Согласна на все - Майя Блейк

– Другого способа загладить мою вину нет? – остановила его Жасмин.

– Нет.

Рейес прочитал в ее глазах вызов, и его кровь забурлила, словно в предвкушении битвы, что было удивительно и нелепо. Ведь все, что ему нужно, – заставить ее заплатить за свои деяния.

– Ты летишь со мной.

– Иначе ты сообщишь властям? Бросишь меня в тюрьму? Возможно, это даже лучше, чем…

– Чем знакомство с моими представлениями о справедливости? Думаю, это первое разумное решение, которое ты приняла с момента нашего знакомства. Но, серьезно, хочешь ли ты снова оказаться запертой в цокольном этаже? Ты не выдержала там и полдня. Кстати, тюрьмы в Санта-Сиерре хорошие. Да и солнце в камере тебе будет обеспечено круглогодично, так что сможешь загореть за время пожизненного заключения.

Страх сковал ей сердце.

– Вот куда мы… куда ты собираешься…

– В конечном итоге да. У тебя есть время до утра, чтобы решить. Если откажешься ехать, я оставлю тебя на милость посла.

Жасмин побледнела сильнее:

– Я страдала еще и не так. Но в этом нет необходимости.

Определенно это была не первая угроза наказания, которую слышала Жасмин Николс. Рейес с любопытством изучал ее. Скольких мужчин она соблазнила, а затем обокрала? Сколько несчастных прельстилось ее восхитительным телом, утонуло в ее глазах?

В нем вспыхнул гнев.

– Твои родные… – доверительно начал он. – Они знают, что ты воровка?

Жасмин стала бледнее некуда, ее полные губы сжались.

Рейес ощутил удовлетворение.

– Согласятся ли они все потерять, чтобы возместить ущерб, нанесенный жителям моей страны?

– Это не имеет никакого отношения к моей семье.

– Ошибаешься, Жасмин. Ты подвела моих людей, мою семью. Так что будет справедливо, если и твоя семья заплатит за это.

– Нет! Пожалуйста…

– Ты предпочитаешь, чтобы я не вмешивал во все это твоих родных?

Губы Жасмин нервно задергались. Она молчала несколько долгих секунд, а затем вздохнула, признав поражение:

– Да, я хотела бы, чтобы ты не трогал их.

Рейес медленно улыбнулся:

– Что это значит?

– Это значит… Да… Я поеду с тобой, куда бы ты ни захотел.

Рейес повернулся и ушел. Жасмин попыталась разобраться в хаосе мыслей, но не смогла. Оставалось надеяться, что она приняла верное решение.

Закат окрасил холмы в оранжевые и красные тона. Машина катила по холмистым дорогам к гасиенде Рейеса. Жасмин давно оставила попытки запомнить, где они проезжают. Ей было известно только, что они находятся где-то в северной Испании.

Давно остались позади туристические маршруты и песчаные пляжи Барселоны. Здесь домов было немного, и они располагались на значительном расстоянии друг от друга. Изредка за окном мелькали деревушки.

Рейес сидел рядом с Жасмин, но с таким же успехом он мог находиться в тысячах миль от нее. Его глаза скрывали дизайнерские солнцезащитные очки, а телефон постоянно был прижат к уху.

Стараясь не глазеть на Рейеса, она тем не менее заметила следы усталости на его лице. Однако он производил впечатление человека, владевшего ситуацией.

Почувствовав ее взгляд, Рейес повернулся к ней.

– Куда именно мы направляемся? – спросила Жасмин.

– В мое поместье под Сарагосой, – помедлив, ответил он.

– И… и как долго мы там пробудем?

– Сколько потребуется. Если ты вынашиваешь планы побега, лучше откажись от них.

Жасмин сжала кулаки:

– Моя семья будет волноваться, если я не сообщу им, сколько буду отсутствовать.

Ее мать очень удивилась, когда она позвонила и сказала, что уезжает на неопределенное время. Убедить Стивена было еще сложнее. Жасмин избегала встреч с ним после возвращения из Рио, но отчим подозревал, что она имеет какое-то отношение к тому, что с ним произошло.

– Стараешься поддерживать образ примерной дочери? – презрительно поинтересовался Рейес. – Похоже, все эти годы тебе удавалось водить их за нос.

Жасмин сдержала резкий ответ. Именно из-за ее прошлого мать тревожилась, когда связь с ней прерывалась.

Рейес сдернул очки и ухватил ее за подбородок. Она оказалась в плену его испытующего взгляда.

– Ты собираешься отвечать или продолжишь притворяться глухой?

– Мне нечего сказать.

– Твой отец, Стивен Николс, работает на британское правительство, верно?

От взгляда Рейеса веяло арктическим холодом, и ее кровь грозила превратиться в лед.

– Стивен мой отчим. Но… но что из этого? – Инстинкт подсказывал, что ей вряд ли понравится этот разговор.

– А твоя мать… Чем она занимается?

Жасмин облизнула губы, прикидывая, как бы избежать ответа, но в конечном итоге решила, что утаивание информации ни к чему не приведет.

– Она его личная помощница.

– Значит, они оба добропорядочные граждане?

Ее пульс участился при виде изящной арки, которую образовала его приподнятая бровь. А когда она взглянула в его по-прежнему холодные глаза, пульс забился еще быстрее.

Но в глубине души Жасмин понимала, что его вопросы далеко не безобидны. Она постаралась скрыть тревогу.

– Если тебе есть что сказать, пожалуйста, говори прямо, – предложила она.

– Как вышло, что ты пошла по кривой дорожке?

Жасмин вздрогнула:

– Прошу прощения?

Его зубы блеснули, на губах появилось подобие улыбки, от которой ее окатило волной ужаса.

– Пытаюсь тебя понять, дорогая. Как женщина из вроде бы благополучной семьи, с хорошим воспитанием, стала воровкой?

– Ты ничего обо мне не знаешь. Мы провели вместе всего несколько часов. Ты вынес мне приговор, исходя из того, что я совершила, но все это далеко от реальности.

– Ты была орудием, призванным уничтожить мою страну, – прорычал он. – Все указывает на то, что ты работаешь на Мендеса.

Она вскинула голову:

– Нет! Ты не прав. Я с ним даже не встречалась.

– В самом деле? Ведь ты работаешь в посреднической фирме. – Она озадаченно кивнула. – И последние три года ты контактировала с компаниями Латинской Америки?