Каникулы с чертёнком - Ольга Коротаева

– Папа, – бросилась к нему дочка. – Что это? Мне страшно!

– Как страшно? – удивился Лев и растерянно посмотрел на хмурую Анну Васильевну. – Это же весело?

Женщина отрицательно помотала головой и, обхватив себя руками, неприязненно покосилась на зверей. Один из них, огромный заяц, подошел к Маргарите и возопил хорошо поставленным голосом:

– И у кого тут сегодня день рождения? Кому исполняется семь лет? Тебе, девочка?!

Дочка взвизгнула и уткнулась лицом в папин пиджак. Лев крикнул:

– А ну убирайтесь! – Он подхватил дочку на руки и, прижимая к себе, зарычал на растерянных актеров: – Все! Быстро сворачивайтесь, и чтобы через полчаса духу вашего здесь не было!

Отнес Маргариту в дом и, уложив в кровать, обернулся к пустому диванчику, на котором ночевала Люба. Вышел из детской и заглянул в пахнущую сыростью и резкими аромамаслами комнату няни.

– Любы нет, – проговорила за его спиной Анна. – Она предупредила, что сегодня ее не будет.

Лев развернулся так резко, что домоправительница отшатнулась.

– Что значит не будет? А где она собирается ночевать?

– Мне это неизвестно, извините, – нервно передернула плечами Анна Васильевна. – Няня сказала лишь, что вернется к восьми, согласно указанному в договоре найма графику.

Лаврентьев сжал кулаки. Где она шляется?! Некстати вспомнилось, как Павел что-то прошептал ей, когда уходил, и… Да! Он точно сунул ей в карман визитку.

– У меня просьба, Анна Васильевна, – шагнул он к домоправительнице. – Присмотрите за Маргаритой, мне нужно срочно уехать.

– Я, конечно, присмотрю-ю, – с трудом подавила зевоту женщина. – Но не задерживайтесь. Я привыкла ложиться рано и могу уснуть у кроватки малышки.

– Не сомневайтесь, – угрожающе прорычал Лев, – я быстро!

Ничего нет сложного в том, чтобы отследить местоположение зама и ввалиться к влюбленной парочке. Заместитель никогда не терял времени с красивыми девушками, но Лев был уверен, что Люба не такая простушка, чтобы так легко растечься липкой лужицей у ног обаятельного Павла и сдаться в первый же вечер. Скорее всего, друг пригласил ее на свидание. Жаль, что на «празднике», который устроила няня, Лаврентьев не подумал о таком развитии событий, иначе сразу бы предупредил зама держаться подальше от Любови.

Даже в мыслях эта фраза прозвучала двусмысленно и жутко раздражающе. Лаврентьев, заводя мотор, резко вжал педаль газа в пол. Сотовый зама, как и других сотрудников его компании, босс мог отследить в любой момент, все подписывали согласие при приеме на работу. И что толку себя корить за то, что не внес этот же пункт в договор с няней? Он и представить себе не мог ситуацию, подобную этой. До Любы никто не уходил из его дома добровольно, девушки старались быть как можно ближе к хозяину.

Согласно данным программы, Павел был дома, и это окончательно вывело Льва из себя. Он вжимал педаль в пол с такой силой, словно это машина виновата в том, что няня оказалась норовистой и, обидевшись, ушла ночевать к Павлу. Эта мысль стала последней каплей терпения: кровь забурлила в венах, казалось, сердце вот-вот выскочит из груди. Лаврентьев добрался до дома зама за каких-то двадцать минут, хотя это совершенно другой район города. Чудом не задавив никого по дороге, он жал на вызов звонка до тех пор, пока дверь не открылась.

Двинув ее коленом, мужчина ввалился и, снеся ничуть не удивленного хозяина в сторону, бросился в спальню. Один вид полусонного друга в черном шелковом халате вызвал желание врезать Павлу в челюсть, совсем как в школьные годы, когда друг увел у него девочку, которой Лев помогал донести до дома портфель.

Друг, завязывая пояс халата, проследовал за незваным гостем и беспокойно спросил, когда тот застыл у кровати, пустой кровати:

– Что случилось?

– Где она? – без обиняков спросил Лаврентьев и, когда Павел приподнял светлые брови, уточнил: – Где моя няня? В ванной?

Он пошел в сторону неприметной дверцы, как вдруг Павел захохотал. Усевшись на кровать, он вытер выступившие от смеха слезы и иронично посмотрел на друга.

– «Твоя» няня или Маргариты? – Покачал головой и хитро сверкнул зелеными глазами. – Ох, дружище, сдается мне, что кто-то из нас втюрился. Кто-то из нас, да…

Он поднялся и, приблизившись к Лаврентьеву, шепнул ему на ухо:

– Она была здесь, но, увы, ушла.

– Она тебе нравится? – Лев смерил друга уничтожающим взглядом. – Я же вижу, что нравится!

– Если видишь, зачем спрашивать, – пожал плечами его зам и пошел в гостиную, где плеснул в два бокала золотистого виски и протянул один Лаврентьеву. Тот отказался. Сам же хозяин дома отпил глоток и чуть поморщился. Отставил спиртное и покосился на босса непривычно серьезно. – Похоже, нам снова понравилась одна девушка. Она алмаз, друг. Чистая и сверкающая, как роса на цветке лотоса, притягивает свежестью, завораживает непосредственностью, покоряет умом и сдержанностью. А еще она верит людям. – Он горько усмехнулся. – Как мы когда-то.

Лаврентьев выдохнул – кажется, друг уже накатил до его прихода пару бокалов, поэтому нес околесицу. Развернулся и собрался было уйти, как услышал тихое предупреждение:

– Эту девушку я точно уведу у тебя. Спасу, иначе ты и ее уничтожишь.

Лев застыл на месте, сердце пропустило удар, ладони вспотели. Желание врезать Павлу усилилось, но он знал, почему тот провоцирует босса. Лаврентьев медленно повернулся и серьезно посмотрел на друга.

– Ты же знаешь, что я получаю все, что захочу, – проговорил с угрозой. – Рано или поздно, так или иначе, желанное будет моим.

– Знаю. Но эта девушка особенная. Она видит тебя насквозь, – кисло улыбнулся друг и, опустошив свой бокал одним глотком, хрипло добавил: – Видит, как ты осыпаешь Маргариту подарками, да и сам получаешь все, что захочешь, но это не приносит счастья ни тебе, ни дочери. Потому что его, как справедливо заметила Люба, не купить! Стоит тебе заполучить эту девушку, ты растопчешь ее, как Светлану!

– Ты пьян, – сухо заметил Лев.

Он развернулся и быстрыми шагами пошел к выходу, а в стену рядом с ним врезался пустой стакан и, разлетевшись на мелкие осколки, посыпался битым стеклом на пол.

– Легче стало? – холодно улыбнулся Лев.

– Да, когда представил, что это твоя голова, – ухмыльнулся Павел.

– И все же, – тихо спросил Лаврентьев, – зачем она приходила к тебе?

– Не скажу, – криво улыбнулся зам. – Пусть тебя это помучает.

Почему-то эти слова успокоили его босса. Злость ушла, раздражение улеглось. Он пожелал другу спокойной ночи и напомнил, что завтра ждет отчета.

– Разумеется, – беззлобно проворчал Павел. – Первым делом фин-отчеты. Ну а девушки? А девушки потом.