Нежданно-негаданно - Люси Гордон

Очередная интрига. Данте хочет, чтобы она сделала первый шаг. Он мечтает, что она уступит неконтролируемой страсти и начнет соблазнять его.

Не дождется!

Назавтра они решили, что будут целый день нежиться на солнце.

— Я мог бы с радостью остаться здесь навсегда, — заявил Данте, с наслаждением потягиваясь. — Бог с ней, с работой.

Именно в эту секунду кто-то рядом крикнул:

— Привет, Данте!

Он вздрогнул, огляделся, затем заорал:

— Джино!

Ферн увидела мужчину лет пятидесяти, одетого в рубашку и шорты.

— Это Джино Тирелли, — сказал Данте, подскакивая.

Когда мужчины хлопнули друг друга по плечу, Данте представил Ферн.

— Всегда рад познакомиться с англичанами, — произнес Джино. — В данный момент мой дом полон важных англичан.

— Так вот почему ты просил меня отложить приезд, — догадался Данте. — Кто там у тебя? Члены правительства?

— Кинокомпания, — с благоговением ответил Джино. — Они делают фильм про Антония и Клеопатру и несколько сцен снимают на развалинах, находящихся на моей земле. У меня живут директор и, само собой, ведущий актер, звезда.

— И кто же эта звезда? — поинтересовалась Ферн.

Но не успел Джино ответить, как позади них раздался восторженный вопль, и, оглянувшись, они увидели молодого человека лет тридцати. Красавчик шествовал по пляжу с этаким небрежным видом, предполагающим, что он не замечает, какую сенсацию вызывает.

Но он все прекрасно видел, уж Ферн-то знала. Сандор Джейли всегда точно знал, какое производит впечатление.

— О нет, — выдохнула она.

— Что такое? — тихо спросил Данте. — Боже правый, это…

— Томми Виггс.

Молодой человек подошел ближе, стащил легкую рубашку и бросил ее своему спутнику, обнажив загорелое мускулистое тело. Данте был вынужден признать одно: Ферн права, у него и в самом деле великолепные бедра.

— Мне надо убраться отсюда, пока он меня не увидел, — пробормотала она.

Но было уже поздно. Сандор бросился к хозяину виллы, прекрасно разыгрывая дружелюбие.

— Джино! — крикнул он. При виде Ферн выражение его лица изменилось, стало потрясенным, потом обрадованным. — Ферн! Моя дорогая девочка!

Широко раскинув руки, он помчался по песку, и не успела она собраться с мыслями, как очутилась в тисках страстного объятия.

«Очередная игра на публику», — сообразила она, услышав восторженные крики вокруг них.

— Томми…

— Сандор, — торопливо пробормотал он. Затем громко продолжил: — Ферн, как чудесно снова встретить тебя! — Он улыбнулся ей, само воплощение нежной привязанности. — Мы так давно не виделись. Я часто думаю о тебе.

— Я тоже кое-что думала о тебе, — колко сообщила Ферн. — А теперь отпусти меня, пожалуйста.

— Как ты можешь просить меня об этом, когда я снова заполучил тебя в свои объятия? Я многим обязан тебе.

— Да, те фотографии ничуть не навредили твоей карьере, не так ли? Отпусти же!

Сандор неохотно отпустил ее, переключив внимание на Джино.

— Джино, откуда ты знаешь эту прекрасную леди? — воскликнул он.

— Мы с ней только что познакомились, — ответил тот. — Я и не знал, что вы… э-э…

— Скажем, старые друзья, — заявил Сандор. — Близкие друзья.

Ферн внезапно осознала, что Данте стоит рядом, скрестив руки и саркастически глядя на них.

Вокруг них стала собираться толпа, поскольку по пляжу разнеслась весть, что появился знаменитый Сандор Джейли. Девушки вздыхали и с завистью разглядывали Ферн.

— Сандор, — начала она, попятившись, — разреши представить тебе моего друга, синьора Данте Ринуччи.

— А, конечно. — Сандор протянул руку. — Друг Ферн — мой друг.

Данте удостоил его ничего не выражающей улыбкой:

— Отлично. Значит, мы все теперь друзья.

— Давайте сядем. — Сандор уселся на шезлонг и потянул Ферн за руку, сажая ее рядом.

Он был сейчас в своей стихии, купаясь в теплых лучах того, что принимал за восхищение, и не замечая, что один из зрителей смущен, а другой открыто враждебен.

— Подумать только, — вздохнул Сандор, — если бы тот дом, где первоначально планировались съемки, подошел, мы бы никогда не переехали в палаццо Джино и… — он с нежностью взглянул на Ферн, — никогда бы не встретились вновь.

— Там были крысы, — доверительно поведал Джино. — Им пришлось быстро подыскивать что-то другое, и кто-то вспомнил про палаццо Тирелли.

— Почему бы тебе не присоединиться к нам, радость моя? — вдруг предложил Сандор. — Ты ведь не возражаешь, Джино? — запоздало спросил он разрешения у владельца. Джино при этом чуть не запрыгал от радости. — И это даст нам с Ферн шанс возобновить наше очень приятное знакомство, — добавил Сандор.

— Сандор, я не думаю… — хотела возразить она.

— Но нам нужно многое обсудить. Вы не возражаете, если я заберу у вас Ферн на несколько дней? — поинтересовался он у Данте.

— Ты хочешь сказать, что Данте не приглашен? — бросила Ферн.

— О, моя дорогая, я уверен, твой друг поймет.

— Он, может, и поймет, а я нет, — отрезала она. — Мы с Данте вместе.

— Какая же ты преданная, — проворковал Сандор таким голосом, что Ферн захотелось пнуть его побольнее. — Синьор Ринуччи, вы тоже приглашены, разумеется.

— Как любезно! — холодно отозвался Данте. — Жду с нетерпением.

Ферн испуганно взглянула на него.

— Данте, ты это серьезно? — пробормотала она.

— Ну разумеется. Близкое знакомство с палаццо поможет мне продать его.

Сандор не слышал этого разговора. Принесли шампанское, и он повернулся, чтобы взять два бокала, один из которых вручил Ферн со словами:

— Значит, решено. За наше воссоединение!

Какая-то юная девица отделилась от восторженной толпы и попросила у него автограф, подав помаду, чтобы он мог написать свое имя у нее на спине. Сияя, Сандор выполнил просьбу, затем бросил на Ферн вопросительный взгляд:

— Сегодня ты без камеры? Не похоже на тебя.

— Я оставила ее в отеле.

— Ты? Женщина, которая и шага не делает без фотоаппарата? Так-так.

В ответ она просверлила его гневным взглядом. Данте молча наблюдал за ними.

Сандор не стал засиживаться. Указав на толпу, скромно сказал:

— Вот так всегда, куда бы я ни пошел. А сейчас мне пора, увидимся сегодня вечером.

Он зашагал прочь, сопровождаемый своими почитателями и Джино.