Курортная прелюдия к браку - Джоанна Рок

— Никогда, — искренне произнесла она.

— Тогда поверь, что сейчас ты самая важная часть моей жизни. — Он поцеловал сначала одну ее руку, затем другую. — Меньше всего я хочу причинить тебе боль. Обещаю, что, если у тебя возникнут какие‑нибудь проблемы, я сделаю все возможное, чтобы их решить.

Пока он ждал ее ответа, его сердце учащенно билось. В ее глазах читалось сомнение, и это было неудивительно. Бывший жених пытался ее обмануть, а собственный отец никогда не говорил ей, что любит ее.

Когда они достигли Мидтауна, Делия снова начала улыбаться, а в глазах ее появился озорной блеск, который пробудил в нем огонь желания.

— Я собираюсь поймать тебя на слове, Джегер Макнилл.

— Я очень на это надеюсь.

Когда лимузин остановился перед входом в отель «Плаза», Джегер помог Делии выбраться из салона. Он хотел поскорее отвести ее в их номер и напомнить ей о том, как хорошо им было вместе, но до него вдруг дошло, что она никогда раньше не бывала в Нью‑Йорке.

— Какая красота! — воскликнула она, осматриваясь по сторонам.

Джегер не мог упустить возможность доставить ей удовольствие.

— Хочешь, я устрою тебе экскурсию? — спросил он.

— Да! — Она уже смотрела на повозку, запряженную лошадьми, и покачивалась в такт мелодии, которую играло трио уличных музыкантов у входа в Центральный парк.

Он безумно хотел заняться с ней любовью, но ему нужно было взять себя в руки. Ему представилась прекрасная возможность с ней сблизиться, и он не собирался от нее отказываться.

— Не отпускай меня. — Делия обхватила рукой пояс, а другой шею Джегера. — Пожалуйста, не отпускай меня, а то я упаду.

Покачиваясь на тонких лезвиях коньков, она позволила Джегеру медленно везти ее по периметру катка. Их обгоняли даже маленькие дети, оставляя царапины на блестящей гладкой поверхности и иногда поднимая в воздух, пахнущий жареными каштанами, россыпь ледяных крошек.

В первый раз встать на коньки оказалось страшнее, чем она ожидала. Сначала они прогулялись по Центральному парку и Пятой авеню и перекусили шаурмой. Делия пришла в восторг от огромной рождественской елки в Рокфеллеровском центре, вокруг которой был каток. Именно тогда Джегер и предложил научить ее кататься на коньках.

Похоже, Делия была слишком поглощена праздничной атмосферой и не подумала всерьез, на что она соглашается. Сейчас, несмотря на звонкий смех, радостные крики, мерцающие огни вокруг и пение Дина Мартина, доносящееся из динамиков, Делия не могла предаться всеобщему веселью, потому что слишком боялась упасть.

— Я никуда тебя не отпущу, — прошептал Джегер, уткнувшись носом в ее спортивную вязаную шапочку, которую он купил ей в одном из универмагов на Пятой авеню. — Я так давно хотел к тебе прикоснуться.

Делия переключила внимание со своих коньков на его красивое лицо. Он был так добр к ней. Она была очень благодарна ему за щедрую премию, которую он дал ей к отпуску. Она отправит эти деньги своему отцу, и он сможет заплатить земельный налог за следующий год.

С того момента, как Джегер узнал о ее беременности, он каждый день спрашивал ее, как она себя чувствует. Она была тронута его заботой и благодарна ему за то, что он больше не заводил с ней разговор о браке, дав ей время, чтобы все обдумать.

Как бы то ни было, это время подошло к концу. По пути из аэропорта в отель он ясно дал ей понять, что хочет, чтобы они были вместе. Их разговор в лимузине не выходил у нее из головы.

— Пытаешься меня отвлечь, чтобы я не упала? — спросила она.

— Я был абсолютно искренен, когда сказал, что хочу к тебе прикоснуться. — От его взгляда ее бросило в жар. — Но если это поможет мне тебя отвлечь, я готов поделиться с тобой своими эротическими фантазиями.

У Делии внезапно пересохло во рту, сердце бешено заколотилось. Звуки и запахи исчезли, мир сузился до них двоих и ощущений, которые он у нее вызывал.

— Я не хочу потерять бдительность и расквасить себе нос. — Ее тон был легким, но она понимала, что флиртовать с Джегером может быть опасно. — Впрочем, ты мог бы сказать мне пару приятных вещей.

— Давай подождем, когда завернем за угол, — сказал он и продолжил двигаться задом.

Прижимаясь грудью к его груди, Делия не шевелилась, позволяя ему везти ее по площадке. Несмотря на слои одежды, она чувствовала исходящее от него тепло. В какой‑то момент он задел бедром ее бедро, и у нее слегка закружилась голова.

— Вот видишь? — произнес он, обернувшись, чтобы убедиться, что никто не возник у них на пути. — У тебя хорошо получается.

Он ослабил хватку, но не отпустил ее.

— То, что я пока не упала, вовсе не означает, что у меня хорошо получается, — ответила она.

— В таком случае давай вернемся к тактике отвлечения внимания. — Джегер понизил тон: — Ты хочешь, чтобы я сказал тебе, какой сексуальной была ты в моих фантазиях, когда ты, оседлав меня, вытаскивала шпильки из прически и твои золотистые волосы рассыпались по плечам?

— Не надо. — Она покачала головой. — Только не здесь.

Джегер провел пальцем по ее щеке.

— Ты так сексуально краснеешь.

— Я просто не привыкла слышать подобные вещи от мужчины, который до сих пор требовал в пятницу к концу рабочего дня отчет о проделанной работе.

Он запрокинул голову и рассмеялся:

— Я подозревал, что тебе это не нравится.

Делия была рада, что развеселила его. В последнее время ему было не до смеха.

Краем глаза она увидела Санта‑Клауса и красивого эльфа, направляющихся в кафе рядом с катком. Семья с маленькими детьми остановилась, чтобы с ними сфотографироваться.

— Работники вечером в пятницу хотят домой, а не на собрание в кабинете босса.

Она никогда не жаловалась, поскольку очень дорожила своей работой.

— Я задерживал тебя не каждый день.

Джегер еще немного ослабил хватку, но она не стала возражать, поскольку уже тверже стояла на ногах.

— Только по пятницам, — поддразнила его она.

— В таком случае мне нужно загладить свою вину. — Он снова придвинул ее к себе, чтобы сделать очередной поворот. — Надеюсь, что эта поездка станет для тебя особенной и ты никогда ее не забудешь.

— Она уже стала такой. — Делия посмотрела на рождественскую елку высотой в девяносто футов. — Я всегда мечтала о путешествиях. Нью‑Йорк просто сказка.

Такого Рождества у нее определенно никогда не было. Ее отец редко бывал дома в праздник и никогда не наряжался Санта‑Клаусом. Его подарки всегда были скромными и практичными.

— Я много раз бывал в Нью‑Йорке по делам, но, должен признаться, мне никогда не было здесь так хорошо, как сейчас с тобой.