Чисто русское преступление - Алина Кускова

– Действует маньяк, – предположил Туровский, – озабоченный уничтожением культурных ценностей. Или... А в губернский город случайно не заезжал поэт Горемыкин?!

– Горемыкин? – озадачился Шашкин. – Вознесенского знаю, Пушкина, Лермонтова... Хорошо у него-то как: «Ты жива еще, моя старушка». Нет, Горемыкина не знаю, может, куда и заезжал.

– Это Есенин, – автоматически поправил Туровский.

– Есенина знаю, – вздохнул Шашкин. – Но мы отвлеклись от темы. Сперли, то есть, я хотел сказать, был похищен ценный документ – рукописная «Губернская родословная книга». Писали там всякую хрень, то есть, я хотел сказать, содержание похоже на наше «Житие городища». Губернатор, – майор побледнел при этом, – в ярости. В этой книге сам его предок писал потомкам! Если, сказал, канальи, то есть товарищи, не найдете преступника до начала отпускного сезона, то полетят ваши звезды.

И Шашкин бережно и нежно погладил свой погон.

– Да, – согласился с ним Туровский, – думаю, преступник один и тот же. И он виртуоз. Это же додуматься нужно – красть исторические книги, которые сбыть нельзя. Под подозрением оказываются частные коллекционеры. Мне нужен их полный список.

– Лейтенант! – Начальник позвал Ивушкина, успевшего уже устроить перебранку с недовольной кукушкой. – Подготовь господину сыщику полный список наших частных коллекционеров. Начни с себя. Что ты там у нас собираешь?

– Фантики, – потупившись, признался Ивушкин, – с раннего детства собираю.

– Сластена хренов, – поморщился майор.

– Фантики отпадают, – сказал Туровский. – Нужен список коллекционеров исторических ценностей и книг.

– Нужен – получишь. И давай, сыщик, работай мозгами, крутись. Видишь, у нас напряженка с кадрами. Фантики он собирает!.. С кем приходится работать!

Шашкин сунул Андрею визитку с номерами телефонов и приказал держать связь напрямую. Он не понимал, что приказывать частному сыщику нельзя, можно просто попросить его о дележе информацией. Но Туровский не стал вникать в эти мелочи. Появился новый, весьма интересный факт, ему даже показалось, что дело, как старая, ни на что ни годная телега, все-таки тронулось с места.

Зато пробуксовывала машина Ивушкина.

Мимо них, лихо рассекая грязную жижу, пронесся обратно в город газик начальника УВД.

«Копейка» старательно вращала колесами, гудела, мучительно напрягаясь двигателем, но погружалась в жижу все больше. Когда Ивушкин смирился с тем, что выехать самостоятельно у него не получится, он попросил Туровского сообщить его координаты в УВД сержанту Синицыну. У того еще с девяностых, когда армия сокращала поголовье и технику, имелся трофейный, списанный, бронетранспортер.

Андрей, разумеется, оставаться и ждать Синицына не собирался. Ему была дорога каждая минута, тем более неподалеку находилась трасса, где можно было остановить попутку. Он предложил лейтенанту идти к трассе вместе с ним, но тот боялся, что в его отсутствие злоумышленники угонят старую «копейку», и бросать ее отказался. Доводы Туровского, что злоумышленники замучаются ее угонять, не возымели на Ивушкина обратного действия, и Андрей ушел один, сверкая кожаными подметками дорогих белых туфель, заляпанных грязью.

Трасса оказалась не так далеко, как он поначалу прикидывал. Видимо, сказалась разница между привычной ему иномаркой и отечественным транспортным средством Ивушкина, на котором путь показался гораздо длиннее. Андрей пошел по обочине в сторону города, оборачиваясь на шум автомобилей. Машин проезжало много, но останавливаться перед незнакомцем никто не спешил. Только он достал из кармана брюк купюру в пятьсот рублей и собрался ею размахивать перед носом вредных водил, как вдали показался красный «матис». Туровский моментально узнал машину по «красивому» номеру. Он не ошибся, за рулем сидела восхитительная брюнетка, встреченная им накануне.

– Премного благодарен, – расплылся в обаятельной улыбке сыщик, садясь в остановившееся рядом с ним яркое авто.

– Я тоже рада встрече с вами, Андрей Александрович, – брюнетка показала два ряда белоснежных зубов. – Папа мне о вас говорил. Я Виолетта Купцова.

– Безумно приятно, – признался Туровский, не переставая ослепительно улыбаться. – Но к чему весь этот официоз с Андреем Александровичем? Зовите меня просто Андрюша! И давайте на ты!

– Так сразу? Не стоит. Впрочем, Андрюша, я просто Виола.

– «Просто» к вам совершенно не подходит, Виолочка. – И Туровский принялся осыпать девушку комплиментами.

До города доехали за считаные минуты, которые показались Туровскому секундами. Поговорить с прекрасной дочерью директора краеведческого музея толком не удалось. Возможно, она что-то знала об ограблении и являлась ценным свидетелем или грабила музей сама. Туровский хмыкнул, он искал любую зацепку, чтобы продолжить встречу вечером в более интимной обстановке. «Виолочка, – представил Туровский свой монолог, – а где вы были в ночь с пятницы на субботу? Случайно, не в историческом зале музея? А зачем вам «Житие»? Не перепутали ли вы его с «Космо»? Картинки-то там разные. А у папы вашего такая старенькая-престаренькая книжечка после пятницы нигде, случайно, не завалялась?»

Поняв, что он едва не теряет квалификацию сердцееда, Туровский на удобренную комплиментами почву бросил скромное приглашение в ресторан.

– Виолочка, – сказал он, когда красный «матис» остановился возле крыльца гостиницы, – нам нужно встретиться!

– Вы так думаете, Андрюша? – округлила прекрасные глаза красавица.

– Я не могу оставаться должником, – нес дальше Туровский, – вы меня подвезли, не бросили одного погибать на дороге, практически спасли.

– Я не возьму денег, – замотала головой Виола, – папа рассердится.

– Тогда пойдемте со мной вечером в ресторан!

Поколебавшись пару секунд, Виола согласилась.

Туровский удовлетворенно усмехнулся, глядя на отъезжающий «матис». Кто в этой провинции откажет столичному сыщику?! К тому же он еще очень даже ничего.

* * *

– Ой! Андрей Александрович, вы сегодня в отличной форме, – встретила его Зося в вестибюле гостиницы.

Цепляться за Зосю Туровский не собирался. Пока, во всяком случае. Позже нужно будет у нее осторожно выяснить, кто такой этот Барклай и зачем он приехал в городок. Позже, не сейчас.

– Извините, Зося, я спешу. – Туровский пробежал мимо нее.

– Спешит он, – проворчала Зося ему вслед. – А с Купцовой не спешил расставаться! Какая несправедливая жизнь, почему-то одним – все, а другим – ничего. Ей что, других мало?! Ах, Василий! Это вы!

В гостиницу как раз зашел Василий Барклай. Зося тут же принялась кокетливо строить глазки: раз не получилось с одним, довольно скользким типом Туровским, постоянно выскальзывающим у нее из рук, так хоть другого заинтересовать!

– Вас спрашивали, – загадочным шепотом произнесла Зося, надвигаясь на Барклая бюстом.