Тайны ночи - Джо Беверли

— Не раньше ночи, — отозвалась она.

— Как только стемнеет, — возразил он, прикрывшись простыней.

Розамунда подбоченилась:

— Ах, вот как? Значит, теперь вы ставите условия?

— А что мне еще остается? Иначе вы придете слишком поздно, и у нас будет мало времени.

— Это нехорошо, — пролепетала она, напуганная его неколебимой уверенностью. Грех не может свершаться с такой легкостью! Грех — это нечто жесткое, холодное, с острыми краями.

— Впрочем, последнее слово за вами, — хмыкнул он. — Если хотите, я уйду прямо сейчас. Да вы не волнуйтесь: если у меня и в самом деле есть враг, который сбросил меня в придорожную канаву, то вряд ли сейчас он таится где-то поблизости, чтобы при случае завершить то, чего, вопреки его чаяниям, не завершили дождь и холод.

Итак, у нее есть выбор: отпустить его на все четыре стороны или согрешить еще раз. Розамунда с изумлением вспомнила, что сначала требовала переспать с ней в качестве уплаты долга. Это была всего лишь сделка, совершенная в ночной темноте. Ей очень хотелось вернуться в то безопасное состояние холодного расчета, но она не могла справиться с негой и теплом, которые окутывали ее с головы до пят.

— Наверное, это и впрямь нехорошо, — проговорила она, встретившись с ним взглядом, — но мне все равно.

Бренд радостно улыбнулся, и все грехи разом растворились в мягком свете его счастливой улыбки.

— Я польщен, — отозвался он, — но если вы хотите нового раунда страсти, моя милая леди, то советую вам сначала меля покормить.

Резко спустившись с небес к повседневным заботам, Розамунда схватила свое платье и торопливо оделась.

— Конечно. Вы, наверное, сильно проголодались. Чего вам принести?

— Чего-нибудь посытнее. Подойдите сюда, я вам помогу.

Розамунда никак не могла завязать корсет и застегнуть крючки на спине. Ей действительно нужна была помощь, но она боялась, что этим дело не ограничится.

Подойдя на дрожащих ногах, она села на край кровати, спиной к нему. Она ждала — более того, даже в душе надеялась, — что он на нее набросится, но увы… Любовник зашнуровал корсет и одолел десять крючков на платье. Чтобы справиться с двумя последними, ему пришлось подобрать ее волосы.

— Я вижу, вам знакома эта работа.

— Конечно.

Ни тени смущения! Странно, но вместо того чтобы стыдиться содеянного, Розамунда вдруг подумала о супружестве, и на глаза ее навернулись слезы. Наверное, есть люди, которые, будучи мужем и женой, чередуют потрясающие мгновения любовной близости с задушевными беседами и приятными совместными занятиями.

Наконец он застегнул все крючки. Девушка поднялась, но он тотчас схватил ее за талию.

Ага! Все-таки не утерпел!

— Мне надо идти. Я принесу вам еду, — еле выдохнула Розамунда, сердце ее бешено заколотилось. Всего несколько минут назад она чувствовала себя вполне удовлетворенной, но сейчас опять томилась по его ласкам.

— Заботливая хозяйка! Но меня не надо обслуживать. Я и сам могу спуститься в кухню.

— Нет!

— Почему?

— Как вы пойдете туда в полотенце?

— Я замотаюсь в простыню, как в тогу.

— Не говорите глупостей! — Она попыталась вырваться, но безрезультатно.

— Почему вы все время запираете дверь? — прошептал он, приложив губы к ее уху.

— Вы чужой человек и можете сделать все что угодно, — заметно возбудившись, ответила она.

Он тихо засмеялся.

— Вы еще не видели всего того, на что я способен. — Бренд принялся ласкать ее языком, одновременно поглаживая ее по спине. — Прекрасная незнакомка, вы сделали меня своим пленником?

Она вздрогнула.

— Нет! Просто… просто я не хочу, чтобы вы ходили по дому.

— Вот как? А знаете, что мне кажется?

— Что же? — сдавленно прошептала она.

Продолжая нежно ласкать ее руками, он многозначительно произнес:

— Мне кажется, что я — ваш раб-любовник. Вы держите меня в заточении на диких болотах, чтобы я исполнял все ваши распутные прихоти.

Эти слова совпадали с ее мыслями… и с действительностью. Розамунда в ужасе дернулась, но вырваться все же не сумела.

— Можете назвать это кабальной службой, а меня — вашим крепостным. Разве не так? Я был перед вами в долгу, и вы потребовали плату.

— Но вы уже…

— Да, я расплатился, но только частично. Так что вы вольны распоряжаться мной. — Он повернул ее и повалил, задыхающуюся, на постель. — До завтрашнего утра я ваш. Приказывайте, моя госпожа. Чего изволите на тайные ночные часы?

— Ничего!

— Лгунья, — прошептал он, навалившись на нее всем телом.

Она с трудом перевела дыхание:

— Я изволю пойти вниз и собрать вам поесть.

— Зачем ходить? Вы и сами выглядите весьма аппетитно.

— Я принесу вам калорийную пищу!

— Госпожа желает, чтобы я подкрепился?

— Нет, я…

— Госпоже кажется, что я слишком худой?

Сдерживая смех, Розамунда оттолкнула его.

— Перестаньте! Хватит болтать глупости. Вы же сами сказали, что хотите есть.

— Если вы пожелаете, я буду голодать. — Он весело взглянул на нее, глазами приглашая вступить в игру. Интересно, можно ли мужчинам и женщинам играть в подобные игры? — Вы хотите, чтобы я голодал? — спросил он.

Она рванулась в сторону, пытаясь выползти из-под него, но он ее удержал.

— Конечно, нет.

— Признателен вам за вашу доброту, госпожа. Итак, когда я поем и восстановлю силы, каковы будут ваши распоряжения?

— Никаких распоряжений.

Она опять солгала, и он прекрасно все понял. В его взгляде вспыхнули озорные искорки, но он тут же потупил глаза.

— Жаль! Значит, я не сумел доставить вам удовольствие. Принесите-ка мне снова бритву, моя госпожа, и я покончу со своим бессмысленным существованием.

— Ни за что! Отныне вы будете растить бороду!

— Что ж, значит, придется повеситься. Я вздернусь на простынях.

— Тогда я заберу у вас все простыни.

Тут он и вовсе развеселился:

— Ага! Вы хотите, чтобы я был голым!

— Нет! — Смеясь, Розамунда опять попыталась вырваться и прекратить эту глупую болтовню. — Я ваша госпожа и приказываю вам жить. Повинуйтесь мне! — торжествующе воскликнула она и только тут сообразила, что ему удалось-таки втянуть ее в игру.