Солнечная девушка - Аврил Тремейн

Однако к четырем утра ей так и не удалось сложить разрозненные обрывки, вспомнить, что они говорили, как целовались, ласкали друг друга. Она просто знала, что это было. И было как-то особенно хорошо, правильно.

Как странно. Фактически не произошло ничего особенного. Они даже не разделись. Лео не дотрагивался до ее груди, что она всегда считала одним из самых приятных моментов. Он даже не смотрел на ее прелести!

Похоже, все это не имело значения, потому что его грубоватое нетерпение оказалось более возбуждающим, чем целый час предварительных ласк. Они оказались не нужны. Как и прочие изыски. Она даже не вспомнила о презервативах. Вообще ничего не соображала. Так горячо и неистово хотела его.

Теперь она невольно подумала о том, как хорош будет следующий раз. А он непременно будет. Она об этом позаботится.

«Кому: Джонатану Джонсу

От кого: Солнышка Смарт

Тема: Новости

Меню великолепно, согласен? Лео просто гений кулинарии.

Осталось решить со свадебным тортом. Я скажу тебе, какие есть варианты, тебе надо выбрать только один, потому что с моей излюбленной пробной дегустацией ничего не выйдет.

Вчера Лео приготовил мне самый восхитительный обед. Он совсем не похож на тех парней, с которыми я обычно встречаюсь, более зрелый, надежный. Немного консервативен, и мне это нравится.

Он отращивает волосы.

Санни».

«Кому: Солнышку Смарт

От кого: Джонатана Джонса

Тема: Не спи с Лео Куотермейном

НЕ ВЗДУМАЙ!!! Это будет совершенно ужасно.

Джон».

«Кому: Джонатану Джонсу От кого: Солнышка Смарт

Тема: «Не спи с Лео Куотермейном»… О-опс! Ты опоздал!

Но как ты узнал? И почему это ужасно?

Санни».

«Кому: Солнышку Смарт

От кого: Джонатана Джонса

Тема: Не спи с Лео Куотермейном

О, ЧЕРТ ПОБЕРИ, САННИ!!! Как я узнал? Да потому, что каждое второе слово, которое ты мне пишешь, «Лео»!

Он не из тех, с кем можно развлечься, а потом остаться друзьями. Тебе известно, что его родители были наркоманами? Тебе известно, что именно он вытащил Калеба из этого ада в нормальную жизнь?

Он жесткий парень, а не изнеженный банкир, душевный бальзамировщик или слащавый парикмахер. С таким человеком нельзя играть.

Давай поговорим. В 10 вечера по вашему времени. С видео. И не спорь.

Джон».

Солнышко приехала в «Отбивную на гриле» на пятнадцать минут раньше. Она могла бы пройти через пивную, занимавшую часть заведения, однако, заметив запасной выход, решила воспользоваться им. Дверь оказалась запертой. Она решила не стучать. На пороге томилась назойливая поклонница, да и в состоянии, в котором она находилась после вчерашнего не стоило проявлять излишний энтузиазм.

К счастью, через дорогу она заметила кафе, где могла его подождать и подумать.

Потому что письмо Джона потрясло ее.

То, что произошло у нее с Лео, было обычным сексуальным приключением. Ей казалось, не о чем волноваться. Неужели его родители наркоманы? Конечно, она этого не знала! Откуда, если никто не говорил? Но в любом случае какое это имеет значение? Разве что Лео тоже наркоман, что маловероятно, учитывая, как он относится к привычке своей бывшей подружки баловаться кокаином.

Неужели Джон думал, что мысль об ужасном детстве Лео и Калеба оттолкнет ее от него? Ведь оно не оттолкнуло Джона от Калеба? Калеб – потрясающий парень, веселый и милый, совсем не походит на своего брата, насколько она могла судить по общению с ним в Интернете. Лео тоже потрясающий, хотя явно не обладает столь легким характером, как у брата. Однако именно Лео вытащил из помойки их обоих. И теперь она восхищалась им больше. И еще он больше ей нравился. Да, в этом-то и проблема. На самом деле Солнышко не хотела восхищаться им больше. Это могло завести не туда, куда надо, а ей хотелось оставить все, как есть. Пусть этот горячий мужчина побывает в ее постели еще три раза. И все. Об этом она намеревалась очень твердо заявить Джону сегодня вечером.

Так! Хватит думать о тяжелом детстве Лео Куотермейна. Пора вернуться к свадебному обеду. Нельзя сказать, чтобы письмо Джона вызывало особое беспокойство, но она любила Джона. И хотела сделать его свадьбу самой замечательной.

Сидя за чашечкой кофе, которого даже не хотела, Солнышко пробежалась по списку. Несмотря на все достоинства «Юга», возникала еще одна проблема: где разместить на ночь тех, кто не захочет возвращаться в Сидней. Причем два варианта, дешевый и роскошный. После того как она подберет оба, надо будет выслать информацию о них вместе с приглашениями. Солнышко не сомневалась, что Лео не захочет мотаться с ней по отелям, поэтому придется объехать побережье самой, а потом скинуть ему информацию.

Хорошо. Следующим неотложным делом значилось выяснить, во что будет одет Лео.

Потому что это задерживало дизайн его туфель. И выбор ее собственного наряда.

Ей до смерти хотелось надеть новое платье в стиле 30-х годов из платинового шармеза. Оно элегантно и просто облегало все ее изгибы и небольшим водоворотом спадало вниз. У него был даже божественный маленький шлейф. К нему очень подойдут ее любимые бронзовые атласные туфли с открытым носком и прозрачными пряжками в стиле ретро.

Пожалуй, надо сесть на диету. Но ей не добиться истинного блеска, если Лео не подыграет. Пока Солнышко не заметила в нем склонности наряжаться. Джинсы, футболки и свитера. Туфли хорошие, но каждодневные и сильно поношенные.

Солнышко услышала рев мотора, через секунду к ресторану подкатил мотоцикл. Взмах ногой, и он слез, снимая с головы шлем. Ее сердце подпрыгнуло к самому горлу, желудок сжался в комок. Нет. Так не пойдет.

Она не могла думать об одежде, туфлях и отелях, пока он ездит на этом проклятом байке. Надо поговорить с ним. Еще раз. И еще, и еще. Пока он от него не избавится.

Солнышко выпрямила спину и сжала зубы. Она не намерена следующие семь недель трястись от страха, что он разобьется! Сунув папку с материалами в портфель, она бросила на стол деньги и вышла из кафе.

Лео увидел ее в тот момент, когда она остановилась на переходе. Как обычно, Солнышко выглядела прекрасно в зеленом костюме с юбкой, облегавшей ее, как кожица персик, и в шоколадных лодочках на высоком каблуке.

– Лео, мне надо с тобой поговорить.

Он ждал, чтобы она чмокнула его в щеку.

Но она была слишком взволнована, чтобы думать о поцелуе. «Вот и хорошо», – подумал он. Ей и положено волноваться после вчерашнего. Он точно волновался.

– Ну да, мы об этом и договаривались. Солнышко дрожала от нетерпения.

– Я загляну на кухню и сразу вернусь.