Невеста была в красном - Люси Гордон

Следующее утро Оливия начала с беседы с Норой. Та улыбалась и махала ей в камеру.

— Так что ты решила насчет каникул? — спросила тетушка. — Ты отправляешься в круиз?

— Да. Через несколько дней.

— И?.. — поторопила ее Нора, безошибочно почувствовав, что Оливия чего-то недоговаривает.

— Я встретила одного безумца.

Оливия попыталась описать Ланга, все время ощущая, что слова, которые она выбирает, ошибочны. Да, он безумец, раз пошел на такой обман ради встречи с ней, но, кроме этого, она больше ничего не узнала о его характере.

— Он может меня рассмешить.

— Отличное качество, — похвалила тетушка.

— И он подарил мне эту игрушку. — Оливия показала ей Минг Жи.

— Когда вы снова встречаетесь?

— Сегодня вечером. Его родственники пригласили меня на ужин.

— Уже? Да он, оказывается, торопыга.

— Нет, дело не в этом. Один из его кузенов видел нас вместе и рассказал семье. Естественно, у них пробудилось любопытство. Он попросил меня прийти, чтобы они не изводили его вопросами.

— Он что, не может заткнуть им рот?

— Нет-нет. — Оливия подумала об исходящей от Ланга спокойной уверенности, о той почтительности, порой шутливой, которую он проявлял к ней. — Хотя иногда он притворяется хлюпиком, чтобы застать меня врасплох.

— И как часто ему это удается?

— Довольно часто, — призналась она.

— Тогда он действительно умен. Надеюсь как-нибудь с ним встретиться.

— Нора, пожалуйста! Ты слишком торопишь события. Мы с Лангом познакомились недавно, Я не хочу серьезных отношений. Мы наслаждаемся обществом друг друга, а затем я возвращаюсь к себе. К тому же…

— Только не начинай сначала: «К тому же я довольна своей жизнью и меня все устраивает». Не упускай случай.

— Ну ладно. Это я могу обещать, — поспешно согласилась Оливия, так как ей почудилась в голосе Норы какая-то грусть.

— Проводи с Лангом столько времени, сколько возможно. Судя по твоим словам, он славный молодой человек. Он привлекательный?

— Да.

— В самом деле?

— Как тебе сказать…

— Оцени по десятибалльной шкале.

— Семь. Ну ладно. Восемь.

— Похоже, он красавчик, — с воодушевлением констатировала Нора. — Тогда ты просто обязана пойти и купить какое-нибудь красивое платье. Чтобы сразить его наповал, поняла меня?

— Так точно, — покорно сказала Оливия, и они засмеялись.

Быстро позавтракав, Оливия отправилась по магазинам в поисках платья, собираясь приобрести наряд европейского покроя, что в Пекине не являлось проблемой. Но почти в первом же бутике взгляд ее упал на чеонгсам — традиционное платье, которое прекрасно смотрится на женщинах с хорошей фигурой. Стоячий воротник слегка закрывал шею, на груди был скромный вырез. Оно изумительно подчеркнуло бы тонкую талию, изящные бедра и высокие округлые груди, не оставляя сомнений в совершенстве ее тела.

Платье было сшито из шелка высочайшего качества и украшено богатой вышивкой. Высокая цена заставила Оливию ненадолго задуматься, но как только она примерила его и взглянула в зеркало, цена была позабыта. Когда девушка надела туфли с каблуками, высоту которых считала предельной для себя, эффект был просто потрясающий.

Что скажет Ланг, увидев ее? Может, он даже сделает ей комплимент?

Ланг не сказал ничего. Он появился ровно в шесть и помог Оливии сесть в машину, не проронив ни слова по поводу ее внешнего вида. Однако она заметила, что его взгляд упал на ее грудь и задержался на ней. Выражение лица мужчины говорило о многом.

Оливию охватило радостное возбуждение, когда она поняла, что Ланг везет ее в хутонги. Ее всегда влекли к себе старинные кварталы, окружавшие Запретный город в течение сотен лет. Они возводились там, где имелось достаточное количество воды, поэтому здесь всегда было оживленно и многолюдно. Лавки, торгующие мясом, выпечкой, рыбой и любой хозяйственной утварью, росли как грибы после дождя. Большой Пекин мог идти в ногу со временем, но здесь время словно бы остановилось.

Оливия иногда приходила на эти улицы за покупками, но сегодня она впервые увидит жизнь, кипящую не снаружи, а изнутри.

Хутонги представляли собой закрытые дворы, четырьмя стенами которых являлись одноэтажные здания. В каждом жила большая семья. Соседями, как правило, являлись родственники.

Пока они ехали, Ланг рассказал о своей китайской родне:

— Северный дом принадлежит дедушке Тао. Вокруг него устроилась вся семья. Мейуи приходилась ему младшей сестрой. Дедушка утверждает, что я напоминаю ему о ней, хотя ничуть на нее не похож. Вместе с ним живет дядя Джинг с женой и четверыми детьми. Во втором доме живут дядя Хаи, его жена и двое младших детей. В доме напротив — два их старших сына с женами. В южном доме живет Вей. Он тоже является сыном Джинга и собирается жениться.