Страсть в маленьком городе - Андреа Лоренс

Когда она взглянула на Дикона, его зубы были стиснуты, а лицо горело от злости.

— Этот Чип уже в детстве был редкой сволочью, — процедил он. — Сначала я поверить не мог, что ты вообще с ним связалась. Ты заслуживаешь лучшего мужчину, Сесилия. Не того, который просто лучше Чипа Эшфорда. А лучшего мужчину вообще.

Дикон вновь произнес слова, от которых сердце Сесилии было готово растаять.

— Почему ты так добр ко мне? Я этого не заслужила.

Он взял ее руку в свою. Его теплое прикосновение пробудило волну воспоминаний о той недавней ночи. Но Сесилии было нужно сконцентрироваться на том, что происходило в эту минуту.

— Ты уже дважды извинилась за тот вечер, — проговорил Дикон. — Должен тебе сказать, это совсем не обязательно.

Сесилия посмотрела ему в глаза:

— Я говорю про то время, когда мы любили друг друга и строили планы на жизнь. А я просто взяла и поставила на всем крест. Неужели ты не презираешь меня за это?

— Какое-то время я злился на тебя, — признался Дикон. — Но это лишь помогло мне стать тем, кем я стал. Я пытался тебя ненавидеть, но не смог.

Сесилия почувствовала облегчение. Хоть что-то она не смогла уничтожить.

— Даже добившись успеха, я шла на поводу у родителей, — сказала она. — Что уж говорить про школьные годы. А в школьные годы я совершила ошибку, рассказав им о нас. У них была истерика, и они поставили ультиматум. Это они вынудили меня расстаться с тобой. — Дикон молча смотрел в сторону. И без ее признаний он догадывался, что за их разрывом стоит семейство Морган. — Я не могла им перечить и до сих пор не могу. Отец убедил меня заплатить шантажисту, хотя я не хотела. Много лет я встречалась с Чипом, не испытывая к нему любви. И я бы вышла за него, если бы он меня не бросил. Я взяла бы его фамилию, чтобы только родители были довольны. С ними я ни разу в жизни не была собой. Лишь две вещи я сделала по собственному желанию: открыла собственный бизнес и занялась дизайном.

Большим пальцем Дикон провел по внутренней стороне ее запястья.

— Бизнес и дизайн — это один пункт, — тихо сказал он. — Какой второй?

Сесилия посмотрела на него, сложив губы в скромную улыбку:

— То, что я влюбилась в тебя. Ты сделал меня счастливой. Ты никогда не просил меня быть той, кем я не являюсь. Ты знал правду о моей матери, и тебя это не беспокоило.

— Потому что для меня ты и так была идеальной. Зачем мне просить тебя быть другой?

Никто не разговаривал с ней так, как Дикон. Искренность его слов разрушала выстроенную Сесилией защиту. Слезы неожиданно наполнили ей глаза, но она ненавидела плакать. Особенно в присутствии кого-то. Показывать свою слабость — не в ее принципах. В семье Морган Сесилия рано поняла, что демонстрировать чувства — значит признать поражение. Так учил ее отец, а отцу так вторила мама.

— Прости, — сказала она, вытирая слезы.

— Я еще раз прошу тебя не извиняться.

Дикон обернул ее в надежный кокон своих объятий. Сесилия поддалась ему, крепко прижавшись и позволив слезам ручьями литься ему на рубашку. Ей казалось, что она просидела так не меньше часа — в слезах и в объятиях Дикона. Но прошло всего лишь несколько минут. Когда влаги в организме как будто не осталось, она откинулась на спинку дивана и посмотрела Дикону в глаза.

Они казались такими родными и незнакомыми одновременно. Теперь это были глаза мужчины. Не только красивые, но и мудрые.

В эту минуту Сесилии не просто хотелось заняться с ним сексом. Она была готова дать ему все, что он попросит. Она медленно прильнула к нему и прикоснулась губами к его губам. Это был совершенно другой поцелуй. Без отчаяния и без агрессии, без обиды и желания сбежать от реальности. Она целовала Дикона просто потому, что хотела.

Они целовались, и оба вспоминали вечера на заднем сиденье пикапа. Как и тогда, это был поцелуй надежды. Надежды на совместное будущее.

Сесилия крепче прижалась к Дикону, а он обнял ее за плечи. Когда их уста разомкнулись, они несколько секунд просто сидели, молча глядя друг на друга.

Молчание нарушил Дикон:

— Думаю, на сегодня все. Не хочу, чтобы ты опять жалела о чем-то из-за меня.

Но Сесилия ни о чем не жалела. Хотя и понимала, о чем он говорит. Какое будущее может быть у них? Через несколько недель Дикон вернется во Францию, а она будет вкушать все прелести людской молвы о ее размолвке с Чипом. Сесилия послушно кивнула и отклонилась от спинки дивана.

— Ты прав, мне лучше уехать. И спасибо за то, что выслушал. Для меня это редкость, поверь.

Дикон проводил ее до двери и обнял. Это было объятие друга, а не любовника. Но на эти несколько секунд Сесилия вновь почувствовала себя в безопасности. На эти несколько секунд будто исчезли и Мэверик, и Эшфорды, и ее родители, и вообще все жители Рояла.

— Увидимся завтра в отеле, — сказал Дикон.

Сесилия улыбнулась и пошла к машине. Впервые за долгие годы ей было интересно, что еще уготовила ей судьба.