Музыкальный приворот. По ту сторону отражения. Книга 2 - Анна Джейн

– Симатта[6]!

– Идиотизм какой-то! – в сердцах отбросила мышку рыженькая. – Кто это вообще такая? Чтоб ее… Идиотские вирусы!

– Эдгар, сделай что-нибудь, ты же в компах рубишь!

– Нет времени, – отозвался он и свалил в свою комнату.

Когда он уходил, мне показалось, что его плечи трясутся от смеха, но я не придала этому никакого значения.

– У него только на интернет-романы есть время да на стрелялки. Кстати, наш ани[7]совершил целый подвиг, – сообщила мне сестра, когда парень ушел, неся перед собой поднос на вытянутых руках.

– Какой?

– Перетащил тебя на кровать, – хихикнула Нелли. – Я видела, когда мимо проходила. Совсем чокнулся наш брателло. И знаешь, зачем он это сделал? Чтобы усесться на твое место за компом – своего уже мало! Ой, какой у нас брат-то антикавайный, вот же жесть, а? У всех братики классные, а у нас…

Я замерла с хлебом в руках. Кажется, я кое-что начинаю понимать. И если я права – в душе вдруг стало хорошо – значит, все не так плохо, как я думала.

Какая ты умная становишься, – может быть, тебя профессором в Оксфорд возьмут?

Я допила кофе большими глотками и направилась в комнату брата. Встала за спиной Эдгара, одновременно питающегося и печатающего длиннющее послание кому-то по аське, и, молча, обняла его. Дурак он все-таки.

– Ты чего? – подавился он и закашлял, как старый дед. Мне пришлось поколотить его по спине. Вот так вот и проявляй к родственникам заботу и ласку.

– Ты чего? – с подозрением уставился он на меня. – С ума сошла?

– Спасибо тебе, – проговорила я.

– За что? – включил он дурака.

– За сайт.

– Как ты догадалась, что это я? – разочарованно спросил старший брат. Дурака выключил.

– Да так… Только, Эдгар, зачем ты читал мой электронный дневник?

– Я случайно, – задумчиво отозвался он. – Я хотел взломать Нельку по-быстрому, чтобы она перестала меня донимать. А там ты написала, заснула, ну я и прочел. Там мое имя было. И вообще! – Он вдруг поднялся и встал напротив. – Я твой брат! Почему ты не сказала мне, что какой-то придурок над тобой издевается вместе со своей сестрой?

Ого, что с ним такое? Какой воинственный! Но все равно приятно. Я всегда хотела, чтобы обо мне так заботились.

– Никто не имеет такого права, – продолжил Эдгар, и только тут я поняла, что он выше меня – уже намного выше, а ведь в детстве всегда был малявкой. И сильнее. И милый он у меня. Не зря ведь очень похож на Лешу, только, так сказать, недоработанная его версия. – Да пусть он хоть в «Битлз» играл бы или был бы создателем «Контр Страйка», кто он такой, этот Арин, чтобы тебе врать и крутить как хочет?

Хорошо, что я про Кея и про Антона не напечатала, вот бы Эдгар впечатлился. И что с ним такое?

– А что тебе говорить, интернет-зависимый? – проворчала я, до глубины души тронутая его поведением. Я-то думала, он совсем аморфный.

– Катя, я правда бесполезный? – как-то даже грустно спросил он. Точно читал, зараза!

Я смутилась.

– Не совсем. Хоть ты и дурак, но я рада, что ты мой брат, – правдиво отозвалась я. – Честно. Спасибо, что донес до кровати – значит, не такой ты и немощный.

– Я нормальный, – надулся он тут же. Я рассмеялась – искренне.

– Почему именно на сайте «На краю» это сделал? – поинтересовалась я, присаживаясь рядом.

– Чтобы этот негуманоид мог видеть, – хмуро отозвался братец. – Он обидел мою сестру, так почему я не могу то же сделать с его систер? Я все-все про них разузнал, и почту взломал, и вирусов наслал – пару модифицированных троянов, и на сайте поиграл. – Его лицо озарила улыбка. – Жаль, что они вообще сайт заблокировали, – они все же сломали мою защиту.

– А если узнают, кто это сделал?

– Не узнают, – гордо отвечал брат. – Что-что, а в компах я разбираюсь. Я же не нуб какой.

Я потрепала Эдгара по волосам, вызвав бурю его недовольства, – взамен он обозвал меня «малявкой» и попытался пощекотать – как в детстве, и я ушла, обрадованная, что у меня все-таки есть он – мой брат. Я бы посидела еще с ним, но пора было собираться на встречу со своим научным руководителем.

Тот, кстати, очень меня ждал на кафедре, похвалил еще раз за курсак, моментально расписался в зачетке и предложил любезно:

– Катя, а давайте я вашу зачетку передам Ирине Ивановне и Альберту Аркадьевичу – они вам ваши «автоматы» и выставят сразу. Чего вам с зачеткой бегать туда-сюда.

Я круглыми глазами поглядела на преподавателя – с ума сойти, он бы мне еще кофе предложил.

И массаж.

– Давайте, давайте, не стесняйтесь, я все равно их сегодня увижу. А потом я вашу зачетку сдам в деканат. Ох, как у нас на кафедре жарко. – Он помахал перед лицом тетрадкой с чьими-то конспектами.

– Очень жарко, – включилась в разговор пожилая лаборантка. – Просто невозможно – такая духота. С тех пор как сломался кондиционер, воздух ужас какой спертый.

– Да-да, – подхватил преподаватель. – Поставили бы нам новый кондиционер… эх. – И он посмотрел на меня. Хм, мне что ли, кондиционер ставить? Или он думает, что я так близка с ректором, что Антон Георгиевич, которого я лично не знаю, по первому же слову купит им не только кондиционеры, но и снега с гор привезет?

В общем, из университета я сбежала, с одной стороны, довольная – две автоматические пятерки – это же просто счастье, хоть и кратковременное, но, с другой, такое отношение к себе преподов настораживает. А что будет в следующем году, когда они узнают, что я к ректору ни имею никакого отношения? Заставят пересдавать все предметы?

Проклятый Кейтон – во все ему захотелось влезть! Какая ему разница, как учится его потенциальная игрушка? Что он о себе возомнил?

От одного только воспоминания о вчерашнем дне меня начало трясти. А блондин, словно почувствовав, что я вспоминаю его, вдруг решил позвонить. В образе Антона.

Боже, он что же, сумасшедший? Хотя нет, он просто, по словам Фила, хочет, чтобы его любили таким, каков он есть, а не за его известность или красоту. Я не хочу отвечать ему, но придется – пока я буду делать вид, что все в порядке. Я тоже буду играть.

Я смогу сделать ему больно.

Мне страшно было отвечать на звонок. Но я сделала это.

– Привет. – От звука его голоса по мне забегали мурашки и тут же были погребены под песками пустыни, успевшей перебраться из тела в душу. При условии, если она существует.

– Привет, – глухо и тихо ответила я.

– Как ты?