Герой моего романа - Элизабет Бойл

— А мисс Тейт? — спросил Рейф из чисто профессионального любопытства. Она подшутила над ним, а он этого не любит. К тому же он подозревал, что она как-то связана с написанием пресловутых романов. Не забыл он и ее взгляда, который она бросила через плечо с точностью французского снайпера. О, это не просто старая дева с даром мрачного юмора! — Кто она?

— Племянница полковника, — пояснила леди Финч. — По линии его покойной жены. Мисс Тейт и ее брат Ричард жили в Брамли-Холлоу, когда были детьми. Ее отец вообразил себя охотником за сокровищами без всяких на то оснований. Более того, гоняясь за сокровищами, он довел своих близких до нищеты и вместе с семьей отправился в Индию. Сам он и миссис Тейт умерли во время путешествия. Полковник и его жена забрали детей к себе, когда те прибыли в Калькутту.

Джемми подался вперед.

— Сомневаюсь, что Беке — автор романов. Полковник психически болен. У них сменилась чуть ли не дюжина экономок, Ребекка тратит уйму времени и сил, умиротворяя соседей, потому что полковник целыми днями стреляет в кур. У девушки нет свободной минуты.

— В то же время полковник — удивительный человек, когда приходит в себя, — вступил в разговор лорд Финч. — Великолепный шахматист. И беззаветно предан Беке. А как образован! Постоянно просит курьера Эвелины привезти ему какой-нибудь персидский трактат или немыслимый перевод.

«Вот почему в ее корзинке лежал том Саттона», — подумал Рейф, однако это не рассеяло его подозрений.

— А ее брат Ричард? Где он?

Все переглянулись. Наступило молчание. Его нарушила леди Финч:

— Погиб, сражаясь на Пиренейском полуострове. Это разбило сердце полковника, поскольку тот считал Ричарда своим сыном. — Она вздохнула. — Ричард был очень славным мальчишкой. Он навещал нас после отъезда Джемми в Испанию, пока не оформил свой собственный отъезд.

— Если кто и заслуживает твоей опеки, мама, — сказал Джемми, — так это Ребекка. — Он повернулся к Рейфу. — Немного старовата для брачного рынка, но чем-то привлекает парней, они сами не замечают, как влюбляются в нее.

«Тот, кто влюбится в такую ведьму, должен сразу зарезервировать себе место в Бедламе рядом с ее дядюшкой», — подумал Рейф.

Однако воспоминание о ее сверкающих глазах и пухлых губках почему-то разволновало его. Он постарался объяснить себе это тем, что она взяла верх над ним. По крайней мере на некоторое время.

— Когда вы могли бы устроить такой обед? — спросил Рейф.

Леди Финч улыбнулась:

— Можно завтра, пока мы еще не одумались. Джемми застонал.

— Допустим, ты найдешь автора романов, что тогда?

— Попытаюсь уговорить его прекратить их публикацию, — объяснил Рейф.

— Жаль, — сказал Джемми. — Мне будет не хватать этих книг.

После обеда леди Финч предложила Рейфу и Кокрейну остановиться у нее в доме и, прежде чем Рейф успел отказаться, велела приготовить комнаты и заказать повару любимые блюда Кокрейна на завтрак.

Когда Джемми собрался возвратиться в дом привратника, Рейф вышел вместе с ним прогуляться. При мысли о том, что он находится в одном доме с женщиной, известной своим умением устраивать браки и разводить сплетни, ему стало не по себе, и он предпочел ускользнуть под предлогом того, что хочет послушать рассказы о войне.

Хотя, как подозревал Рейф, Джемми меньше всего хотелось беседовать о войне.

— Надеюсь, ты понимаешь, что разбудил дракона, — сказал ему Джемми, погрузив трость в гравий дорожки. — Она не успокоится до тех пор, пока ты не разыщешь этого беднягу автора. Будет приставать к тебе и пилить тебя, пока… пока…

— Пока я не перееду в дом привратника? — предположил Рейф.

Джемми кивнул:

— Возможно. — Он улыбнулся, ковыляя в сторону своей уединенной резиденции.

— Она переживает за тебя, — сказал Рейф после паузы.

— Я знаю.

Черт возьми, Рейф никогда не задумывался о том, какие страшные раны получил Джемми и что именно по этой причине он сторонится людей. И Рейф в глубине души чувствовал свою вину. Ведь он ни разу не поинтересовался самочувствием Джемми, будучи погруженным в собственные заботы.

— Я тоже за тебя переживаю.

— Спасибо, но я не нуждаюсь в сочувствии. Рейф остановился.

— Нет, нуждаешься. Джемми, ты не можешь скрывать от самого себя то, что с тобой произошло. Ты, слава Богу, остался жив. А многие не вернулись домой. Ты должен жить, если не ради себя, то ради тех несчастных.

Рейф вдруг осознал, что завидует Джемми. И вероятно, всегда завидовал. Наследник титула барона, состоятельный, уважаемый в обществе.

— Приезжай в Лондон, — сказал Рейф беспечным тоном. — Там ты сделаешь покупки. Ты не можешь все время прятаться.

Джемми упрямо сжал челюсти — эту привычку он, по всей видимости, унаследовал от матери.

— Могу. И черт побери, буду.

Прихрамывая, он поднялся по ступенькам и закрыл за собой дверь. Через несколько секунд внутри дома зажглась одинокая свеча, которая медленно догорала, пока весь дом снова не погрузился в темноту.

И Рейф понял, что небольшую услугу — помочь ее сыну, — о которой леди Финч его попросила, выполнить будет гораздо труднее, чем он полагал.