Ангел-хранитель - Николас Спаркс

В субботу вечером во время ужина Ричард не сводил с Джулии глаз и еле заметно улыбался.

— Чему вы улыбаетесь? — спросила Джулия.

Вопрос вывел Ричарда из состояния задумчивости, и на его лице на какую-то долю секунды появилось чуть глуповатое выражение.

— Простите. Просто на мгновение задумался о своем.

— Неужели вам со мной так скучно?

— Вовсе нет. Я очень рад, что мы смогли встретиться. Я уже говорил, что сегодня вы очаровательно выглядите?

— Раз десять.

— Вам надоело? Больше не повторять?

— Нет уж, повторяйте. Мне очень нравится жизнь на пьедестале почета.

— Постараюсь сделать все, чтобы вы всегда оставались на нем, — рассмеялся Ричард.

Они сидели в «Пагини», уютном ресторане в Морхед-Сити, где восхитительно пахло специями и растопленным маслом. Официанты были в черно-белой униформе. А ужин часто готовили рядом со столиками, прямо на глазах у посетителей. В стоявшем поодаль ведерке со льдом охлаждалась бутылка шардонне. Официант налил в бокалы вино, и в нежном свете зала они мерцали золотом.

Ричард встретил Джулию у входа. Белый льняной пиджак. Букет роз. Джулия уловила приятный запах дорогого одеколона.

– Расскажите, как прошла у вас неделя, — попросил он. — Что интересного было в вашей жизни за время моего отсутствия?

— Вы имеете в виду работу?

— Работу, личную жизнь. Я хочу знать все.

— Пожалуй, этот вопрос следовало бы задать вам.

— Почему?

— Потому что, — ответила Джулия, — в моей жизни нет ничего интересного. Я работаю в парикмахерском салоне в маленьком южном городке, надеюсь, вы не забыли? Кроме того, мне только что пришло в голову, что я ничего о вас не знаю.

— Я ничего от вас не скрывал.

— Вы совсем мало рассказали о себе. Я даже толком не поняла, чем вы занимаетесь и где работаете.

— Я вам сказал, что я консультант. Разве нет?

— Да, сказали, но не особенно вдавались в детали.

— Это потому, что работа у меня довольно скучная.

Джулия подняла бровь.

— Ну хорошо… чем я занимаюсь… — Он сделал паузу. — Что ж, будем считать, что я тот, кто работает, так сказать, незримо, за кулисами и делает все, чтобы очередной мост не рухнул.

— Что же тут скучного?

— Это всего лишь иносказание, которое я употребляю вместо того, чтобы признаться, что весь день работаю с цифрами. По правде говоря, я тот, кого обычно называют ученым сухарем.

— А что у вас была за деловая встреча?

— Какая встреча?

— Ну, та, в Кливленде.

— Ах… это, — покачал головой Ричард. — Новый проект, которым моя фирма будет заниматься во Флориде. Необходимо проделать массу предварительных расчетов — определить строительные и транспортные расходы, рассчитать нагрузку на мост и все такое прочее. Во Флориде, конечно, есть свои спецы, но они часто прибегают к услугам консультантов вроде меня, чтобы подстраховаться. Вы и представить не можете, сколько бумажной работы приходится проделать, прежде чем приступить к реализации проекта.

Джулия внимательно посмотрела на Ричарда.

Его лицо в приглушенном свете казалось одновременно и по-мужски суровым, и слегка детским, мальчишеским. Ей вспомнились лица мужчин, которые зарабатывают себе на жизнь тем, что позируют для плакатов, рекламирующих сигареты. Джулия попыталась представить себе, каким Ричард мог быть в детстве.

— А чем вы занимаетесь в свободное время? У вас есть какое-нибудь любимое занятие?

— Особенно похвастать нечем. Времени, свободного от работы и попыток поддерживать нормальную физическую форму, почти не остается. Хотя когда-то я увлекался фотографией. Немного изучал ее в колледже и какое-то время подумывал о том, чтобы заниматься фотографией профессионально. Даже купил довольно серьезную аппаратуру. Впрочем, дело это хлопотное и не слишком прибыльное. Много расходов, да и не особенно мне хотелось все выходные бегать по свадьбам и всяким вечеринкам или фотографировать детей, которых родители приводят в фотоателье.

— И потому вы стали инженером.

Ричард кивнул.

Джулия потянулась за бокалом.

— Вы родом из Кливленда?

— Нет, в Кливленде я прожил всего около года. Я родился в Денвере и большую часть жизни провел именно там.

— А чем занимались ваши родители?

— Отец работал на химическом заводе, мама была обычной домохозяйкой. Во всяком случае, вначале. Готовка, стирка, уборка, телесериалы по вечерам и тому подобное. А после смерти отца ей пришлось устроиться на работу. Горничной. Платили очень мало, даже не знаю, как ей удавалось содержать нас обоих.

— Похоже, что она незаурядная женщина.

— Верно. Была.

— Была?

— С ней случился удар несколько лет назад. Ну, и… в общем, дела обстоят неважно. Она почти не осознает происходящего, а меня совсем не узнает. Она никого не узнает. Пришлось перевезти ее в Солт-Лейк-Сити, в клинику, которая специализируется на такого рода заболеваниях.