Романтический шторм - Марион Леннокс

Финн проникся к ней глубоким сочувствием. Она так беспечно об этом рассказала, будто это пустяк. Но он знал, что врач была права. Эта женщина страдала от душевной травмы.

– Джоу, деньги, которые вы унаследуете, дадут вам уверенность и гарантируют безопасность, – мягко сказал он. – Теперь никто не сможет отнять вашу пожарную машину.

– Я пережила это желание.

– В самом деле?

Она улыбнулась его проницательности.

– Ну, если это по-настоящему классная машина…

– Тогда вы бы подумали?

– Может быть, – ответила она. – Хотя я скорее приобрела бы себе «Харлей» и трейлер, чтобы возить его. «Харлеи» продаются вместе с трейлерами? Не знаете? Не пора ли нам на ланч?

Он взглянул на часы.

– О, мы уже опаздываем. Нам предстоит встреча с грозной миссис О’Рейли. Джоу, вы были очень к ней великодушны. Вам не нужно готовиться отражать ее выпады.

– Нужно, – резко ответила она. – Я никогда не пасую. Это не в моем стиле.

Ланч был накрыт в столовой. Миссис О’Рейли поставила перед ними пирог пастуха и встала неподалеку от стола, пытаясь заговорить. Ее лицо опухло от слез.

– Я не могу… – начала было она.

– Не нужно ничего говорить, миссис О’Рейли, – сказала Джоу, положив себе на тарелку щедрую порцию пирога. – М-м-м, очень вкусно, благодарю вас.

– Я, я проявила к вам грубость и жестокость, – заикаясь, выдавила из себя экономка.

– За все эти годы я кое-что выяснила о своей матери, – сказала Джоу, рисуя на пироге волнистые завитки из томатного соуса. – Она ко всем относилась плохо. Даже ко мне, своей родной дочери, не проявляла никакого интереса. Могу лишь представить себе, какой капризной принцессой она росла в этом замке и как вы от нее натерпелись. А дедушка не оставил вам с мужем ни гроша за вашу многолетнюю и добросовестную службу. Будь я на вашем месте, я бы повела себя с вами точно так же.

– Я заставила вас спать на узкой односпальной кровати.

– Да, это преступление. – Джоу непринужденно шутила с экономкой, будто они говорили о погоде. Добавив к пирогу еще соуса, Джоу атаковала его ножом и вилкой.

Миссис О’Рейли смотрела на нее, как на инопланетянку. Финн, похоже, разделял изумление экономки.

– Мне удобно в этой кровати, – сказала Джоу, прожевав очередной кусок пирога. Что же до пирога… Это отличная компенсация за вчерашний подгоревший ужин. Вы останетесь в замке, пока мы здесь? Или вы предпочитаете уйти? Мы с Финном сами справимся. Надеюсь, адвокат объяснил вам, что вы вольны поступать по своему усмотрению.

– Да. – Экономка достала носовой платок и громко высморкалась.

– Конечно, я останусь, пока вам нужна. Но теперь у меня будет свой дом.

– Вот и отлично.

– Я не заслужила этого, – снова попыталась возразить экономка.

– Да будет вам. Один испорченный ужин не в счет по сравнению с долгими годами безупречной службы. Мы с Финном просто решили восстановить справедливость. Хотела спросить, календари с кошками на кухне… Вы любите кошек?

– Да, очень.

– Почему тогда у вас ее нет?

– Ваш дедушка ненавидел их.

– А я люблю кошек! Что вы скажете, Финн?

– Я не против.

– Тогда заведите себе котенка хоть сейчас, если хотите, – сказала Джоу, просияв улыбкой. – И не покупайте коттедж, если там будет запрещено держать животных.

«Это не женщина, а золото», – подумал Финн.

– Действуйте, – продолжила Джоу. – Но довольно разговоров. Этот чудный пирог требует моего полного внимания.

* * *

Они закончили есть пирог в молчании. Потом выпили кофе с яблочной тарталеткой. Миссис О’Рейли убрала со стола. Дольше тянуть было нельзя.

– Полагаю, нам пора начать, – выдавил из себя Финн.

– Начать что?

– Сортировку.

– И что нам нужно сортировать? – Джоу обвела взглядом роскошную столовую с парадным убранством, картинами, антикварными столиками и напольными вазами. – Думаю, что много вещей можно было бы передать в музеи. Может, вы хотите себе что-то оставить. Мне ничего не нужно.

– Но это же ваше наследство.

– Вещи не есть наследство. Я сфотографирую гобелены, – уступила она. – Некоторые из них достаточно старинные и достойны быть выставленными в музее.

– Покажите мне. – И они направились в зал баронетов. С гобеленов на них смотрела история их рода.

– Жаль разбивать коллекцию, – наконец сказал Финн.

– Все равно что разделять семью, – пожала плечами Джоу. – Люди постоянно так поступают. Если вам коллекция не нужна, продавайте.

– Вам правда безразлично?

– Если бы это была моя семья, но Конейлы меня не приняли и все сделали для того, чтобы у меня вообще не было семьи. Странно было бы ожидать от меня почтения.

– Вам действительно ничего не нужно, кроме денег?

– Много лет назад я очень хотела обрести семью, – сказала она, стоя рядом с ним под портретами их общих предков. – Но сейчас… слишком поздно. Мне кажется, что я и деньги не должна брать. Я не принадлежу этой семье.

– Ну-ну, мы же хоть и дальние, но родственники. – Он мягко приобнял ее за талию. Этот дружеский жест привел Джоу в полную растерянность. Она постаралась унять дрожь и стоять спокойно. – Вам же нужно иметь прошлое, а ваше будущее точно изображено на одном из этих гобеленов. Просто мы пока не рассмотрели его, – продолжил Финн, не снимая руки с ее талии.

– Моего будущего здесь нет, – резко сказала она и отошла в сторону. Для братского объятия достаточно.

– Я нетерпелива и не могу позировать для портрета.

– Очень жаль. – И что-то в его интонации показалось ей странным. – Вы более достойны портрета, чем все предки, вместе взятые.

– Вы мне льстите.

Он пожал плечами и улыбнулся. От его улыбки она растаяла, и ей захотелось, чтобы он снова ее обнял. Нестерпимо захотелось.

– Я всегда говорю то, что думаю, – сказал он. – Вы удивительная женщина.

– Пожалуйста, н…не надо, – заикаясь, попросила она. От его объятия у нее голова пошла кругом. – Нам пора приняться за работу. Начнем прямо сейчас.

«А потом ты уедешь», – приказала она себе. Ее чувства начинали ее пугать.

Размеры замка и его история, антикварная мебель, коллекция старинной одежды, гобелены, картины – все это буквально завораживало. Потребуется не одна неделя, чтобы оценить масштабы свалившегося на них богатства. А еще винный погреб и подвалы. Наверху жилые комнаты, каждая размером с большую квартиру, обставленные старинной мебелью, покрытой чехлами от пыли. Этажом выше располагались спальни, затем помещения для прислуги.