила странный огонек в его зеленых глазах. Она тряхнула головой, отчего атласные змеи дружно задрожали. Ей бы хотелось никогда об этом не вспоминать.

В самом конце галереи, отдельно от других, стоял предмет, накрытый черным атласом. Виднелась лишь часть мраморного постамента. Клио медленно приблизилась к нему, с опаской ожидая хитрой ловушки или сигнального устройства. Но все было тихо, только за окнами завывал ветер. Она протянула руку и аккуратно приподняла край покрова.

- Ах…

Это была действительно она, Алебастровая Богиня, Артемида во всем ее великолепии. Статуя была небольших размеров, а соседство с более крупными скульптурами зрительно делало ее еще меньше. Но она была исполнена такого совершенства, красоты и изящества, что Клио сразу же поняла, почему ее появление вызвало столько шума.

Вырезанная из алебастра, такого белого, что он серебрился на свету, словно первый снег, богиня стояла, подняв лук и готовясь пустить стрелу. Плиссированная туника, доходящая до середины бедра, обтекала изгибы стройного тела, словно захваченная порывом ветра, сильные ноги уже приготовились бежать. На маленьких плетеных сандалиях, в которых в нынешнем сезоне ходили все светские дамы, еще виднелся золотой листок, золотым был и обруч на кудрявых волосах. На обруче сиял лунный серп, свидетельствовавший о ее статусе. Взгляд был устремлен на цель, и восхищение смертных ничего для нее не значило.

Очарованная Клио смотрела на богиню и представляла делосский храм, где когда-то она стояла и где ей воздавали почести жрицы Луны, а не светские дамы, соорудившие себе прически «Артемида».

- Какая ты прекрасная! - прошептала девушка. - И какая грустная…

Она потянулась вперед, чтобы сочувственно коснуться ноги Артемиды, и заметила, что богиня стоит на массивной подставке из красного дерева. По ее центру тянулась тонкая трещина. Клио нагнулась поближе, чтобы разглядеть дефект. Довольно странный пьедестал для богини…

- О, мисс Чейз? Клио. Вижу, вы обнаружили мое сокровище.

Голос прозвучал тихо и злорадно. Клио отпрянула от Артемиды и увидела посередине галереи герцога, пристально глядящего на нее. Даже в полутьме его глаза блестели, как глаза змей в ее прическе. Он улыбнулся и движением плеч скинул с себя леопардовую шкуру. В голове Клио моментально воскресла сцена из «Вакха», когда Агава, околдованная Дионисом, убивает своего сына Пентея, приняв его за льва. А потом, все еще находясь в плену иллюзии, несет домой его голову.

Молча и неслышно, словно сам был леопардом, он подошел ближе.

- Не правда ли, она красива? - спросил он так же тихо и вкрадчиво. - Я так и знал, что она привлечет вас, как влечет меня. Ее тайне невозможно противиться.

Клио попятилась. Очарованная богиней, она забыла об осторожности, что так не похоже было на нее. Герцог приближался, Клио протянула назад руку и коснулась холодной сандалии Артемиды. Пальцы соскользнули к странной трещине в деревянной подставке…

Едва Каллиопа и лорд Уэствуд успели занять свои места среди танцующих, как заиграла музыка - быстрый живой ритм, от которого затрепетали пальцы на ногах. Каллиопа не была музой танца Терпсихорой, но любила движение под музыку, любила кружение других пар вокруг. Обычно, танцуя, на несколько минут она уносилась в мир, где царствовала музыка. Но сегодня слишком много мыслей крутилось у нее в голове - исчезновение Клио, планы по спасению Алебастровой Богини. И далеко не последняя мысль в этом перечне - ее партнером был не кто иной, как Камерон де Вер.

Никогда она не представляла себе, что они могут вот так танцевать на балу, словно… хорошие друзья. Никто из них не возмущается, не хмурится, не злится. Он, улыбаясь, стоял напротив нее в линии кавалеров, и Каллиопа улыбнулась в ответ, и сразу же ее захватило волшебство танца. По венам побежала живительная энергия, и она двинулась вперед, к нему навстречу. Их руки соединились, и они устремились дальше уже вместе, кружась среди других танцующих в быстром ритме.

Он оказался хорошим танцором, но она не ждала ничего другого, увидев, как он правит своим фаэтоном. Так же как лошадей, он направлял партнершу в танце со спокойной уверенностью, и с ним было очень легко и удобно. Каллиопа почти не чувствовала движения, так легко он кружил ее от шага к шагу, ив какой-то момент она могла поклясться, что ее ноги оторвались от земли и она поднялась на воздух!

Когда по ходу танца они разошлись в стороны, Эмлин, быстро склонившись к ней, прошептала на ухо:

- Так все-таки, Каллиопа, он - вор или нет?

Кружась в одиночестве, Каллиопа взглянула на лорда Уэствуда. Он достаточно ловок, чтобы пролезть в окно, силен, чтобы унести богиню. Но…

- Не знаю. А мистер Смитсон?

Эмлин пожала плечами, но тут ее подхватил партнер, чтобы идти на второй круг. Уэствуд снова завладел рукой Каллиопы, привлек к себе, как того требовала фигура танца.

- Вы превосходно танцуете, мисс Чейз, - произнес он, нисколько не запыхавшись. Но Каллиопа, посмотрев ему в глаза, неожиданно почувствовала головокружение.

- Могу ответить вам тем же, - произнесла она. - Где во время своих путешествий вы научились так грациозно двигаться?