Высоко над радугой - Галина Милоградская

— Нормальные дружеские отношения? С тобой? Не лицемерь, дорогая! Все, что ты можешь — сохранять приличный фасад, когда внутри твой дом рушится к чертям!

Я смотрела на Стивена, пытаясь понять, что он говорит. Откуда взялась эта ненависть, полыхающая в его глазах. Словно нарыв, что зрел годами, наконец решил прорваться, издавая оглушительное зловоние.

— С самого начала, когда ты узнала, что из себя представляет наш брак — ты приняла его условия. Унизительные, мерзкие, но такие удобные для тебя и твоей семьи! Ты разрушила мою жизнь, мои надежды, мои мечты. А теперь хочешь, чтобы я попытался построить с тобой дружеские отношения?

— О чем ты говоришь? Какую жизнь я разрушила, Стивен? Это ты использовал меня, забыл? Это ты вытирал об меня ноги из года в год!

— А ты терпела! И продолжаешь терпеть, но это ведь так удобно, не правда ли? Лишь бы все вокруг считали, что мы — идеальная семья! Лишь бы было хорошо для компании! Держишь на поводке и гордишься этим!

— Ты бредишь, Стив, тебя никто никогда не удерживает. Мы договорились жить так, как тебе удобно, а теперь получается, что во всем виновата я? Поздновато для претензий, не находишь?

— Я жил так, как мне удобно, до тех пор, пока твой дед не обратил внимание на нашу компанию! Я строил планы, и тебя в них не было! Не было никакой Доротеи Кирстэн! Я потерял все, чтобы спасти то, что и так должно было принадлежать мне!

— Ты не можешь обвинять меня за поступки моего деда, — прошептала я. — Я делала все, чтобы быть хорошей женой.

— Для кого, Дороти?! Для кого хорошей? Для прессы? Для других людей? — Он фыркнул и покачал головой.

— Если тебе так плохо живется, почему ты не разведешься, Стив?

— Хватит лицемерить, Доротея! Ты ведь обезопасила себя по всем пунктам, не так ли?

— О чем ты говоришь? — воскликнула я раздраженно. Этот разговор начинал порядком злить. — Не тебе упрекать меня, особенно после того, как я всю неделю занималась тем, чтобы замять скандал, который ты раздул!

— Опять компания! — почти прорычал Стивен, злобно ощерившись. Обернувшись, он несколько невыносимо долгих мгновений смотрел прямо мне в глаза, его ненависть можно было потрогать. — Уходи, Доротея. Уходи в свой идеальный мир и оставь меня в покое!

— Стивен, я…

— Убирайся к черту!

Не заставляя просить себя дважды, я выскочила из его комнаты, захлопывая за собой дверь. Злые слезы хлынули из глаз, но я даже не пыталась их смахнуть. Пусть. Пусть текут, может, заберут с собой эту болезненную любовь, которой я пыталась жить все эти годы. Вернувшись к себе, я опустилась на кровать и обняла подушку, глуша рыдания. Как же я от этого всего устала! От жизни в постоянном напряжении, на надрыве. От попыток поймать его взгляд, заслужить его одобрение! Сколько можно, в самом-то деле! Я всю жизнь пыталась быть хорошей. Сначала для родителей, слишком увлеченных светской жизнью, чтобы найти время и обратить внимание на единственную дочь. Потом для деда, буквально бредившего своей компанией и заставившего меня загореться его страстью. И, наконец, для Стивена, надеясь, что когда-нибудь случится чудо и он разглядит во мне женщину, готовую ради него на все… Хватит! Хватит испытывать чувство вины за желание стать счастливой!

Несмотря на слезы и дикую головную боль после, заснула я быстро и спала отлично. Вчерашний разговор всплыл в памяти уже в душе, и, стоя под упругими тропическими струями, я снова проговаривала его про себя. Если Стивену позволено все, что запрещает мне поступать так же? Желание узнать Алана поближе вспыхнуло с новой силой.

