Изменить судьбу - Юлия Богатырёва

Адам

Едва открыв глаза, я наткнулся взглядом на Олино обнаженное плечо, и глупая счастливая улыбка тут же посетила мое лицо, прочно там обосновавшись. Воспоминания о прошедшей ночи всплыли в моей голове, вызвав нестерпимое желание повторить все волшебство еще разок. Да уж… Ради такого выплеска чувств, что случился этой ночью между нами, стоило подождать столько времени. Я никогда еще так не выкладывался, но и в тоже время и не испытывал такого удовлетворения от интимной близости, как прошлой ночью.

Прижав свою любимую девушку к себе покрепче, я поцеловал ее в голое плечо, а потом в губы. Олины ресницы затрепетали, и на губах появилась сонная улыбка. Потянувшись всем своим стройным телом, она нежно поцеловала меня в ответ и промурлыкала:

— Как хорошо… Так тепло…

— Доброе утро. Как спала, золотая моя? — улыбнулся я.

— Лучше всех — умиротворенно выдохнула девушка — А ты?

Я уже открыл рот, чтобы ответить, но тут в дверь внезапно постучали и мамин голос известил:

— Сынок, ты спишь? Тебя к телефону. Я тебе трубку принесла. Можно войти?

Олины глаза испуганно распахнулись, и она с ужасом уставилась на дверь.

— Быстрее, прячься под одеяло — шепнул я ей, и едва ее головка, обрамленная длинными золотыми волосами скрылась из моего поля зрения, ответил уже во весь голос — Входи, мам.

Мама вошла в комнату, и я поднялся с постели, чтобы взять у нее телефон и не привлекать ее внимания к странным неровностям и буграм на моем спальном месте.

— Это Тимур. У него что-то важное — пояснила мама — Он сначала хотел поговорить с Олей. Но твоя подруга не отвечает на стук в дверь, наверное, еще не проснулась. Поэтому он попросил отдать трубку тебе.

— Спасибо, мам. Я разберусь — поблагодарил я ее, ожидая, когда она покинет мою комнату. Как только она ушла, я освободил Олю из-под плена одеяла, одновременно приставив трубку к уху:

— Да, Тимур. Что случилось?

— Адам, Маринэ хочет с вами поговорить. Где Оля? — послышался в трубке серьезный голос Ибрагимова.

— Не беспокойся, она со мной — ответил я, наблюдая, как девушка прислушивается к нашему разговору.

— Хорошо. Даю трубку Маринэ — отозвался друг и через секунду я услышал ее взволнованный голос:

— Адам, у меня к вам с Олей просьба. Вы не могли бы сегодня еще раз ко мне приехать? Нам надо поговорить, но не по телефону.

— Маринэ, что у тебя случилось? — нахмурился я — Зачем нам снова к тебе ехать? Ты же вчера ясно дала нам понять, что не желаешь нас больше видеть в своем доме.

— Это не телефонный разговор. Я бы хотела поговорить с вами с глазу на глаз — напряженным голосом ответила невеста (или правильнее будет сказать бывшая невеста?), и я увидел, как Ольга усиленно закивала и шепнула мне одними губами «соглашайся!»

— Ну хорошо, мы приедем. Жди нас часа через два — два с половиной — сдался я, распрощавшись с надеждой провести тихое приятное утро в постели с любимой девушкой.

На том конце провода прозвучал облегченный вздох:

— Спасибо. Мы с Тимуром вас ждем. До встречи — и она повесила трубку.

Делать нечего, пришлось нам с подругой в срочном порядке выбираться из постели, одеваться, завтракать и выдвигаться по привычному маршруту в сторону дома Шагировых.

Ольга

Мое пробуждение было просто сказочным: что может быть лучше, когда любимый человек будит тебя поцелуем и желает доброго утра? Давно я не чувствовала себя так уютно и комфортно. Но потом в комнату постучала Елена Максимовна, и у меня сердце ушло в пятки: «попались!»… К счастью, женщина не стала приглядываться к постели, а больше обращала внимание на своего сына, так что — какое облегчение! — меня не заметила.

Оказалось, что за столь ранний визит адамовой матери мы должны благодарить Тимура и Маринэ, пожелавших срочно нам что-то сообщить. У меня не возникло сомнений, что нам стоит поехать: Маринэ не стала бы с нами разговаривать без крайней необходимости. И вот, спустя почти три часа, мы с Адамом вошли в ее комнату. Мне сразу бросилось в глаза, как бережно и аккуратно Тимур держал в своих руках ладонь пострадавшей девушки, и она совсем не порывалась ее оттуда извлекать. «Так-так» — подумалось мне — «Похоже, у них все налаживается». Меня посетило чувство удовлетворения: ну, хоть в чем-то я не ошиблась.

— Здравствуй, Маринэ. Вот мы и приехали — поздоровался за нас Адам — И внимательно тебя слушаем.

Девушка неуверенно взглянула на Ибрагимова, и тот подбодрил ее кивком. Тогда она по очереди посмотрела на нас с Адамом и, робко улыбнувшись, проговорила:

— Слушайте, ребята, вы уж простите меня за мое вчерашнее поведение. Я ужасно разозлилась на вас обоих и, согласитесь, меня можно понять… Но потом, когда вы ушли, Тимур объяснил мне кое-что, и теперь я больше на вас не сержусь. Если вы все еще хотите помириться, то, думаю, самое время сделать это сейчас… — Маринэ посмотрела прямо мне в глаза, и я увидела в них сожаление о вчерашнем и просьбу о прощении. Успев смириться с потерей этой дружбы, я настолько не ожидала услышать подобное, что впала в легкий ступор, и только как следует вглядевшись в карие глаза, поняла, что девушка не шутит. Меня затопила волна радости, так что счастливая улыбка расползлась у меня от уха до уха:

— Конечно, мы хотим помириться! — я подошла, обняла свою подругу, и та облегченно и радостно обняла меня в ответ — Ты себе представить не можешь, как я рада, что ты передумала… Кстати, что заставило тебя передумать? Тимур, что ты ей сказал? — я вопросительно взглянула на друга. Тот пожал плечами:

— Ну, я просто сыграл с ней в ту игру, которой ты меня научила. Помнишь? Нет? Ту самую, где нужно представить себя на месте другого. Еще я описал ей, как вы выглядели, когда пытались не встречаться друг с другом. И, Оль, ты уж извини, но я все-таки рассказал ей про воскрешение. На мой взгляд, ужасная глупость, что мы скрываем от нее информацию, которая может помочь ей осознать насколько у вас все серьезно. И про дельфинов я тоже рассказал. Да и вообще мне пришлось много чего рассказать, чтобы она поняла, что нас троих связывает между собой.

— Вот именно! — вмешалась Маринэ — Оль, твоя скрытность не идет тебе на пользу. Если бы ты вчера на примерах мне показала, насколько тесно вы между собой связаны, а не говорила общими фразами, то, может быть, я поняла бы все гораздо быстрее. Так что скажи спасибо Тимуру. Без него мы бы вряд ли помирились — девушка послала благосклонную улыбку в сторону вышеозначенного парня.

— Да уж, спасибо тебе, Тимур — усмехнулась я и переглянулась с Адамом — в кои-то веки и твоя болтливость сослужила нам хорошую службу.

Мы все вместе засмеялись, и этот смех объединил нас невидимыми узами близости и привязанности. Но когда он стих, Тимур серьезно посмотрел на нас: