Тайна подружки невесты - Фиона Харпер

До сих пор возобновление отношений с Джеки Пэттерсон казалось ему невозможным. Но после этого контакта он решил, что новый роман с ней помог бы ему избавиться от неприятного осадка, который был у него на душе все эти годы. Только на этот раз не должно быть никаких обещаний и клятв в вечной любви. Они оба зрелые самодостаточные люди и не нуждаются в привязанностях.

Помогая Джеки усесться в лодку, он понял, что хочет возобновить с ней отношения не только для того, чтобы избавиться от призраков прошлого. Его к ней влекло. Он хотел снова обладать ею, но понимал, что не должен торопиться. Хотя Джеки выглядела абсолютно спокойной и уверенной в себе, он знал, что это показное. Если он хочет затащить Джеки в постель, ему для начала необходимо расположить ее к себе.

На острове было несколько причалов, и он выбрал самый далекий от палаццо, чтобы они могли прогуляться по саду.

Когда они поднимались по каменистым террасам, Джеки почти все время молчала. Время от времени он замечал, как дрожат ее веки и на щеках вспыхивает румянец. Романо знал, что в эти минуты она предавалась тем же воспоминаниям, что и он.

Именно здесь, в саду, они впервые занимались любовью однажды поздним вечером, когда его отец был в отъезде. Он придумал убедительный предлог, чтобы отослать домработницу и повара, разумеется, после того, как они приготовили ужин. После этого он привел Джеки в палаццо, и они ужинали вдвоем в роскошной столовой, пробовали лучшие вина из бара его отца и притворялись взрослыми и искушенными.

Он не собирался ее соблазнять. Просто хотел побыть с ней наедине. Она заслуживала лучшего места, чем заброшенный фермерский дом, где они обычно встречались. Она была слишком молода, и он сдерживался, но тем вечером, когда она во время их прогулки по саду поцеловала его и, глядя ему в глаза, предложила себя ему, он не смог сказать «нет». Она играла с огнем, делала вещи, которые его возбуждали, и в конце концов зов плоти взял верх над голосом разума.

Они оба рисковали, но он ни о чем не жалел. Остаток лета они провели в блаженном дурмане. Единственное, что для них обоих имело значение, это их тайные свидания.

То далекое счастливое лето навсегда останется в его памяти.

Они добрались до большой террасы с цветником и огромными вазонами. Джеки провела ладонью по безупречно подстриженным веткам живой изгороди и наклонилась, чтобы понюхать цветы.

На этот раз все будет по-другому. Теперь они оба взрослые люди, свободные от юношеских страхов. Романо не сомневался, что их новые встречи будут такими же незабываемыми.

Завернув за угол дворца, они очутились в просторном патио. Там под кремовым зонтом стоял накрытый стол. В ведерке охлаждалась бутылка белого вина, вокруг него стояло несколько блюд с крышками. Джеки приподняла очки, и он заметил, что ее брови слегка изогнулись. Очевидно, она была удивлена.

— Мне немного помогли, — произнес Романо, не удержавшись от соблазна поддразнить ее, хотя большую часть еды приготовил сам. — Может, хочешь посидеть на солнце? Я могу убрать зонт.

Джеки покачала головой:

— Я стараюсь защищаться от солнца. Из-за него стареет кожа.

Пожав плечами, он выдвинул для нее стул, и она опустилась на него. Ее взгляд упал на большое блюдо в центре стола. Романо снял куполообразную крышку. Под ней оказалось ассорти из морепродуктов: устриц, мидий, крупных сочных креветок, кальмаров и гребешков. На несколько секунд Джеки скинула маску ледяного спокойствия. Он не забыл, что она любила морепродукты.

— Ничего себе.

— Вот видишь? Я умею готовить.

Впервые с тех пор, как он помог ей застегнуть платье, она улыбнулась:

— Ты не ожидал, что я поверю, будто ты сам все это приготовил? Даже салаты?

Он протянул ей сервировочную ложку:

— Любой дурак может порвать на кусочки листья салата, порезать несколько помидоров и полить все это маслом и уксусом.

Она окинула дерзким взглядом стол:

— И все это тому подтверждение.

На душе у Романо потеплело. Ему всегда нравился ее циничный, резкий юмор.

Ланч проходил замечательно. Романо почти забыл, что Джеки приехала сюда с определенной целью. Они обсуждали работу и последние новости в мире моды. Он делился с ней идеями относительно своей следующей коллекции. Она слушала его с неподдельным интересом.

Джеки Пэттерсон полностью заслужила все то, что сейчас имела. Никто из его окружения даже не осмеливался заикнуться о том, что она добилась успеха лишь благодаря известности своей матери. В действительности все было совсем наоборот.

— Как долго ты собираешься оставаться в Монта-Корренти? — спросил он, надеясь, что у нее не возникнет срочных дел в Лондоне сразу после свадьбы сестры.

Она подцепила на вилку мидию и отправила в рот.

— Две недели. Мама убедила меня взять отпуск, поскольку должна была приехать Скарлетт.

Романо кивнул. Этого времени будет достаточно, чтобы ее соблазнить, но недостаточно, чтобы они привязались друг к другу.

Закончив есть, они молча смотрели на озеро с белыми гребнями волн. Услышав, как Джеки глубоко вздохнула, Романо повернул голову и посмотрел на нее.

Какое-то время она оставалась неподвижной, но затем повернула голову, подняла очки и пристально посмотрела на него. Он прищурился.

— Романо…

Замолчав, Джеки перевела взгляд на озеро. Прошло с минуту, прежде чем она снова повернулась лицом к нему и продолжила:

— Я… я бы хотела кое о чем с тобой поговорить.

Он перестал улыбаться.

— Мы не могли бы договориться насчет эксклюзивной фотосессии для «Глосс!» после презентации новой коллекции Пуччини?

Романо открыл рот, но не произнес ни звука. По какой-то непонятной причине он совсем этого не ожидал.

Но Джеки Пэттерсон всегда была непредсказуемой. Она умела выводить его из равновесия самыми волнующими способами. К сожалению, он забывал, что результатом этого была некоторая дезориентация и чувство дискомфорта.

Ему представилась отличная возможность провести несколько дней с Джеки, сделать так, чтобы она расслабилась и вспомнила, как хорошо им когда-то было вместе.

Он лениво улыбнулся:

— Почему нет? Как ты смотришь на то, чтобы обсудить детали завтра за ужином?