Я хочу узнать, как он целуется. Мысль вспыхнула ярко и красочно, заставляя улыбнуться. Сегодня я обязательно это узнаю.

Мысли о предстоящем свидании отвлекли, вызвав сладкую дрожь предвкушения, которая не отпускала на протяжении всего рабочего дня. Алан не показывался, будто нарочно оттягивая встречу и заставляя ждать ее еще сильнее. Только ближе к вечеру Мэгги передала запечатанное письмо, на котором стоял гриф «лично в руки», от руководителя отдела исследований Алана Хамфри. В нем было несколько строк, написанных от руки:

«Заеду в восемь. Надеюсь, ты любишь Вивьен Ли».

Я была настолько поглощена размышлениями о встрече, что даже не заметила, как добралась до дома. Эмили уже уходила, Стивен сидел в гостиной, положив загипсованную ногу на столик, и щелкал каналы. Демонстративно не обратив на него внимания, я прошла к себе и тут же забыла о муже, стоило закрыть дверь.

Меня охватило нетерпение. Руки мелко подрагивали, голова кружилась и слегка подташнивало. Как на экзамене или перед важными переговорами. Окинув свое отражение скептичным взглядом, я решительно сняла серьги и браслет, вспомнив слова Мелиссы, что от моих украшений за милю несет снобизмом и деньгами. Бросила быстрый взгляд на часы — без десяти восемь.

— Куда-то собралась? — поинтересовался Стивен, не сводя глаз с экрана.

Дернув плечом, я прошла в холл, в очередной раз поражаясь его способности забывать о ссоре на следующий же день. Ему действительно было настолько плевать?

— Развейся как следует, может, твой лаборант вправит тебе мозги! — донеслось вслед. Уже в лифте подумалось: откуда он мог узнать об Алане? Но я тут же забыла об этом, крепко сжимая клатч и чуть ли не пританцовывая от нетерпения. Его фигуру я заметила, стоило дверям разъехаться. Уже ждет. От этой мысли стало так тепло, что широкая улыбка против воли расплылась на лице.

— Готова? — Его глаза вспыхнули яркой теплой голубизной, стоило показаться на улице. Чувствуя себя, как школьница перед выпускным, я кивнула, выразительно посмотрела на протянутую руку, намекая, что держать его за руку на глазах у всех не буду. Алан неловко пожал плечами, опустил ладонь и кивнул в сторону кэба.

— Куда мы едем? — Машина уже влилась в общий поток, на улице уже начали зажигаться фонари. Алан таинственно улыбнулся, глядя с чувством легкого превосходства. Уголки его губ подрагивали в попытке сдержать лукавую улыбку. — Хитрите, мистер Хамфри? Кто такая Вивьен Ли?

— Ты правда не знаешь? — искренне удивился он.

— Это кто-то очень знаменитый, да? — Я склонила голову набок, чувствуя, что бессознательно начинаю кокетничать.

— Я искренне тебе завидую. — Алан с неприкрытым восхищением любовался мной, скользя взглядом по изгибу шеи и поднимая глаза выше, к губам. Я почувствовала, что краснею. — Столько открытий за один вечер.

— Я надеюсь, их будет больше, чем запланировано. — Я смело посмотрела прямо в его глаза и быстро отвернулась, заметив в них вопрос. Дальше мы ехали в тишине, но напряжение, повисшее между нами, здорово щекотало нервы. Я чувствовала его взгляд каждой клеточкой, твердо зная, что он не отвернулся и нахально продолжает изучать, даже не пытаясь скрыть это. Благо, машина остановилась, избавляя от дальнейшей неловкости.

Одноэтажное здание на небольшой тихой улочке, окруженное невысокой зеленой изгородью, со скромной вывеской: Лекси. Я с интересом взглянула на Алана, но он не ответил, просто взял за руку, обжигая прикосновением, и повел к входу. Лекси оказался небольшим кинотеатром с крохотным залом, а наши места оказались на укромном балкончике, возвышавшимся над остальными креслами.