Счастье в наследство - Элен Бронтэ

Он постоял еще немного, но не услышал ничего для себя интересного. Метель завели обратно в конюшню, и работники разошлись по своим делам, а маркиз, так никем и не замеченный, поспешил в дом.

Когда Секвилль подошел к боковому входу, он увидел, как слуги грузят в повозку кадки с увядшими оранжерейными растениями.

«Мисс Эттон была права — бедолаги не пережили ночь на воздухе, и теперь их сожгут без всякой жалости, а в оранжерею графиня закажет новые лавры и мирты. Хорошо, что мисс Эттон не видит этого — она бы огорчилась», — маркиз улыбнулся собственным мыслям и вошел в дом.

Он едва не опоздал к обеду и чувствовал себя весьма неуютно под насмешливым взглядом леди Дримскотт. Эта женщина уже начала раздражать своими постоянными попытками спровоцировать его на какую-нибудь откровенность касательно сердечных склонностей.

— Ну, признайтесь же нам, маркиз, отчего вы до сих пор не носите обручального кольца?

Вот и сегодня вечером она завела ту же песню, пока мисс Кэтрин перебирала ноты.

— Вероятно, потому, что я до сих пор не женат.

Даже его язвительный тон не отпугнул настойчивую красавицу.

Графиня Бьюмонт попыталась отвлечь гостью, предложив составить ей и ее подругам компанию за карточным столом, но леди Дримскотт недобро сверкнула на графиню черными глазами:

— Благодарю, ваша светлость, но мне не везет в картах. Надеюсь, удача в любви компенсирует это досадное обстоятельство. Пожалуй, я лучше спою дуэтом с маркизом, если мисс Бьюмонт нам сыграет.

Подруги графини молча переглянулись. Они вполне понимали недовольство графини. Леди Лримскотт была всего лишь родственницей ближайших соседей Бьюмонтов, и ее пригласили на бал из добрых побуждений — отвлечь бедняжку от ее горя, а в итоге в доме поселилась коварная искусительница. Как намекнуть гостье, что ее присутствие в доме более нежелательно, и при этом не нарушить приличия — вот чем оказались заняты мысли графини и ее подруг в последние три дня.

Мисс Бьюмонт между тем выбрала подходящий романс и послушно уселась за инструмент, так как пела леди Дримскотт действительно превосходно, и слушать ее пение было гораздо приятнее, чем ее бесконечную болтовню.

— Разве вы не присоединитесь ко мне, милорд Секвилль? — спросила леди, увидевшая, что маркиз занял место на диване и, похоже, вовсе не собирается петь.

— Прошу простить меня, миледи, но нынче я скорее расположен быть зрителем, нежели участником, уверен, это доставит мне гораздо большее удовольствие.

Леди Дримскотт предпочла истолковать его слова как комплимент и величественной походкой направилась к роялю. Граф Уэсткот склонился над Кэти, чтобы переворачивать ей ноты, а заодно шепотом комментировать томные взгляды и трепетные движения рук, которыми исполнительница сопровождала пение в надежде произвести больший эффект.

Маркиз Секвилль развлекал себя, делая вид, что на него действуют чары обольстительницы, но постоянно был начеку, избегая возможности оказаться с ней наедине. Он прекрасно знал, что еще день-два, и ему прискучит кокетство леди Дримскотт.

Он уехал бы из Бьюмонт-холла раньше, чем этот миг наступит, но неподалеку была еще одна дама, занимающая его мысли не в пример чаще, чем пылкая вдова.

