Портрет невинности - Жаклин Бэрд

Лоренцо широко улыбнулся:

— Превосходно.

Деньги еще никогда не подводили его. Он уже полез в машину за документами, но Люси еще не закончила.

— Однако что касается нашей сделки… Забудь об этом, тебе придется положиться на мое честное слово. Что же до заказа на портрет… Подожди-ка минутку.

Пока Лоренцо торопливо вылезал из машины, Люси юркнула в дом и повернула ключ в замке. Игнорируя град ударов, обрушившихся на дверь, она пробежала через галерею в свою студию и начала рыться в стопке рисунков, нашла искомое и долго смотрела на лист бумаги с печальной улыбкой на губах. Уже выходя из студии, она остановилась, подумала пару секунд, вернулась и прихватила давешний набросок Лоренцо.

Если последние двенадцать лет чему-то научили Люси, то точно не горевать над прошлым и думать, как могло бы быть. Она научилась не падать духом даже после самых страшных событий и жить дальше во что бы то ни стало. Зажав рисунок и набросок под мышкой, Люси расправила плечи и открыла дверь. Красный от гнева Лоренцо стоял на пороге, занеся кулак, чтобы снова яростно постучать.

— Я еще не закончил с тобой! — рявкнул он. — Все будет так, как я скажу, или никак вообще! Твои условия неприемлемы, а наша сделка не обсуждается!

— Тогда просто забудь о ней. Я сыта по горло тобой и твоей семьей, и мне не интересна твоя авантюра, — выпалила Люси, чувствуя, как гнев снова овладевает ею, затмевая здравый смысл, и сунула Лоренцо в руки рисунок и набросок. — Вот, возьми. Твоей матери не придется звонить мне.

Лоренцо так удивился, что взял оба листа.

— Ни они, ни ты мне больше не нужны. У меня новый партнер, и он достойный человек! — С этими словами она захлопнула дверь у него перед носом.

Лоренцо едва услышал, что она сказала. Он потрясенно смотрел на портрет своего брата — совершенно восхитительный портрет. Люси отразила все характерные особенности Антонио: черные вьющиеся волосы, сияющие глаза, открытая улыбка… Он выглядел таким живым, таким счастливым. Надо быть немного влюбленным в модель, чтобы написать такой портрет, особенно если художник общался с моделью, будучи ребенком.

Лоренцо бросил взгляд на набросок и обмер. Это была полная противоположность портрету, и на нем был изображен он, Лоренцо, — очень похоже, но карикатурно, в образе огромной черной крысы с рогами…

Вряд ли стоит показывать набросок матери, подумал Лоренцо, усмехаясь, как вдруг осознал, что она сказала ему, прежде чем закрыть дверь, и усмешка сползла с его лица, вновь уступив место клокочущей ярости. Он зло посмотрел на дом Люси. Ничего, в следующий раз он подготовится лучше. Следующий раз будет, он позаботится об этом.

Дело было не в том, что он не доверял Люси, не в том, что она ударила его, даже не в том, что она оскорбила его своим наброском. Лоренцо взбесило то, что она возомнила себя способной перехитрить его в вопросах бизнеса. Он должен выяснить, кто этот «достойный человек», который убедил ее, что поможет спасти фабрику Стедменов. Он сделает все, чтобы Люси пожалела об этом шаге.

* * *

Воскресенье Лоренцо провел на своей вилле в Санта-Маргерите, катаясь на яхте. Он сообщил матери, что виделся с Люси, но она слишком занята, чтобы приехать, однако, возможно, согласится написать портрет Антонио. Он попросил свою мать доверить ему решение этого вопроса.

В понедельник, чувствуя себя намного лучше, Лоренцо улетел в Нью-Йорк и начал расследование дела Стедменов. Он решил, что в установленный срок продаст свою долю, а через пару недель отдаст матери портрет брата. Таким образом, дело будет полностью завершено.

Лоренцо вернулся домой через две недели. Секретарша встретила его ослепительной улыбкой и ежемесячным журналом, открытым на середине.

— Какая милая свадьба! Я узнала подружку невесты — очевидно, вашу новую девушку, — но кто бы мог подумать, что под тем жутким черным костюмом скрывается такое тело! Вам очень повезло, — хихикнула она. — Отчет, который вы просили, у вас на столе.

— Какого черта?!

Лоренцо выхватил у нее журнал и застонал, глядя на заголовок: «Английская свадьба Джеймса Моргана, племянника Альдо Ланцы». За заголовком следовало две страницы фотографий с соответствующими подписями, на которых были запечатлены все гости, включая Люси. На одном из снимков Люси прижималась к Лоренцо, положив руку ему на грудь и улыбаясь ему, и он улыбался ей. От фотографии веяло влюбленностью, а подпись под ней гласила: «Лоренцо Занелли с подружкой невесты, давние и близкие друзья». Лоренцо пробежался глазами по остальному тексту, потом влетел в свой кабинет и захлопнул дверь.

Трясясь от ярости, он упал на стул. Скандал с Оливией, замужней женщиной, мерк по сравнению с этим кошмаром. Газетчики, разумеется, связали Люси с ее братом и вытащили на поверхность подробности трагедии. Как будто ему нужно было лишнее напоминание о ней…

Во всем была виновата Тереза Ланца, но Лоренцо ничего не мог сделать в сложившейся ситуации. Теперь он понимал, почему его мать выглядела такой виноватой в их последнюю встречу: она наверняка знала про этот чертов журнал. Свадьба состоялась в конце июня и не попала в июльский номер, зато пришлась ко двору в августовском.

Лоренцо отшвырнул журнал и схватился за отчет по делу Стедменов. К тому времени, как он дочитал документ до конца, злость душила его так нестерпимо, что он припечатал отчет кулаком к столу и вскочил, готовый крушить все вокруг себя. Теперь это не имело отношения ни к бизнесу, ни к семье; отныне это его личное дело.

Лоренцо обожал, когда ему бросают вызов — на море или в мире большого бизнеса. Люси оказалась крепким орешком. Меряя кабинет шагами, Лоренцо подумал, что серьезно недооценил ее. Может, она и не была создана для бизнеса, но ее план спасения фабрики был хорош, надежный, остроумный и экономически продуманный. Любой банк, включая его собственный, поддержал бы такой план, потому что он сулил большую выгоду при минимальном риске.

Лоренцо с ужасом думал о том, что его обставила девчонка. Заключив сделку с третьим совладельцем бизнеса Стедменов, Ричардом Джонсоном, она оказалась у руля, легко оттеснив Лоренцо. Застройка, которую планировал Джонсон, будет произведена на участке в восемь акров, принадлежащем Люси Стедмен.

Лоренцо не знал, спит ли она с Джонсоном; ему не было до этого дела. Она умна, он признает это, но мужчины и женщины куда умнее ее тщетно пытались обойти его. Ей не удастся выйти сухой из воды. Лоренцо сделал несколько звонков, и скоро его личный самолет уже летел в Англию. Лоренцо, победно блестя глазами, чувствовал, что снова полностью вошел в форму. Совсем скоро он предложит Люси Стедмен кое-что, от чего она не сможет отказаться.