Волшебная иголка - Николь Бернем

Я редко пользуюсь ею, но если пыли будет много, то я просто отодвину занавеску и закрою дверь.

Джаред посмотрел на большие рулоны ткани, надетые на шпули. Большинство тканей были белого цвета, только разного оттенка. Но были там и ткани пастельных и насыщенных цветов, наверняка для платьев подружек невесты. У стены стоял большой черный стеллаж, рядом висели полки, на которых стояли финансовые книги. Большой рабочий стол и две швейные машинки занимали центр. У дальней стены стоял большой шкаф без дверцы со множеством полок. Везде было чисто, и все лежало на своих местах, как он и ожидал.

Комната прекрасно отражала характер Кэти. Любой мог бы начать работать здесь и за секунду найти то, что нужно. Увидев эту комнату, ни одна невеста не сомневалась бы, что ее платье будет сшито к сроку. Человек, который так заботился о своем рабочем месте, не мог не сдержать своих обещаний.

— Ты очень аккуратно разложила здесь все, — прокомментировал Джаред. — Здесь гораздо лучше, чем я мог себе представить. Видно, что тебе нравится держать магазин.

— Да, действительно. — Она нагнулась, чтобы убрать шлейф одного платья с прохода. Не взглянув на Джареда, она спросила: — А как ты? Тебе нравится работать с братом?

Почему она отказалась от его приглашения пообедать? Может, она рассматривала его как работягу, у которого не было образования и, следовательно, не слишком подходящего кандидата для свидания? А может, он не так обходителен? Кори относилась к нему именно так.

— Стюарт — прекрасный человек.

Но если дела Джареда пойдут успешно, он не станет больше работать с братом. Он поднакопил вполне достаточно, чтобы открыть свой собственный магазин и заниматься тем, что любил, — сборкой и починкой мебели. Он также откладывал деньги с самого рождения Мэнди, чтобы послать ее учиться в колледж.

Он не хотел видеть в другой женщине черты Кори, даже если учитывать, что в то время Кори была лишь запутавшимся подростком.

Он собрался выйти в переднюю комнату, когда его взгляд упал на интересную вещицу.

— Это иголка твоей бабушки?

— Почему ты так думаешь?

— Она старая, очень старая. Чувствуется, что материал грубее. Я замечаю мелочи. Прости за нетактичный вопрос.

Возможно, нетактично стоять в ее рабочей комнате, так как это особенное место для нее. Кроме того, на этом месте их никто не мог видеть. Если бы кто-то пришел в магазин, а они вышли бы из задней комнаты, вошедший удивился бы.

— Это не нетактичный вопрос. Ты просто наблюдательный. — Кэти подошла к нему. — Ты прав. Это иголка моей бабушки.

— Это дорогая для тебя вещь?

— Да.

Она стояла всего в нескольких сантиметрах от него. Если бы он захотел, он мог бы обнять ее, как часто обнимал Мэнди. Он мог бы поправить прядь ее волос или поцеловать в макушку. Но с Мэнди это было бы поступком любящего отца. А Кэти вызывала в нем совсем другие эмоции. Чувства, поддавшись которым он мог поцеловать ее не только в макушку.

— Кажется, мы очень похожи, — сказала Кэти, искоса смотря на него. В уголках ее карих глаз играло отражение света из передней комнаты.

— Я никогда не ходил в колледж, как ты. И не жил нигде, кроме Бауэна, — признался он. Джаред повернулся, чтобы встретиться с ней взглядом. Они коснулись щекотливой темы, и он не был уверен, что стоит продолжать этот разговор. Именно она отказала ему, а не наоборот. — Мы не слишком похожи, наверное.

— Я не согласна. — Ее взгляд остановился на игольнице, потом вновь вернулся к нему. — И я думаю, что, может быть, была не права.

Что бы это значило?

— Ты имеешь в виду, что мы похожи?

— Нет. Я говорю о прошлой неделе.

Он сразу понял, что она говорит о «Селестино», но хотел услышать это от нее.

Если она сказала так, то что это значит? У него все сжалось внутри, когда он увидел, как румянец заливает ее щеки. Был ли он готов к этому? После всех лет неудавшихся знакомств, лет, когда интересы дочери он ставил на первое место, неужели он нашел нужного ему человека?

В этот момент ему больше всего на свете хотелось поцеловать Кэти Шмидт. И пошли к черту все прилавки и свадебные платья и все, что могла подумать Мэнди.

— Что — по поводу прошлой недели? — спросил он. Его горло сжималось от возбуждения, он еле выговаривал слова.

Она нагнула голову, заправила непослушный локон за ухо.

— Я была не права насчет «Селестино».