Рассеянно слушая пение, маркиз снова и снова вспоминал о разговоре на конюшне, свидетелем которого он явился. Итак, тайна мисс Эттон раскрыта — она дочь местного ветеринара, судя по всему, ныне покойного. Низкое происхождение, как уже понял маркиз, было преступлением в глазах графини Бьюмонт, но почему тогда эта леди вообще оказалась на балу? И называлась кузиной? Возможно, кто-то из семьи графини вступил в неравный брак с мистером Эттоном, и родственники предпочитали отпилить эту ветвь своего семейного древа? И только искренняя дружба двух девушек не позволяла графине отказать мисс Эттон от дома. Но где живет мисс Эттон, чем она занимается, на какие средства существует, есть ли у нее близкие люди, кроме покойного отца? И, наконец, почему его, маркиза Секвилля, интерес не растаял, как утренний туман, после того, как он узнал о ничтожном происхождении девушки?

Выходит, вопросов у лорда Уильяма возникло, кажется, еще больше, чем было до сегодняшнего вечера. Он понимал, что проще всего задать их мисс Бьюмонт, но маркиз чувствовал неловкость, проникая так бесцеремонно в чужие тайны. Оставалось только продолжать гостить в Бьюмонт-холле и надеяться на счастливый случай, который поможет ему продвинуться в разгадке секретов мисс Эттон.

Леди Дримскотт закончила второй романс, но и он, похоже, не произвел на маркиза нужного впечатления. Несколько рассерженная, хоть и не настолько, чтобы наказать провинившегося ледяным молчанием, черноволосая красавица изящно подобрала юбки и уселась рядом с маркизом Секвиллем, предоставив мисс Бьюмонт и графу развлекать себя и старшее поколение пением незатейливых пасторальных дуэтов, которые им так хорошо удавались.

— Вы сегодня странно задумчивы, маркиз Секвилль, — нахмурившись, произнесла она, искоса поглядывая на джентльмена. — Надеюсь, это не мое пение навело вас на грустные мысли?

— Отчего же грустные, мадам? — Он медленно повернулся к ней, и его холодный взгляд в сочетании с безупречно вежливым тоном ясно показал леди, что она не имеет шансов заполучить его. — Ваше исполнение выше всяких похвал, но слова этого романса напомнили мне…

— О несчастной любви? О, да, и мне тоже! — перебила его леди, не желающая сдавать свои позиции.

С ее точки зрения, только трагическая история, возможно, случившаяся, когда маркиз был еще очень молод, не позволяла ему обрести счастье в браке с какой-либо очаровательной леди.

— Напротив, романс напомнил мне о том, что всякая любовь рано или поздно пройдет, а значит, стоит ли влюбляться? — Он поддразнивал собеседницу машинально, даже не слишком задумываясь, что говорит, столько раз уже он вел подобные разговоры, что вполне мог в это время думать о другом. — Боюсь, я разочаровал вас. А теперь прошу простить меня, я должен написать отцу, чтобы отправить письмо с утренней почтой.

Легко поднявшись, маркиз улыбнулся леди Дримскотт, поклонился графине и графу, дремавшему над книгой в кресле у камина, поцеловал руку мисс Кэтрин и покинул гостиную. Почтенные дамы также сочли необходимым разойтись по своим комнатам. Кэти подошла к родителям попрощаться на ночь, утром она собиралась встать с рассветом, чтобы встретиться с подругой, и была благодарна маркизу за то, что он дал повод всем отправиться спать.

Разозленная вдова одарила графа Уэсткота самой очаровательной из своих улыбок и почти выбежала из комнаты, вероятно, надеясь догнать маркиза на лестнице. Граф удивленно поднял брови, улыбнулся своим мыслям и последовал вслед за леди Дримскотт, не имея, впрочем, ни малейшей склонности упасть к ногам соблазнительницы.

Первые лучи солнца не только разбудили маркиза Секвилля, но и заставили его подняться с постели. В отличие от многих людей его круга, лорд Уильям никогда не был лежебокой. В хорошую погоду он отправлялся на прогулку, в ненастную читал или играл в одиночестве в бильярд. Вчера за этим занятием его поймала леди Дримскотт, и только появление графа Бьюмонта спасло маркиза от нежелательного тет-а-тета.