Кентаврида - Алексей Божков

– Если они не высадятся сейчас, многие просто погибнут. Мы должны их спасти. Обычными средствами здесь не обойтись. Только в горах… – Таурина, отжимая волосы, настороженно смотрела на мужа.

– Слишком много… Слишком, – Мозер махнул рукой. – Ты права, у нас нет другого выхода. Трудно, но необходимо.

Хозяин Мозер обратился к сопровождавшим его кентаврам:

– Друзья мои! Предстоит большая работа. Дик и Дерек! Вы отвечаете за порядок в городе после нашего отъезда. Сейчас готовим мулов, повозки, всех пострадавших и здоровых перевозим в горы. Всех, ещё раз повторю, никаких исключений, никаких встречающих! Лаур, объясни людям, что на корабле – смертельная болезнь, но всех мы вылечим, если не будет распространяться эпидемия. Главное, внуши женщинам, что волноваться не стоит. И предупреди цыганок, пусть подготовятся. Больных будет много…

Светлоголовый Лаур стразу же поскакал в сторону городской площади, где через некоторое время зазвучал низкоголосый гонг, созывающий окрестный люд.

Джон Стоун и капитан Томас Рич приблизились к Мозеру. Капитан спросил:

– Нужна ли наша помощь? Можно собрать команду…

– Большое спасибо. Только… Для людей это слишком опасно. Мы справимся сами, кентавры невосприимчивы к чуме.

– Чума?! Это чума?! – переспросил похолодевший Стоун, глаза его непроизвольно расширились.

– Да, дорогой Джон. Поверьте, мы справимся.

Голос Хозяина Мозера был настолько уверенным, что Джон немного успокоился. Только холодная испарина выступила на его лбу. Джон заметил, как капитан Рич отступил от кентавра, присел на бревно причала, тяжело опираясь руками на колени. Капитан помертвевшими губами еле различимо повторял страшное имя смерти, когда-то унёсшей дорогих ему людей.

* * *

Сын ювелира и кузнец Рон Гаусс забежал домой на минуту, чтобы собрать необходимые вещи. Родители и служанки работали в городе; ювелир Иеремия Гаусс не собирался сложа руки дожидаться объявленного прихода болезни. К тому же он доверял кентаврам, обещавшим помощь. Рон без помех поднялся на второй этаж родительского дома. В коридоре его поймала за рукав рубашки сестра:

– Постой, Рон! Я тебя везде искала. Ты где был?

– Извини, не сейчас!

– Нет, погоди! Объясни, что происходит!

– Аби, мне совершенно некогда. Надо помочь заболевшим морякам. Они умрут без нашей помощи.

Абигаль не отставала:

– На рынке говорили, что вернулся корабль этого русского… Все больны?

Рон отстранил девушку, прошёл в свою комнату. Сестра вошла за ним, что есть силы сцепила красивые пальцы:

– Не думай, я всё понимаю: чуму нельзя вылечить. Все умрут?

В её голосе на самом деле не было равнодушия. Рон почувствовал это, оглянулся:

– Как ты говоришь, «этот русский» очень болен. Я его видел. Он борется. И я хочу ему помочь. Я могу это сделать.

Глаза Абигаль наполнились слезами, лицо потемнело под загаром. Рон с удивлением смотрел на неё. Но, когда капли превратились в блестящие ручейки, а девушка в отчаянии закрыла предательские глаза ладонями, брат обнял её, как маленькую.

– Сестрёнка, ты что, что? Алексей и не в таких переделках побывал. Помнишь, он тебе рассказывал?

– Я думала, он хвалится. Этот противный Махов мог и сочинить… – всхлипывая, Абигаль спряталась в надёжных объятиях брата.

– Алексей очень честный и мужественный человек, поверь. И мой лучший друг. Он мне как старший брат, понимаешь?

Девушка зарыдала в голос:

– Че-е-естный, да? Другие мужчины готовы меня хоть сейчас взять и увезти с этого бесполезного острова. А Махов даже не обещает!

Рон насторожился, отстранил от себя сестру, заглянул ей в лицо:

– Ну-ка, ну-ка! Ты сейчас о Стоуне, да?

– А хоть бы и о нём! – задиристо ответила Абигаль. – Опять скажешь, что он мне не пара?!

– Скажу, что он мне не нравится! Слишком много обещает некоторым…

– Мне всё равно! Всё равно! – топнула ногой девушка и выбежала из комнаты брата.

– Если у кого-то в голове ветер, то у моей сестры – тайфун…

* * *

Расстроенный капитан Томас Рич вернулся на корабль, предупредил находящихся там моряков, чтобы не сходили на берег без особой необходимости, и остался с ними. Джон Стоун по просьбе Мозера присоединился к кентавру Лауру, чтобы объяснить происходящее людям на берегу. На сходе жителей острова было без особой суеты решено, чтобы люди не выходили из домов, пока кентавры не вывезут всех больных в горы, подальше от поселений, где и будут их лечить. Цыганки и некоторые из женщин отправились на огороды собирать лекарственные травы под предводительством Таурины. Стоун проследил за выполнением приказа о временном закрытии рынков и таверн вокруг пристани и складов, прошёл к работающей кузнице. Он поздоровался с братом Абигаль, но тот сделал вид, что не заметил его. Юный Рон Гаусс помогал кентаврам готовить телеги и другие средства передвижения для перевозки больных. Он постоянно носил в кузницу какие-то железки, что-то исправлял, что-то мастерил. Лаур ушёл организовывать доставку носилок и лодок к причалу. Стоун решил, что следует покинуть причал до появления больных. Ещё не хватало подцепить заразу!

Джон попробовал вернуться на свой корабль, но на «Русалку севера» кентавры из охранения его уже не пропустили, а попросили вернуться в дом Хозяина Мозера, пока разгрузка с зачумлённого корабля не будет завершена. Из беседки на обрыве он смог наблюдать, как большая группа кентавров вплавь отправилась к кораблю. Они тащили на верёвках широкие лодки, в которых сидели цыганки. Саму погрузку из-за рифов видно не было, однако через довольно короткое время кентавры опять протащили лодки, наполненные людьми. Стоун подумал, что теперь его сообщники смогут более точно проследить с «Русалки севера» подходящий фарватер для корабля.

Тем временем от причала одна за другой отъезжали телеги, запряжённые мулами. Они удалялись по дороге, ведущей в горы. Стоун считал кентавров, сопровождающих повозки, и беспокойство его росло. Их оказалось больше, чем он предполагал по рассказам капитана Рича да и по своим наблюдениям. К тому же, ещё какое-то количество может прийти этим полуконям на помощь из живущих в горах. Джон впервые засомневался в реальности своих планов. Если бы не страх перед чумой, он рискнул бы сейчас проследить за передвижениями кентавров и выследить их логово. Но ему приходилось довольствоваться только наблюдением издалека.

В саду копался со своими любимыми растениями отец служаночки Рейчел, обеспокоенно поглядывал вниз на причалы, осторожно косился на Стоуна, но так и не решился что-либо выспрашивать у него.

Уже стало смеркаться, когда из-за рифов прошли последние лодки с цыганками и больными. Джон увидел, что небо за рифами озарилось огнём, а затем повалил чёрный дым, как от горящего земляного масла. Потом цыганки и кентавры вытащили на берег лодки, сложили рядом и тоже подожгли их, обсыпав порохом. Влажное дерево загорелось легко и ярко.