Хафиз и султан - Самид Агаев

… Когда из лавки вернулся Касым, он увидел свою жену в чрезвычайном расстройстве. А Касым любил свою жену.

– Что с тобой, услада моего глаза? – спросил он. – Какова причина твоего плача?

– Дура я, что за тебя замуж пошла, – ответила жена, – надо было мне за твоего брата идти. Он хоть и бедным прикидывается, а золото мерой меряет. А ты кичишься своим богатством, а динары по одному считаешь.

Касым тут же отправился к Али-Бабе, устроил там нешуточный скандал и сколько тот не отпирался, вынудил у него признание. Затем тот пообещал брату разделить все золото поровну. Но Касым на такой дележ не согласился и потребовал, что бы Али-Баба провел его к кладу и показал, как войти туда. А в случае отказа пригрозил пойти к правителю и все рассказать ему.

Услыхав такие слова, Али-баба воскликнул:

– Чего ты грозишь мне правителем? Я тебе ни в чем не отказываю, а колеблюсь только из-за твоей безопасности. Что бы разбойники тебя не обидели.

Он показал брату дорогу и сказал ему заветное слово. Касым на следующий день снарядил десять мулов, взвалил на каждого по два пустых сундука и отправился за кладом. Он нашел дверь, произнес: «Сим-Сим, откройся». Дверь открылась, и он вошел в сокровищницу, а, увидев все, что там находилось, чуть не обезумел от радости. Долго ходил, вороча и разглядывая золото. И когда, наконец, взвалив на плечи мешок с золотом, подошел к двери, намереваясь выйти, то обнаружил к своему ужасу, что заклинание вылетело у него из головы. Он сел и начал вспоминать слова, но они не приходили ему на ум. Он сказал:

– Ячмень, открой дверь, – дверь не открылась.

– Пшеница, открой дверь, – дверь не открылась.

– Просо, открой дверь, – дверь не открылась.

Касым называл один злак за другим, пока не перечислил все известные ему названия, но слова «сим-сим» исчезли напрочь из его головы. Так и сидел он в пещере, раскаиваясь о совершенном, горевал и мучался, дрожа от страха за свою жизнь.

Когда разбойники вернулись к пещере, то увидели перед дверью мулов. Касым, услышав топот копыт и голоса, притаился, а когда дверь открылась, бросился вперед, надеясь спастись, но натолкнулся на предводителя и повалил его. Вскочил, увернулся от одного, второго, но разбойников было, как я говорил, сорок человек. Один из них ударил его копьем, да так, что острие вышло из спины. Потом разбойники вошли в пещеру и увидели, что многого не достает. В ярости они разрубили его тело на четыре части и повесили за дверью. Полагая, что это именно Касым вор. После этого они уехали.

Али, действительно увидел Егорку. После того, как вышло оговоренное время, он решил подняться на гору в поисках Али. Но женщины наотрез отказались оставаться в лощине, и ему пришлось взять их с собой. Они подъехали к горе со стороны, противоположной склону с пресловутой пещерой. Здесь уже Егорка был непреклонен, и женщинам пришлось подчиниться.

– Если я не вернусь до темноты, – приказал он, – уезжайте отсюда.

Выражения их лиц сказали, что они пропустили приказ мимо ушей, но Егорка, тем не менее, ушел с чистой совестью. Крадучись, как на охоте, он пробирался в указанном Йасмин направлении, пока не заметил двух вооруженных людей, которые судя по тому, как они все время залезали на большие камни и оглядывали окрестности, были сторожами. Егорка затаился и лежал, наблюдая за ними больше часа, до тех пор, пока не начался дождь. Сторожа засуетились, пытаясь укрыться под камнями, но все они были округлые и не спасали от небесной влаги. Затем сторожа переместились в сторону и исчезли из виду. Егорка подобрался ближе, затем еще ближе. Он был осторожен и практически полз змеей между камней. Дождь усиливался, когда Егорка увидел зев пещеры, из которой вырывались всполохи света, и давешних сторожей. Они о чем-то переговаривались с кем-то внутри пещеры, а после вошли в нее. Тогда Егорка приблизился, увидел людей, сидевших вокруг костра и Али, который им что-то рассказывал. День близился к вечеру, хотя до ночи еще было далеко, но из-за дождя и затянутого тучами неба, было довольно темно. Егорка рискнул подойти еще ближе и увидел, что Али смотрит в его сторону. Он показал ему знаком, мол, я здесь. И тут же отошел, боясь быть замеченным. Сосчитать разбойников ему не удалось, но было их больше десятка. Единственное, что приходило ему в голову, это вернуться за женщинами, привести их сюда, расставить с луками, а когда разбойники выйдут, перестрелять их. Но у этого плана имелись несколько изъянов. Стрелять из лука он их научил во время совместной охоты, но выстрелить в человека труднее гораздо, чем в зверя. Во-вторых, ситуация за то время, что он будет ходить за ними может измениться, да и вряд ли они выйдут из пещеры сразу всем скопом. Другого плана действий у него не было. То есть он вообще не знал, что делать.