Кульминация страсти - Кэтрин Манн

Он откашлялся.

– Все возможно. Моим ребенком она тоже может оказаться, и я, пожалуй, буду действовать с этой перспективы, начиная с этого мгновения. Ни за что себе не прощу, если моя дочь предпочтет остаться на попечении кого-нибудь другого.

– Я не уверена, что готова доверить тебе смешивание детского питания.

Он улыбнулся:

– Ну уж в соотношениях-то я кое-что понимаю.

– А ты что-нибудь знаешь про отрыжку у младенцев? А подгузники менять умеешь?

Бродерик пожал плечами:

– Я могу нанять няню.

– Или мы можем работать в паре.

Гленна выглядела очень целеустремленной. Пока вопрос с отцовством не прояснится, никто из них не был готов уступать ребенка другому.

Он подумал, что так будет правильно. Кроме того, если они будут вместе заботиться о ребенке, это предоставит ему множество возможностей с ней заигрывать. Но сейчас он постарался не подавать виду, чтобы Гленна ни о чем не догадалась.

– Ты что, делаешь мне предложение? – поддел он ее.

Она хмыкнула:

– В покрытой младенческими слюнями одежде? Ну да, лучший момент.

Он расхохотался:

– Я начинаю вспоминать, почему ты мне так нравилась!

– Не волнуйся, я сумею заставить тебя забыть об этом столь же быстро.

Бродерик опустился на колени рядом с сидящей Гленной, впервые за все это время по-настоящему вглядываясь в лицо маленькой Флоры. Если это действительно его дочь, неужели нет какого-то сверхъестественного способа об этом узнать?

Но вне зависимости от этого ему хотелось защитить маленькую девочку, волею судьбы оказавшуюся в центре этого тайфуна.

– Я сделаю все, чтобы о ней заботиться, – сказал он.

Гленна удивленно посмотрела на него, и, когда они встретились взглядом, он почувствовал какую-то тонкую, еле заметную нить. Он обязан убедить ее в том, что им стоит быть вместе. Он в это верил.

Его телефон разразился звуком пришедшего сообщения, и Бродерик отвел взгляд.

– Это отец. Они купили питание, нашли детского врача… и моя сестра Наоми в качестве нашего юриста разговаривает с полицией.

Когда наступили сумерки, Гленна осознала, что они с Бродериком в самом деле объединили свои усилия. Они оба подвинули кресла к новоприобретенной переносной колыбельке, где безмятежно спала маленькая Флора. Теперь в доме было полно детского питания, медсестра осмотрела девочку и заключила, что та вполне здорова, а полиция сообщила, что свидетельство о рождении подлинное и что машина Деборы Уилсон действительно пересекла границу США и Канады, а после этого ее следы полностью теряются.

Наоми Стил была очень напористой женщиной. Она прекрасно разбиралась в праве, но была довольно прямолинейна и выражалась соответственно.

– Я собираюсь поговорить кое с кем из органов опеки. Но, насколько я понимаю, никто из вас не собирается отказываться от возможности удочерить девочку, так что мы попытаемся оформить временное опекунство, пока ситуация не разъяснится при помощи ДНК-тестов. Гленна, что касается твоего мужа, то можно использовать какие-то из его вещей – например, старую расческу или зубную щетку…

Мозг Гленны и так уже был перегружен, так что напор Наоми немного выбил ее из колеи. Возможно, ее мать и выходит замуж за Джека Стила, но это не значит, что она сама должна полностью доверять людям, которые еще вчера были их злейшими врагами и соперниками. Наоми была известна как та еще акула, и уж конечно, ее лояльность принадлежит ее собственной семье.

– Временное опекунство? На кого из нас?

– На обоих. Пока мы не разберемся с вопросами отцовства и официального удочерения.

Бродерик нахмурился.

– Но это только даст пищу новым сплетням.

Гленна смерила его взглядом.

– Серьезно? Ты продолжаешь думать об интересах компании даже в такой ситуации? Это гораздо важнее, чем бизнес.

Бродерик защитным жестом поднял руку.

– Вот как я это вижу: чем меньше сплетен будет вокруг этой истории, тем лучше – на случай, если опекунство когда-нибудь соберутся оспаривать.

Гленна почувствовала, как внутри ее зарождается тревога. Стилы, конечно, серьезная сила, и нужно с ними считаться. Но пусть они засунут себе куда хотят это желание всеми командовать! Этот ребенок может быть напоминанием о ее муже – пусть в том числе и о том, что не все в их семье было гладко, но тем не менее она мечтала о ребенке больше всего остального. И она от него не откажется.

– Даже можете не пытаться. Я не собираюсь позволять вам исключить меня из соревнования.

Бродерик снова прикоснулся к ее локтю мягким жестом, который одновременно и успокаивал, и волновал.

– А что, если мы увезем ее куда-нибудь подальше от семейных гнезд Стилов и Миккелсонов и пересидим там, пока шумиха вокруг свадьбы и объединения компаний не уляжется?

Наоми коротко кивнула:

– Здесь я, пожалуй, соглашусь со своим не самым разумным братцем. Как часть той силы, которой предстоит с этим разбираться, я думаю, что на время уехать – хорошая идея. Во-первых, вы сможете в тишине закончить с финансовыми отчетами, а во-вторых, всем пойдет только на пользу, если вы разберетесь друг с другом.

– Друг с другом? Довольно наивно предполагать, что именно наше с Бродериком соперничество – краеугольное в этом конфликте.

– Не прикидывайся. Я училась в том же университете, что и вы двое. Я в курсе.

Бродерик выпрямился.

– Наоми, придержи коней. Во-первых, это неудачное время и место, а во-вторых, совершенно не твое дело.

Наоми перекинула волосы через плечо, ни в коей мере не испуганная этой отповедью.

– Я не собираюсь сплетничать. Но ты прав, вам действительно лучше уехать из города. Постарайтесь с умом использовать время, выигранное оформлением временного опекунства, пока не будут готовы результаты тестов, а мать девочки разыскивают. Разберитесь, как объединить активы обеих компаний, научитесь работать вместе. Как ты не понимаешь, Бродерик, – тебе это пойдет только на пользу.

Гленна понимала, что Наоми права. Но это означало, что ей придется торчать запертой в четырех стенах – с чужим ребенком… и Бродериком.