По зову сердца - Кэтрин Манн

Уголки ее рта приподнялись в слабой улыбке.

– Не знала, что мужчины верят в такие вещи, как интуиция.

– Я верю. Ну, что скажешь? – Он озорно улыбнулся. – Будешь со мной дружить?

Вишневый «мустанг» тысяча девятьсот шестьдесят пятого года выпуска ехал сквозь Гарден-Дистрикт. Солнце стояло высоко в небе, и его лучи нагревали кожаные сиденья. Сидя в этом маленьком винтажном автомобиле, Фиона чувствовала себя живой и полной энергии.

Она не помнила, когда в последний раз они делали что-то спонтанно или когда останавливали выбор на «мустанге», а не на одном из мощных современных автомобилей, которые были в их распоряжении. Сейчас их выбор полностью ее устраивал. «Мустанг» привлекал к себе меньше внимания, делая их похожими на рядовую супружескую пару. Сейчас она может не думать о назначенной на завтра биопсии и просто насладиться дружеской прогулкой со своим мужем.

Глядя в окно, она в очередной раз подумала о том, что Гарден-Дистрикт очень красивый район. Красные и желтые дома в викторианском стиле были окружены коваными заборами. Больше всего ей нравился в Новом Орлеане его неповторимый колорит, которым он был обязан смешению разных культур. По ее мнению, этот город был настоящим произведением искусства.

Фиона перевела взгляд с городского пейзажа на Генри, который напевал мелодию шестидесятых годов. На нем были шорты карго, простая футболка и солнцезащитные очки-«авиаторы». Его волосы блестели на солнце, а на щеках и подбородке начала пробиваться щетина, прикосновение к которой всегда ее возбуждало.

Когда он сворачивал на узкую улочку, Фиона заметила, как напряглись его бицепсы. Ее переполняло ожидание. Этот день очень напоминал ей день их первого свидания, когда он сначала подарил ей скромный букет, а затем предложил покататься по городу.

– Ожидание сводит меня с ума. Что мы будем делать?

Взяв с приборной панели бейсболку, он надел ее на голову:

– Играть в туристов.

– Но я прожила здесь всю свою жизнь, – мягко возразила она.

– По моим наблюдениям, чем дольше человек живет в каком-то месте, тем меньше он замечает то, что находится у него под носом. В команде есть парень, который раньше жил рядом с пляжем, но очень редко купался.

– Хорошо. Ты меня убедил. Давай погуляем по городу, в котором мы живем, как туристы.

– Я был уверен, что ты согласишься.

Припарковавшись, Генри выбрался из машины, обошел капот, открыл пассажирскую дверцу и протянул Фионе руку. Она взяла ее и ступила на тротуар. Возможно, ей действительно удастся расслабиться. Пусть даже на короткое время.

«Когда в последний раз мы вот так просто гуляли? Похоже, это было целую вечность назад», – думала Фиона, идя рядом с Генри по Бурбон-стрит в сторону центра. Поскольку ее целью был туризм, ей пришлось смотреть на оживленную улицу по-другому. Она начала замечать мельчайшие детали и обнаружила, что в воздухе пахнет креольскими приправами. Это нисколько ее не удивило, потому что здесь было много ресторанов. Затем она стала замечать, какие магазины пользуются наибольшей популярностью.

Уличные музыканты так одухотворенно играли романтическую мелодию, что она, расчувствовавшись, взяла Генри за руку.

Увидев конные повозки, он остановился и предложил:

– Может, прокатимся? Это лучший способ посмотреть наш город.

– С удовольствием.

– Тогда выбирай, кто нас повезет.

Генри указал ей на ряд лошадей перед ними.

Взгляд Фионы привлек большой гнедой жеребец.

– Он. – Фиона кивнула в сторону понравившегося ей жеребца.

– Отличный выбор.

Генри подошел к кучеру и заплатил ему. Тот запряг лошадь, и они забрались в повозку. Места внутри оказалось немного, и им пришлось сидеть, тесно прижавшись друг к другу. От этого по ее телу пробегали электрические разряды. Ей хотелось, чтобы Генри погладил ее бедро. Сегодня от него пахло одеколоном, которым он пользовался во время их давнего путешествия в Великобританию. Она мысленно перенеслась туда. Это была ее любимая поездка.

– Помнишь, как мы ездили в Стоунхендж? – спросила Фиона, посмотрев на Генри.

– Мне казалось, что ты никогда оттуда не уйдешь.

Толкнув его плечом в плечо, она рассмеялась:

– Те камни гудят.

– Ты наслушалась историй о вуду и вампирах, – сказал он, постучав пальцем по кончику ее носа.

Положив ладонь себе на грудь, она театрально рассмеялась:

– Я уроженка Нового Орлеана, а ты приезжий. Пройдет время, и ты тоже начнешь верить во все эти вещи.

– Э-э! Вообще-то я любимец Нового Орлеана!

– Ты так быстро стал здесь своим только потому, что умеешь хорошо бросать мяч.

– Хорошо, что рядом со мной есть человек, который не дает мне забыть о моем техасском происхождении.

Генри обхватил ее рукой, и она, положив голову ему на плечо, стала любоваться видами городских улиц, изо всех сил стараясь забыть о том, что ждет ее завтра.

Идея с туристической вылазкой оказалась даже лучше, чем думал Генри.

Он чувствовал связь с Фионой. Впервые за долгие месяцы они были так открыты и честны друг с другом.

Достав из кожаного бумажника несколько банкнот, он протянул их юной продавщице и сказал, что сдачи не надо. Тогда девушка добавила к их покупкам ожерелье из бисера ручной работы.

– Подарок от фирмы, – улыбнулась она.

Поблагодарив ее, Генри взял пакеты с покупками, и они с Фионой направились к выходу вдоль полок со статуэтками, изображающими знаменитых джазовых музыкантов.

– Дедушка с бабушкой привозили нас с братьями сюда во время школьных каникул.

– Раньше ты никогда об этом не упоминал. Ты всегда рассказывал, что вы отдыхали на шикарных курортах.

– Это неудивительно, учитывая, что моей семье принадлежит крупная судоходная компания. Дедушка с бабушкой часто ездили в Новый Орлеан по делам. Они проверяли, как функционируют наши круизные маршруты, и брали нас с собой.

Генри открыл дверь и, пропустив Фиону, вышел на улицу вслед за ней.

– Наверное, вам было очень весело.

– Как ты уже знаешь, родители нами почти не занимались, поэтому бабушка с дедушкой нас не только развлекали. Дедушка поручал нам работу, чтобы посмотреть, кто на что способен.

– Это правильный подход. Вас приучали к труду и к ответственности. Кроме того, хорошо, когда дети изучают мир не по книгам, а в путешествиях. Итак, что тебе больше всего нравилось в Новом Орлеане, когда ты был ребенком?

– Уличные музыканты, – улыбнулся он. – Я им подпевал, а Жан-Пьер танцевал под музыку. Надо сказать, у него отлично получалось.

– А Джерве?