Вестфолд - Ольга Куно

Море мягко меня покачивало, ласково убаюкивало. Лежа на спине, я постепенно погружалась все глубже в теплую, мягкую, обволакивающую воду. Я отстраненно подумала, далеко ли еще до дна, но эта мысль не имела особенного значения. В том-то и заключалась вся прелесть этого места: ничто не имело значения. Ничего не надо было делать, ни о чем не надо было думать, просто расслабленно лежать под уютным водяным покровом.

Внезапно начало штормить. Волны растрясли меня, принялись раскачивать туда-сюда, то влево, то вправо, причем не монотонно, а как попало, то сильнее, то слабее, тем самым окончательно нарушая недавнюю размеренность. Я поморщилась и махнула рукой, пытаясь отогнать этот шторм и возвратиться в мягкие объятия покоя. Куда там. Кто-то упорно не хотел меня туда отпускать. «Инга! Инга!» Кажется, я узнаю этот голос. Еще немного и, может быть, даже вспомню имя…

Меня схватили за плечи и хорошенько встряхнули. Потом, кажется, даже легонько ударили по щекам. Вот это я точно кому-то припомню, если когда-нибудь выберусь из воды, но только кому же?.. Я застонала и попыталась открыть глаза. Они не открывались, будто на веки положили медные монеты. Только кому понадобилось это делать? Может быть, надо поднять веки руками? Руки слушались плохо, и я еще раз попробовала открыть глаза старым добрым способом. На этот раз сработало.

Я увидела лицо склонившегося надо мной Уилла, а позади еще какую-то женщину в годах, точно незнакомую.

– Что случилось? – спросила я.

Звука не получилось, лишь легкое колебание воздуха. Я повторила вопрос, и на этот раз его услышали.

– Я и сам бы хотел знать, что случилось, – ответил Уилл, оборачиваясь к женщине.

Та подошла поближе и тоже склонилась надо мной.

Я заморгала, припоминая. От попытки думать мозги начинали раскалываться, словно по голове стучали молотком.

– Я что же, так безбожно напилась? – слабым голосом предположила я.

– Сначала я тоже так подумал, – увидев, что я прихожу в себя, Уилл облегченно откинулся на спинку стула, освобождая мне обзор. – Когда увидел тебя валяющейся на полу возле незапертой двери, а рядом – изрядно опустевшую бутылку коньяка. Хотел, так уж и быть, перетащить тебя на кровать и отправиться по своим делам. Даже успел что-то такое ляпнуть про падение нравов. А потом сообразил, что все не так просто. К счастью, сообразил вовремя.

– Тебе вообще стоит сказать Уиллу спасибо, что он так любит наносить поздние визиты, – заметила женщина. – Возможно, девчонки и не всегда ему за это признательны, но в данном случае тебе повезло.

– До сих пор никто не жаловался, – пожал плечами разбойник. – Это Марта, – пояснил он, кивая на женщину, – лучшая знахарка в здешних местах. И очень верный человек.

Я кивнула, все еще не понимая, что происходит. Попыталась приподняться на кровати. Комнату как следует качнуло, а к горлу подступила тошнота.

– Ты лучше лежи пока, – покачала головой Марта. – Если все пойдет хорошо, к вечеру сможешь встать, а пока еще рановато.

К вечеру. А ведь действительно уже светло. Я покосилась на окно. Выходит, я провалялась всю ночь? Ничего не помню. Никогда в жизни так не напивалась. Стоп, но Уилл же сказал…

– Объясни, – хмурясь, попросила я, – что со мной случилось? Ты говоришь, это не коньяк?

– Нет, это как раз коньяк, – возразил Уилл. – Только не обычные его свойства. Можно ей сказать? – спросил он, обращаясь к Марте.

– Нужно, – заявила я, не давая знахарке ответить. – Уж будь так любезен, расскажи мне, любопытной, с какой стати я чуть не отдала богу душу. А то я встану и вытяну из тебя эту информацию при помощи щипцов.

– Ты видишь: она меня вынудила, – оправдался он перед Мартой. – Ладно, скажу. Все что угодно, лишь бы мне снова не пришлось поднимать с пола твое бесчувственное тело.

– Я думала, тебе понравилось носить меня на руках, – пробормотала я. – Так что же?

– Кто-то пытался тебя отравить, – сказал Уилл, на этот раз серьезно.

– Отравить???

Я снова попыталась подняться и снова была вынуждена лечь на подушку под натиском очередного приступа головокружения и тошноты.

– Кто? И зачем?

– Вот это было бы логичнее спросить у тебя самой, – заметил Уилл.

– Не понимаю. Я, конечно, плохо сейчас соображаю. Но я совершенно не понимаю, кому это может быть нужно. Да я же в этих местах совсем недавно, кому я могла успеть так насолить?

– Долго ли умеючи, – фыркнул Уилл. – Тебе предстоит как следует подумать, кто бы это мог быть. Может быть, этот человек и не отсюда. Может, он приехал в город следом за тобой.

Я зажмурилась и тряхнула головой, пытаясь отогнать наваждение. Мир закружился с нарастающей скоростью.

– На-ка, выпей, – сказала Марта, подавая мне кружку с каким-то горячим напитком.

Пахло так себе. Мысленно приготовившись, я сделала маленький глоток. Жить можно. Не так чтобы вкусно, конечно, но терпимо. Я быстро допила лекарство. Тошнота, как ни странно, отступила.

– Мало ли кому я могла насолить за свою долгую и счастливую жизнь, – заметила я, утирая губы. – Как я теперь разгадаю, кто за все это время мог заточить на меня зуб?

– А ты не ищи так далеко, – терпеливо посоветовал Уилл. – Начни со вчерашнего вечера. Кто мог подсыпать что-нибудь в коньяк? С кем ты так удачно выпивала?

Мои глаза округлились и чуть было не вылезли из орбит.

– Не-эт, – с натянутой улыбкой возразила я и для пущей убедительности покачала головой. – Нет, этого не может быть. Постой-ка. Я ведь и до этой бутылки пила коньяк. И не только коньяк… – Почувствовав себя пьянчугой, я покраснела и стушевалась. – Ну в смысле, я была в трактире, там и пила и, между прочим, ела. Мало ли в чем именно мог оказаться яд.

– Яд был в этой бутылке, – жестко сказал Уилл. – Марта определила это по запаху. Так что твои прочие возлияния нас не интересуют.

– Ну тогда… – это казалось настолько нелепым, что я даже не знала, как произнести такое вслух. – Адриан, мой сосед по гостинице… Мы вместе возвращались сюда и пили по дороге…