Тайная жизнь скромницы - Аврил Тремейн

— Вообще-то собирался. Но не сегодня.

Кэтрин окончательно перестала что-либо понимать.

— Ну, и что теперь? — спросил Макс, склонив голову набок.

— Забудем, будто ничего и не было. Спишем на мимолетный порыв.

— Ошибаетесь — я себя удовлетворенным не чувствую. Да и вы, скорее всего, тоже. Надо совершенствоваться, повышать уровень, прежде чем вы снова подпустите меня к себе…

— Я сказала: мимолетный порыв, — чеканя каждый слог в слове «мимолетный», повторила Кэтрин. — Вы растерялись и совсем потеряли голову.

— И почему же я растерялся?

— Наверное, чувствовали себя неловко. В первый раз увидели меня в домашней обстановке. А еще на мне красный пеньюар. Кстати, извиняюсь за неподобающий вид.

— Почему неподобающий?..

Кэтрин удивленно уставилась на Макса.

— А сами как думаете? Поглядите, до чего я вас довела! Ассистентки не должны расхаживать перед начальниками будто стриптизерши!

— Значит, вы позволили себя поцеловать, потому что заслужили наказание?! Что за ерунда? Кэти… вы что, серьезно?

— Это вам не шутки, Макс.

— Не знаю. Звучит как шутка. — Он помолчал и вздохнул. — Кэти, будьте добры, посмотрите мне в глаза.

Она с трудом заставила себя поднять голову.

— Пожалуйста, объясните, что творится у вас в голове. Я в такой ситуации в первый раз и, честно говоря, не представляю, как себя вести.

Кэтрин презрительно фыркнула.

— Хотите сказать, что до меня ни разу не целовались с ассистенткой?

— Все женщины, которых я целовал, хотели этого, — пояснил Макс. — Даже Сиан. Просто бедняжка не умела целоваться… Ах вот в чем проблема! Вы тоже… не умеете?

Кэтрин бросила на него испепеляющий взгляд:

— Конечно, не могу похвастаться таким богатым опытом, как у вас, и все же он у меня есть!

— Извиняюсь, но когда вы заявили, что в красном пеньюаре похожи на стриптизершу… Можно подумать, во времена королевы Виктории воспитывались.

— Между прочим, я даже не девственница!

— И как я должен был это понять? По глазам? Во всяком случае, глядя на вашу одежду и поведение, не скажешь, что у вас есть опыт. Хотите продемонстрировать обратное?

— Что?! Ну конечно, если я не красавица блондинка, значит, рыба бесчувственная…

— Соглашусь только с одним пунктом — вы не блондинка.

— Не надо думать, будто я какое-то бесполое существо! В отличие от вас я в состоянии отличить добровольный поцелуй от насильственного! В обоих случаях у меня есть опыт!

Макс собирался что-то сказать, но, услышав последнюю фразу, умолк и устремил на Кэтрин проницательный взгляд.

— Опыт, говорите? — повторил он. — А вот теперь действительно ничего смешного не вижу. Что произошло? Кто это сделал? Когда?

Кэтрин оставалось только злиться на себя.

— Не обращайте внимания, просто к слову пришлось.

— Если думаете, что я могу не обращать внимания на такие вещи, советую подумать еще раз.

— Не хочу об этом говорить. Я вообще стараюсь выкинуть из головы тот случай и теперь не собираюсь обсуждать его с вами. Я понятно выразилась?

Макс принялся прохаживаться по комнате. И вдруг произнес:

— Так вот оно что…

Он закрыл глаза и некоторое время стоял неподвижно. Атмосфера в комнате неуловимым образом изменилась. Казалось, сам воздух в комнате заволокла темная дымка.

— М-Макс… — нерешительно произнесла Кэтрин.

Макс открыл глаза. На лице у него появилось виноватое выражение.

— Получается, к вам приставал не один начальник, а два.

— Нет, один, — возразила Кэтрин. — Наш поцелуй был взаимным. И вообще, у вас ничего общего с…

Кэтрин осеклась на полуслове и постаралась взять себя в руки. Необходимо успокоиться.

— Будь вы таким же, давно бы уволилась. Но вы на него совсем не похожи. Ни капельки.

У Макса же вид был такой виноватый, будто он сам себе кровопускание сделать готов, лишь бы вину загладить! И все потому, что подарил Кэтрин поцелуй, о котором она мечтала уже четыре месяца!

В любом случае пора возвращаться к делу.

— Не собираюсь подавать на вас в суд за домогательства, если вас это беспокоит, — произнесла она.

Макс уставился на нее, будто ожидал любого ответа, только не такого.

— Я об этом даже не думал! Кэтрин, на самом деле меня беспокоит мое собственное поведение. Я повел себя с вами совершенно недопустимым образом. На вашем месте я бы в меня пулю всадил. В следующий раз не стесняйтесь, пожалуйста.

— Не буду я в вас стрелять.

И вдруг Кэтрин будто прорвало. Слова посыпались, будто из рога изобилия.

— Только если вы… если позовете меня к себе в номер «обсудить рабочий вопрос»… а потом откроете в одном полотенце… когда я войду, запрете дверь, полотенце сползет, и вы велите мне его поднять… Вот тогда я вас точно пристрелю.

— Ну и тип!

— Или если вы подойдете ко мне на корпоративной вечеринке и начнете жаловаться, что у вас из-за меня такая огромная эрекция, что речь произносить неловко, а потом схватите меня за руку, чтобы я пощупала и убедилась… Тогда сразу пулю всажу.

— Вот гад!

— Или если силой прижмете меня к стене и будете лезть под юбку, а когда зайдет Дэмиен, вы с ним просто обменяетесь грязными, мерзкими ухмылками. Вот тогда я буду стрелять.

— Кэтрин…

— Но вы ничего подобного не сделали. Я хотела, чтобы вы меня поцеловали, и вы исполнили мою мечту. — Кэтрин почувствовала, что дрожит. — А сейчас мне надо присесть.

— Дайте помогу.

— Спасибо, уж до собственного дивана я как-нибудь доковыляю.

Макс кашлянул:

— Я хочу помочь.

Кэтрин уставилась на него и недоверчиво покачала головой:

— Только не говорите, что любите поиграть в благородного рыцаря! Вот уж на кого не подумала бы!

— Ха-ха, — сухо произнес Макс и довольно-таки резко обхватил ее за плечи. — А теперь хватит болтать. Пойдемте.

Макс в своем репертуаре — притворяется нетерпеливым и раздраженным, а на самом деле просто пытается скрыть свои чувства. И тут Кэтрин почувствовала, что могла бы рассказать Максу о самом отвратительном эпизоде в своей жизни, хотя даже Люку ни слова не сказала. Кэтрин почувствовала, что ему можно доверять, и позволила отвести себя на диван. Взбить подушки. Сразу вспомнилось, как Макс суетился над ней, когда она упала в офисе.

Наконец, когда состояние дивана полностью устроило Макса, он благополучно усадил Кэтрин.