"Фабрика слез" - Вера и Марина Воробей

– А почему вы сказали, что хотите запуститься с нашей четверки? – решила внести ясность молчавшая до сих пор Клава. – В Интернете же написано, что в шоу будут принимать участие семь пар.

– Забудьте про все, что написано в Интернете, – посоветовал Федор Михайлович. – У нас шоу без правил. И если честно, мы еще сами не знаем, сколько пар будет отобрано в окончательном варианте. Новые участники будут приходить к вам в дом постепенно, по мере того как мы их будем утверждать. Возможно, в итоге мы ограничимся пятью парами, а может быть, семью, посмотрим. Но начнем с вас.

– Теперь о самом шоу и о его названии, – воспользовавшись паузой, взял слово Игорь. – Это необычный проект, в чем вы, наверное, уже успели убедиться, и три буквы, которые составляют его название, расшифровываются не только как «Жизнь замечательных ребят»… Аббревиатуру «ЖЗР» можно читать еще и вот как: «Ж» – жадность, «З» – зависть и, наконец, «Р» – ревность. Три наиболее распространенных человеческих порока. Открою вам секрет, на этом мы не собираемся останавливаться. Через полгода планируется запустить проект «ЛТП»: «Ложь, трусость, предательство», ну и так далее, все в таком же духе.

На лицах ребят появилось недоумение. Игорь сделал вид, что не заметил этого.

– Итак, – продолжал он как ни в чем не бывало. – Это шоу – провокация, шоу – проверка на вшивость, как угодно можете назвать. Поэтому вы должны быть готовы ко всему, к любым, самым невероятным заданиям. Правила по ходу дела будут меняться. Это тоже важно понять. Причем меняться они могут круто. Поэтому выражения типа «это не по правилам!», «мы так не договаривались!» можете сразу забыть… И еще: история, в которую вы намерены ввязаться, непростая история, возможно, вы выйдете из нее лютыми врагами, и к этому нужно быть готовыми. Но если вы этого не хотите, если вы боитесь разочароваться в своем друге, подруге, в любви и так далее, то еще не поздно отказаться, потому что мы намерены приложить максимум усилий, чтобы вызвать у вас именно эту реакцию – разочарование. Это мягко говоря. А если говорить откровенно, спровоцировать в вас такие чувства, о наличии которых некоторые из вас даже не подозревают.

Перед ребятами лежали отпечатанные на двадцати страницах экземпляры контракта. Вчера все четверо прошли медицинскую комиссию, специальный психологический тренинг и теперь должны были внимательно прочитать текст контракта, прежде чем поставить под ним свои подписи. Вернее, самостоятельно подписать контракт могли только двое – Роман и Николай, потому что им уже исполнилось восемнадцать лет. Каркуша же и Клава должны были отнести контракты родителям, чтобы те поставили под ними свои подписи. Клава уже решила поехать с этой целью к отцу, потому что тот уже несколько лет как перебрался в Москву.

– Итак, ваше решение? – произнес Игорь, дождавшись, пока все прочитают контракт. – Прошу по одному, в том порядке, в котором сидите. Пожалуйста, Роман. – И Игорь в упор посмотрел на Рому таким взглядом, какого раньше ни Каркуша, ни Клава у него не видели.

Это был взгляд уставшего от жизни человека, уже испытавшего все, что только можно было испытать, и в результате не получившего от жизни ничего, кроме нечеловеческой усталости.

– Я согласен, – проговорил Рома и быстро расписался на своем экземпляре контракта.

– Замечательно, – прокомментировал его действия Игорь и перевел взгляд на Николая.

– А у меня вопрос возник. – Николай пролистал несколько страниц и ткнул пальцем, указывая на один из пунктов контракта. – Вот тут написано, что участники шоу ни при каких обстоятельствах не должны терять человеческого лица... Мне не совсем понятно, что имеется в виду. Тем более из того, что вы вчера сказали, лично я понял, что усилия организаторов шоу именно на это и будут направлены – заставить всех нас потерять человеческое лицо.

– Ты правильно понял, – усмехнулся Игорь. – И все же вы не должны будете его терять. Мы рассчитываем… как бы это лучше сказать… – Он наморщил лоб. – Рассчитываем… вернее, горячо надеемся на ваше сопротивление.

– Понятно, – без особого энтузиазма протянул Николай и подписал контракт.

– Ну, наших милых дам я мучить не буду. А впрочем… – Он на секунду замолчал, потом как-то странно дернул головой и проговорил медленно и четко: – Хотите ли вы по-прежнему после всего, что услышали от меня, участвовать в шоу «ЖЗР»?

– Хотим, – в один голос ответили подруги.

– Что ж, – Игорь устало провел рукой по лбу, как бы подводя этим жестом черту под разговором. – Завтра в двенадцать жду вас с подписанными контрактами. А в пятницу в три часа запускаемся. До встречи.

– Котенок, ты меня извини за вчерашнее, ладно? – Они сидели в кафе недалеко от станции метро «Алексеевская», куда решили отправиться вчетвером, чтобы отметить победу на кастинге, поверить в которую никто из ребят еще был не в состоянии.

То, что с ними произошло, было похоже на сказку, на чудо, и будущие участники шоу «ЖЗР» ощущали себя героями какого-то фильма, а не обычными людьми, сидящими за пластиковыми столиками реального, ничем, надо сказать, не примечательного кафе.

Каркуша молча размешивала ложечкой кофе. Она совсем не обижалась на Рому и была счастлива от того, что невольно, пусть даже не желая того, помогла ему оказаться в числе участников шоу.

– А я не сержусь. С чего ты взял? – Каркуша наконец подняла глаза на Рому.

– Не, ну я так конкретно наехал на тебя… Но просто все так неожиданно произошло…

– Я понимаю, – улыбнулась Каркуша и предложила: – Давай забудем?

– О чем? – Клава с силой стукнула ложечкой по пластиковой поверхности стола. – О чем ты предлагаешь забыть? О том, что, если бы не ты, этих двоих и духу не было бы на шоу? Или о том, что он, – Клава злобно сверкнула глазами в сторону Ромы, – готов был тебя с дерьмом смешать при посторонних людях?

Каркуша знала, что Рома с первого взгляда не понравился Клаве, и все ее старания переубедить подругу вчера вечером не дали никакого результата.

– Послушайте, – осторожно начал Николай, он вообще по большей части молчал, отчего, возможно, и производил впечатление скромного, а главное, спокойного человека. – Мы еще не попали туда, а уже собачимся… Представляете, в кого мы превратимся через два дня, если все, чем грозил нам этот блондин, окажется правдой? Вам не кажется, что мы уже начали терять свои лица, в смысле, человеческие?

– Коля прав, – сказала Каркуша. – И потом, я в самом деле не обижаюсь на Рому, потому что все понимаю…

– Спасибо, котенок, – тихим, проникновенным голосом произнес Рома и с такой нежностью посмотрел на Каркушу, что у той на миг перехватило дыхание.

– Ах ты боже мой! – Клава чуть не поперхнулась кофе. – «Спасибо, котенок!» – передразнила она Рому и, презрительно фыркнув, уставилась на стеклянную дверь.

– Клав! – Катя умоляюще сложила на груди руки. – Перестань!

– Да противно! Это же сплошное лицемерие! – и не думала успокаиваться Клава. – Не понимаю, как ты этого можешь не замечать!