Остров сбывшейся мечты - Кэтрин Манн

– Я видела, как ты справляешься с детскими подгузниками. Это впечатляет, даже немного пугает. – Она очаровательно сморщила нос.

– Не могу не согласиться. Совершенно жуткое занятие.

– Мне хочется, чтобы между нами не было недоговоренностей. Хочу, чтобы было ясно, что наша помолвка и тот поцелуй… в котором, несомненно, была головокружительная химия… что все это вовсе не значит, что мы будем спать вместе.

– Не могу сказать, что я не разочарован. Но в то же время ведь я сам утверждал, что это будет брак по расчету. Когда мы займемся сексом – будет зависеть от твоего решения.

– Если, – сказала она. – Если у нас вообще будет секс.

– Когда. – Его рука вновь коснулась ее щеки. Морин прильнула к его ладони и, взмахнув ресницами, закрыла глаза.

Он приблизился к ее лицу и, уже почти коснувшись губами ее губ, ощутил вдруг, как ее вздох, казалось, трепетной дрожью передался ему самому.

– Пора выбрать кольцо.

Он подал ей руку, и они пошли вдоль рядов, сияющих бриллиантами. Он наблюдал за выражением ее лица. Ее взгляд, казалось, задержался на кольце с бриллиантом грушевидной формы. Он уловил ее замешательство. Но она прошла мимо этого кольца и указала на другое, с маленьким круглым бриллиантом, традиционное, простое. Самое скромное из всех, что были представлены.

– Вот это очень красивое, – с улыбкой сказала она. На долю секунды она бросила взгляд на соседний футляр, в котором сверкало кольцо с грушевидным камнем.

– Все для тебя, любовь моя. – Он подозвал жестом служащего ювелирного салона. – Мы возьмем вот это, с грушевидным камнем, из ячейки номер три. То, что в центре.

Лицо Морин вспыхнуло румянцем, когда служащий подал Ксандеру кольцо.

Он опустился на одно колено, надел кольцо на ее тоненький палец и прильнул губами к ее пальцу, затем поцеловал ладонь, потом запястье. Поднявшись, он нежно поцеловал ее в щеку.

Глаза Морин были полны нежности.

В этот момент позвонил его брат. Ксандер вынул из кармана телефон, надеясь, что с Роуз все хорошо.

– Истон? Роуз в порядке?

Морин тотчас побледнела, и Ксандер включил громкую связь.

Истон продолжал:

– Да, с ней все хорошо. Однако непогода перерастает в тропический шторм, судя по прогнозу, очень сильный. Вам нужно срочно вылететь, пока еще относительно безопасно, если вы планируете вернуться домой, а я полагаю, вы планируете. Нам действительно нужна помощь твоя и Морин, чтобы закрыть клинику, а также справляться с возможными последствиями бури по всему заповеднику.

Черт возьми. Подобный циклон был способен посеять хаос и нанести серьезный урон в условиях дикой природы, и Морин это отлично понимала, а потому в ту же секунду потянулась за сумочкой.

Ксандер протянул ей руку, в то же время заканчивая разговор с братом.

– Мы вылетаем сейчас же.

Во время обратного полета Морин размышляла над тем, что должна испытывать чувство благодарности судьбе за то, что она послала шторм, помешавший ей и Ксандеру отдаться страсти, которая так внезапно их охватила.

Когда они вернулись в дом, тещи и тестя Ксандера уже не было. Истон сказал, что свой отъезд они объяснили плохой погодой, но были очень расстроены помолвкой бывшего зятя и Морин. Нельзя сказать, что она могла винить их за это.

Впрочем, Морин торопилась скорее попасть в офис. Она быстро переоделась, сменив вечернее платье на брюки и рубашку, и собрала волосы в тугой хвост.

Рэнди издавал резкие, похожие на карканье, крики, сидя на своей жердочке, и вдруг испуганно взъерошил перья, когда раздался очередной, в этот раз оглушительный раскат грома. Уже надевая на ходу непромокаемый плащ-дождевик, Морин на минуту остановилась в дверях и тихим, ласковым голосом попыталась успокоить птицу.

На некоторые из клеток, которые могли находиться вне помещений под глубоким выступом крыши одного из зданий, Ксандер и Истон уже натягивали брезентовые накидки, оставляя снизу достаточно пространства, чтобы внутрь продолжал поступать свежий воздух. Это было безопасно, так как брезент выдерживал и более суровую непогоду.

Втроем они, молча, продвигались по двору к главному укрытию для животных.

Ветер нещадно набрасывался на них, дождь хлестал в лицо.

Действуя почти автоматически, Морин старалась защитить животных. Тихо и ласково говорила с ними, стараясь успокоить.

Когда она закрывала ставни в корпусе для птиц, внезапно ощутила холодный металл кольца, напомнившего о помолвке.

Это кольцо в ней вдруг что-то пробудило, зажгло вновь. Было удивительно и необъяснимо чувствовать, что она скована новыми обещаниями. Что ж, по крайней мере, она знала четкие границы действия этого кольца.

Пока вокруг взволнованно бились и хлопали крылья, а вновь прибывшие сюда питомцы пронзительно и жалобно кричали, Морин проверяла, достаточно ли у птиц корма и воды, чтобы пережить самый пик бури.

Сквозь проливной дождь она слышала, как Истон пытается уговорить кого-то из больших кошек войти в закрытую часть места их обитания, но Шикра ни за что не соглашалась. Большинство кошек ненавидят дождь, но эта пума предпочитала во время шторма сидеть на дереве. Ксандер запер на засов дверь в убежище для койотов, а Морин тем временем затащила часть корма для коз под крышу. Как только животные из клиники и наружных вольеров оказались в безопасности, троица бросилась назад к дому, в штормовое укрытие; дождь подгонял их хлесткими струями воды.

Уже насквозь мокрые, они пробирались к укрытию в самом центре основного здания, стоящего на сваях и надежно защищенного от приливов и сильного ветра. Они бежали, а вода уже текла за ними настоящими потоками.

Истон бросил Морин и Ксандеру полотенца.

Морин осмотрела штормовое укрытие. Роуз спокойно лежала на коленях у Элеоноры. Она заснула легко и быстро, и ее няня дремала, чуть покачиваясь в большом уютном кресле-качалке. Глядя на девочку, Морин почти забыла о шторме, бушевавшем на улице. Малышка просто излучала спокойствие.

В хорошо и продуманно оборудованной комнате имелись несколько диванов, электрогенератор и холодильник, полный напитков. Стеллажи, расположенные вдоль задней стены, были уставлены запасами продуктов. Все это было напоминанием о том, что во Флориде, помимо диких хищников, угрозу жизни могла представлять и погода.

Едва волоча ноги, Истон прошел мимо Морин к Порше. Она сидела за столом, в волосах торчал карандаш, а перед ней были разбросаны бумаги. Они стали тихо переговариваться.

Ксандер сидел на мягком диване, обтянутом материей в бело-голубую полоску, и, посмотрев на Морин, жестом пригласил ее присоединиться к нему.

И снова оглушительный грохот прокатился где-то над ними. За ним, казалось, последовал негромкий звук, похожий на свист. Разрушение. Это был звук разрушения.