Всю жизнь во лжи, или Руководство по выживанию для слишком добрых и жертвенных женщин - Юлия Шилова

— Ты с хорошими новостями или с плохими?

— Не знаю, что значит для тебя плохие новости. Короче, видеокамер в коридоре, а значит, и во всем доме нет. Камеры стоят по всему участку, на заборе их тоже полно, но в доме чисто. Это для тебя хорошие новости или плохие?

— Более чем хорошие.

— Я рада. Так что можешь красть всё, что захочешь.

— Я разве похожа на воровку?

— Нет, ты больше похожа на авантюристку. Постоянно даешь мне странные задания.

— Но тебе это только на руку, ведь задания хорошо оплачиваются…

Я в ужасе схватила Александру за руку. Рядом с нами появилась Абель, которая должна лежать под моей кроватью.

— Наташа, ты чего? Ты кого так испугалась-то? Эту тетку? Она тут работает.

— Я знаю… Откуда она… здесь?

— А где ж ей еще быть? Она же домоправительница.

— Простите, вам что-нибудь требуется? — спокойно спросила меня Абель, подойдя к нам.

Я словно оледенела и не могла ей ответить. Язык присох. Абель была жива! Ни тени страха на ее лице, сплошное радушие и спокойствие. Будто ее не убили ударом тяжелой статуэтки, а я не спрятала под кровать ее безвольное бездыханное тело…

— Я получила от вас сигнал, у меня рация сработала. Вы простите меня. Вся организация на мне, ничего не успеваю. Что вы хотели? Что-то срочное? Еще раз извините за то, что забегалась и не уделила вам должного внимания.

Абель достала рацию из кармана и показала, что на ней горит кнопка вызова из моей комнаты. Я посмотрела на рацию, из которой совсем недавно выкинула батарейки, и не поверила своим глазам. Мне стало нестерпимо душно и жарко, в глазах потемнело, и я вновь собралась грохнуться в обморок. Перепуганная Александра успела меня подхватить и стала звать на помощь.

Я вновь очнулась от резкого запаха нашатыря. Надо мной склонился тот же врач, что приводил меня в чувство прошлый раз. Я приподнялась и увидела, что домоправительницы рядом нет.

— Мне кажется, вы переживаете сильный стресс, — заметил врач.

— Вам правильно кажется, — согласилась я.

— Вы будто чего-то боитесь. Может, вам уйти с торжества? Полежите в комнате, в тишине и покое, а лучше поспите. Может, у вас фобия? Вы боитесь большого скопления народа? Подобное происходило раньше? Теперь мне понятно, что с вами произошло. Это называется демофобия. Большое количество людей вызывает у вас страх и напряжение. Это панический страх толпы, от которого вы сразу теряете сознание. Вы просто видите серьезную опасность там, где ее не существует. Вам начинает казаться, что толпа способна причинить вам вред. Скорее всего, у вас есть своя предыстория, связанная с этим психическим заболеванием и нервным расстройством. Вам плохо, на этом празднике жизни вы не чувствуете себя в безопасности. Ваши обмороки — своеобразная защитная реакция, когда вы хотите обезопасить себя. Вам кажется, именно таким способом вы можете себя сохранить. Я уверен, вам тяжело посещать большие магазины, рынки, выставки, места скопления большого количества людей, потому что в каждом вы видите потенциальную опасность.

— Да что вы такое говорите? Чушь! Нет у меня никакой фобии. Я уже в порядке.

— Ты опять свалилась в обморок?

Как только ко мне подошел Леонид, врач и Александра тут же отошли в сторонку.

— Что-то мне нехорошо, право…

— Но ведь я вроде совсем недавно поправил твое здоровье. И, между прочим, целых два раза.

— Видимо, моему организму мало. Он требует это делать каждый час и желательно каждый день, — постаралась перевести я все в шутку.

— Раз надо, значит, будем делать и настраивать твой организм на выносливость. — Моя шутка совершенно не смутила Леонида.

— Наталья, мне кажется, тебе нужно кончать со спиртным. Ты уже изрядно выпила. Надо прийти в себя и отдохнуть.

— Если бы ты только знал, как мне хочется напиться и забыться.

— Не думаю, что это правильное решение, ведь ты все-таки дама высшего света, должна контролировать свое поведение в обществе. Я тебе еще раз повторяю: насчет выпивки требуется антракт. Хотя бы на пару часиков. Пусть организм освежится и придет в себя.

К Леониду подошел компаньон, он тут же отошел с ним в сторонку, а я вновь хорошенько рванула виски и молниеносно отправилась на кухню, чтобы еще раз увидеть домоправительницу и убедиться, что она не привидение. На кухне колдовали повара и помощники, сновали официанты. Домоправительницы нигде не было видно.

— Мне нужна Абель, — обратилась я к мужчине с поварешкой и в большом колпаке, который наблюдал, как остальные суетятся вокруг него.

— Я ее не видел, — замотал он головой. — Она вам срочно нужна?

— Срочно, — не раздумывая, ответила я.

— Могу набрать ее номер по телефону.

— Звоните.

Повар набрал номер и протянул трубку мне. Я вздрогнула. Казалось, сердце выпрыгнет из груди.

— Слушаю, — раздалось на том конце провода.

— Абель?

— Ну, говорите быстрее. Это Абель. Что у вас случилось?

— А вы точно… домоправительница?

— Конечно. Вы же на мой номер позвонили. С кем я разговариваю?

— Это гостья Патрика. Мне стало плохо, вы показали мне комнату для отдыха. Ведь это были вы?

— Да. У вас какие-то проблемы? Вам что-нибудь нужно? Сегодня сумасшедший день. Я вся в бегах. Я вам нужна?

— А где вы сейчас?

— Сейчас я в гостиной.

— А вы можете прийти в мою комнату?

— Хорошо. Прямо сейчас?

— Прямо сейчас.

— Что-то срочное?

— Мне нужно вас увидеть. Это не телефонный разговор.

— Хорошо. Скоро буду.

Я выронила из рук телефонную трубку, сердце колотилось в груди как сумасшедшее, в глазах всё двоилось. Я покачнулась.

— Что с вами, дорогая? — перепугался мужчина в колпаке.

— Простите, просто воздуха не хватает. Что-то у вас здесь душно…

— Правильно, это же кухня. Вам нужно поскорее на улицу. Там свежий воздух, птички поют… А тут пар, жар, чад от готовки.

Повар наклонился, поднял телефон, внимательно его осмотрел и, убедившись что тот цел, облегченно вздохнул. Я на ватных ногах направилась прочь из кухни.